WWW.KN.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные ресурсы
 

Pages:   || 2 |

«ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА АКТУАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ Материалы IX Международной научно-практической конференции (24 июня 2015 г.) Сборник научных трудов Краснодар УДК ...»

-- [ Страница 1 ] --

ISSN 2308-6874

Научно-издательский центр Априори

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

АКТУАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ

Материалы IX Международной научно-практической конференции

(24 июня 2015 г.)

Сборник научных трудов

Краснодар

УДК 082

ББК 72я431

Т 11

Редакционная коллегия:

Бисалиев Р.В., доктор медицинских наук

, Астраханский государственный

технический университет

Сентябрев Н.Н., доктор биологических наук, Волгоградская государственная академия физической культуры Церцвадзе М.Г., доктор филологических наук, Кутаисский государственный университет им. А. Церетели Курпаяниди К.И., кандидат экономических наук, Ферганский политехнический институт Бугаев К.В., кандидат юридических наук, Омская академия МВД России Чубур А.А., кандидат исторических наук, Брянский государственный университет им. И.Г. Петровского Бекузарова Н.В., кандидат педагогических наук, Сибирский федеральный университет Рыбанов А.А., кандидат технических наук, Волгоградский государственный технический университет Теория и практика актуальных исследований: Материалы VIII Т 11 Международной научно-практической конференции. 24 июня 2015 г. : Сборник научных трудов. – Краснодар, 2015. – 168 с.

ISSN 2308-6874 В сборник включены материалы IX Международной научнопрактической конференции «Теория и практика актуальных исследований», организованной «Научно-издательским центром Априори»



24 июня 2015 года.

Сборник адресован преподавателям, аспирантам, студентам, а также всем интересующимся современными научными исследованиями.

ББК 72я431 УДК 082 © Коллектив авторов, 2015 ISSN 2308-6874

СОДЕРЖАНИЕ

СЕКЦИЯ 1

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

Алиева Н.Я.

Краткий обзор говоров бассейна Аракса

Мясищев Г.И.

К вопросу о лингвистическом статусе термина «риторика» в контексте исторического развития науки

Садыкзаде Н.Н.

Mehmet Aras criticism literary creation

СЕКЦИЯ 2

ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

Калинин Д.А.

Виртуальная образовательная среда в системе дистанционного обучения

Карцева Н.А.

Развитие слуха в классе камерного ансамбля

Коробова Н.А., Созонова Т.А.

Проблемы тревоги и тревожности в современном спорте

Кузнецова И.В.

Церковно-приходские школы и школы грамоты в Курской губернии в конце XIX века

СЕКЦИЯ 3

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ И ПОЛИТОЛОГИЯ

Агаркова Д.А.

Правотворческие процедуры в Европейском Союзе

Гапоненков М.А.

Права и обязанности сторон по договору лизинга

Григорян Т.Г.

Толерантность как этнокультурный феномен (на примере России и Франции)

Коцабюк Л.Я.

Анализ применения технологий работы с обращениями граждан в Администрации Артемовского городского округа и поиск путей ее оптимизации, г. Артм

СЕКЦИЯ 4 ЭКОНОМИКА И УПРАВЛЕНИЕ

Верушкина В.А.

Организационная культура операционного офиса «Дальневосточный»

филиала «Хабаровский» АО «Альфа-Банк» г. Владивостока

Милевский О.А.

Уличное освещение. Сравнение натриевых и светодиодных светильников. Их экономическая выгода

Трубенков А.Ю.

Екатеринбург – город-лидер по комфортности бизнес-среды:





стратегические причины успеха и тактические секреты механизмов муниципальной поддержки и развития малого и среднего предпринимательства

СЕКЦИЯ 5

МЕДИЦИНСКИЕ НАУКИ

Шулепова А.М.

Состояние вегетативной нервной системы как регуляторный фактор повышения АД у больных с вертебробазилярными нарушениями...............104 СЕКЦИЯ 6

БИОЛОГИЯ И НАУКИ О ЗЕМЛЕ

Келоев Т.А., Гудиева И.Н.

Анализ факторов воздействия на устойчивость горного рельефа.................110 Цой М.В.

Методика получения и оценка влияния эфирного масла сосны обыкновенной Pinus sylvestris L.

на ростовые характеристики микроорганизмов

СЕКЦИЯ 7 МАТЕМАТИКА И ИНФОРМАТИКА

Жумакаева К.Н., Абдуллина З.Т., Алибиева Д.Т., Жунусова Г.Т.

Assessment of the educational program of «information scientist»

students of the specialty «general medicine»

Косторный И.Ю., Мурадова Д.М., Невидомская И.А.

Математический анализ как основа инновационных технологий современных вычислительных процессов

СЕКЦИЯ 8

СТРОИТЕЛЬСТВО И АРХИТЕКТУРА

Холодова Л.П., Федорова М.С.

Анализ первых планировочных решений главного корпуса военного госпиталя в Лефортово

СЕКЦИЯ 9

ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ

Манжилевская С.Е., Вурм Р.С.

Основные проблемы проектирования и организации строительства высотных зданий

Петренко Л.К., Евлоева И.И., Дзейтов Т.А.

К вопросу о воссоздании природных ландшафтов в градостроительстве с позиции инвестиционной привлекательности и развития туризма.............150 Саванин А.С.

Анализ порядка определения, назначения и корректировки межповерочного интервала средств измерений.................155 Тургунов Б.А., Жўраев Н.М., Бобоев Л.Б.

Способ квантовой криптографии при обеспечении информационной безопастности на ВОЛС и проблемы в ее применении....161 СЕКЦИЯ 1

ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

КРАТКИЙ ОБЗОР ГОВОРОВ БАССЕЙНА АРАКСА

–  –  –

Река Аракс берет исток в Турции, протекает по Ирану, на территории Азербайджана соединяется с рекой Кура и впадает в Каспийское море. Эта река всегда находилась в центре внимания поэтов, историков, ученых, как граница, разделяющая Азербайджан надвое, отделяющая братьев друг от друга, увековечившая тоску по Югу и Тебризу. С этой точки зрения азербайджанская диалектология особенно богата интересными фактами. Так, часть Азербайджана, находящаяся к югу от Аракса представляет собой отдельную ветвь азербайджанского языка – Тебризский диалект. Тебризский диалект с точки зрения фонетики, грамматики и лексики аналогичен Нахчыванскому, Ордубадскому диалектам и Иреванскому наречию нашего языка. Это вызвано их близостью в плане территории и объединением в одной, Южной, группе диалектов и говоров.

В целом, говоры бассейна Аракса как в Южном Азербайджане, так и в Турции, Нахчыване и на территориях древнего Азербайджана (Мегри) имеют особенно много общих особенностей. Это сходство проявляется как в фонетике, так и в грамматике и лексике данных диалектов. Это проистекает от исторически сложившихся тесных связей между населением данного региона. Продвигаясь по течению Аракса вверх, в сторону Турции, можно явственно наблюдать эту общность. Большое количество азербайджанцев в Карсе, Игдире, Эрзуруме, постепенное заселение этой территории людьми превратило Карс в один из наиболее богатых и интересных регионов Турции с точки зрения диалектологии. Здесь проживают люди из многих районов Азербайджана. В результате мы встречаем особенно много общих слов и выражений в этих диалектах.

Рассматривая фонетику диалектов бассейна Аркса, также наблюдаем большое количество аналогий. Можно сказать, что одинаковые фонетические замещения, феномены имеются как в Турции, так и в Нахчыване, Мегри и в Южном Азербайджане.

Следует отметить, что как в диалектах и говорах как Азербайджанского языка, так и Турецкого морфологические различия наблюдаются в гораздо меньшей степени, чем фонетические и лексические. Если рассматривать морфологию письменных памятников Азербайджанского языка, становится ясно, что аффиксы не всегда находились на одном и том же уровне и положении. Так, некоторые аффиксы являлись продуктивными в какое-то определенное время, а затем теряли свою активность. Но такие аффиксы, хотя и в меньшей степени, присутствуют в наших диалектах и говорах и участвуют в словообразовании.

Лексика диалектов в бассейне Аракса также привлекает внимание с точки зрения сходства и общих особенностей. Лексика каждого диалекта и говора отражает в себе историческое прошлое, географические условия, занятия населения того региона, к которому относится. В упомянутых диалектах мы встречаем такие лексические единицы, которые уже не используются в Азербайджанском или Турецком литературном языке. Но они паралельно используются как в турецких наречиях, так и в диалектах Азербайджанского языка. Такие слова можно встретить как среди слов, имеющих терминологический характер, так и в общеупотребительных словах.

Например: слово auz в Нахчыванском диалекте обозначает молоко, которое дают домашние животные в течение двух-трехдневного периода после родов [1, с. 48]. Данное слово в том же значении используется в диалектах Карса, также обозначает кушанье, приготовляемое из такого молока. В других диалектах и говорах Азербайджанского языка встречаем это слово в форме aruz [5, с. 124].

Слово dada, употребляемое в Ордубадском диалекте в значении старший брат в этом же смысле и фонетическом варианте используется в Эрзуруме, а в форме da: – в Южном Азербайджане. В целом, в тюркских языках слова, обозначающие родство и семейные отношения по своему содержанию и аффиксам являются наиболее неизменными словами. В упомянутых говорах мы встречаем такие слова, которые не употребляются в литературном языке, а в говорах употребляются в одном и том же, либо слегка измененном фонетическом варианте.

В Турецком литературном языке слово ekmek, в Азербайджанском языке – rk в наших говорах употребляется, можно сказать, в одной и той же форме и значении.

В Нахчыване встречаем варианты ppy//pbx, в Эрзуруме – eyhmeyh [4, с. 96]. Заметим, что это слово сходным образом употребляется также и в других тюркских языках. В башкирском и татарском есть слово ikmk, в туркменском rek, в казахском, киргизском, узбекском языках употребляется как nan [5, с. 254].

В Эрзурумском диалекте слово kurik//kuriyh употребляется в значении маленький конь [4, с. 98]. Данное слово в форме kurix//krix//kurux и в Нахчыване употребляется в значении «новорожденный жеребенок».

Наблюдения, проведенные нами во время исследования, дают возможность утверждать, что корень этого слова – слово kur, и оно сформировалось в результате звукоподражания. Потому что ласково подзывая коня, говорят «kurre-kurre».

Видимо, происхождение наших языков из одного корня, историческое проживание в одном регионе, тесная взаимосвязь и взаимовлияние наших диалектов и говоров в результате миграции населения особенно сблизили друг с другом говоры бассейна Аракса, и в результате множество аналогий и большое сходство дает возможность получить интересные языковые факты во время проведения исследований. Сравнительные исследования такого рода позволяют наглядно проследить как историю языка, так и состояние диалектов и говоров в древние времена. Ведь во время исследования мы встречаем такие слова, которых уже нет в наш современный период, либо они уже стали архаизмами в результате постепенного снижения частоты их употребления. Тем не менее, эти слова используются в наших диалектах и говорах. Здесь мы встречаем и те слова, которые в данной форме были употреблены в древних письменных памятниках и произведениях классиков, но в нашем современном литературном языке они употребляются в другом фонетическом варианте.

Литература

1. Нахичеванская группа диалектов и говоров Азербайджанского языка.

Баку, 1962. 326 с.

2. Диалектологический словарь Азербайджанского языка. Анкара, 1999.

661 s.

3. Ercilasun A. Kars ili azlar. Ankara, 2002. 385 s.

4. Olcay S., Ercilasun A., Aslan E. Arpaay kylerinden derlemeler. Ankara, 1988. 397 s.

5. Ширалиев М. Основы Азербайджанской диалектологии. Баку, 2008.

415 с.

К ВОПРОСУ О ЛИНГВИСТИЧЕСКОМ СТАТУСЕ

ТЕРМИНА «РИТОРИКА» В КОНТЕКСТЕ ИСТОРИЧЕСКОГО

РАЗВИТИЯ НАУКИ

–  –  –

Термин «риторика» в настоящее время применяется для обозначения нескольких принципиально различных между собой областей знания: риторики как частно-прикладной дисциплины логики (теория аргументации и верификации речи по законам логики); риторики как педагогической дисциплины, развивающей речемыслительную и коммуникационную деятельность детей младшего и среднего школьного возраста; риторику как теорию коммуникации (учение о речевом воздействии на аудиторию с целью убеждения, независимо от содержания, качества и логической составляющей речи); риторику как филологическую науку, изучающую порождаемый текст публичного выступления.

Каждая из этих дисциплин имеет собственное представление о сущности конституирующих понятий своей области знания и, соответственно, о логических связях и терминологическом воплощении понятия. Рассматривая терминологию риторики как филологической дисциплины, исключаем из области исследования риторику-логику и риторику как педагогическую дисциплину. Но и в этом случае мы имеем дело с двумя, хотя и связанными исторически, но существенно различающимися дисциплинами, изучающими публичную речь: риторикой – теорией коммуникации и «классической» риторикой, изучающей целесообразные речь и текст публичного выступления. Рассмотрим ключевые особенности понятия «риторика» с точки зрения филологии и истории науки.

Риторика тесным образом связана с коммуникативным аспектом языка, речью, с проблемами функционирования и социального позиционирования языковой личности. Риторика сугубо функциональна, поскольку именно функциональный аспект заключает во всей полноте социальную сферу языка, речи, их коммуникативные свойства.

Методологическим отличием риторики от других филологических наук в данном случае оказывается:

1) ориентация на ценностный аспект в описании предмета;

2) подчиненность этого описания прикладным задачам.

Упорядочение терминологии риторики, ее нормализация по единому нормативному статусу в соответствии с системой научных понятий позволяет избежать эклектики и терминологической путаницы. Однако унификация терминов риторики на современном этапе развития затруднительна, поскольку осложняется действием ряда причин, в том числе стремительным разнонаправленным развитием риторики, начавшимся во второй половине ХХ века, после длительного перерыва с начала ХХ века. Этот фактор обуславливает появление различных направлений школ и концепций, имеющих индивидуальное особенности понятийно-терминологического аппарата. Дополнительные трудности представляют собой тот факт, что современная трактовка в сущности риторики как науки опирается исторически на базу, сформированную ко второй половине XIX века, из которой в обозначенный промежуток выделился ряд самостоятельных смежных дисциплин.

Также осложняет унификацию терминопространства риторики широкое толкование самого понятия «риторика». Мы рассматриваем риторику, как лингвистическую дисциплину, занимающую особое место в языкознании и имеющую тесную связь с экстралингвистическими факторами. Поэтому следует разграничить понятие риторики как лингвистической дисциплины и обиходно-бытовое понятие риторики как обобщенного представления о любой разговорной традиции, такие, например, как «риторика текста, риторика искусства, риторика политики, риторика полемики», часто употребляющиеся в обиходной речи, в средствах массовой коммуникации, на профессионально-деловом уровне в нефилологической среде, например: «Я считаю, что с точки зрения популистской риторики может быть и заслуживающее внимания заявление, но политически оно непродуманно. Я полагаю, что этим оно вносит изрядное количество сумятицы» – полагает член генсовета ЕР депутат Владимир Бурматов [1]. Очевидно, что необходимо четко дифференцировать понятие риторики как филологической науки и понятие риторики как обобщенного представления о любом публичном выступлении, прямо или косвенно связанного с речемыслительной деятельностью и текстом.

Предметом изучения риторики является текст и языковая личность, как явление коммуникации, в философской, социальной и культурологической роли языка как деятельности человека, собственно теория и практика языкового воздействия на слушателя, посредством устной или письменной речи с целью убеждения. Риторика изучает многовековую культуру эффективного слова, являющейся частью самих носителей языка. «… владение словом включает в себя не только филологические проблемы, но и общекультурные, философские, социологические». Отмечает Г.В. Анисимова [2]. Изучая язык и речь как многосторонний процесс в формирования языковой личности (нормативной модели описывающей унифицированную речемыслительную структуру присущую личности в конкретный исторический отрезок) и текст как явление языковой культуры общества, риторика разграничивает лингвистические средства по их коммуникативным свойствам, в зависимости от поставленной цели, в соответствии с условиями формирования коммуникативного пространства. Причем именно в этом аспекте начинается первое значительное расхождение теории коммуникации и классической риторики. Теория коммуникации предполагает изучение закономерностей вербального и невербального воздействия, условий обмена информацией и достижения коммуникативной цели (убеждения или опровержения) любым способом. Качество и содержание текста, излагаемого ритором, как таковые, не являются предметом исследования теории коммуникации, а требование избегать манипулирования сознанием аудитории и демагогии постулируется чисто формально, поскольку на содержательном уровне эти механизмы изучаются и активно применяются.

Все эти аспекты приводят к совершенно различному пониманию сущностных составляющих риторики, в частности языковой личности оратора, поскольку теория коммуникации более сосредоточена на моделировании именно репрезентанта публичной речи (диктора, промоутера, менеджераконсультанта, пресс-секретаря, делового оратора по терминологии теории коммуникации), вне зависимости от его отношения к озвучиваемому тесту.

Тогда, как классическая риторика больше уделяет внимание именно автору публичной речи, реализующемуся в тексте как языковая личность (образ ритора, оратора, публичного лица, проповедника по терминологии классической риторики). Лицо, произносящее текст, априорно подразумевается как автор и, с точки зрения классической риторики, должно придерживаться общих принципов поведения, принятых в данной культурной среде [2].

Слово, в классической риторике, понимается как главный инструмент воздействия именно с содержательной стороны, а не как средство, наряду с невербальными приемами, психологического воздействия на сознание аудитории, где содержательный элемент подчинен общему принципу убеждения в заранее сформированном и, часто опосредованном, концепте.

Теория коммуникации допускает существование экстравербальных и экстратекстуальных концептов, убеждение в значимости которых является главной задачей репрезентанта. В то время, как классическая риторика предполагает оперирование исключительно контекстуальными концептами, заключенными в рамки подготовленного текста и выстроенными с безукоризненной логической последовательностью [3].

Не менее важен и этико-культурный аспект порождаемой автором речи. Теория коммуникации оговаривает требования к соответствию публичной речи культурным и этическим воззрениям аудитории, но, по большей части, как необходимое составляющее успешного убеждающего воздействия, поэтому в разных средах и коммуникативных ситуациях репрезентант может успешно использовать антагонистические воззрения, подавать один и тот же факт с диаметрально противоположных позиций.

Классическая риторика постулирует требование единого этикокультурного образа оратора, а поскольку он ориентирован на неразрывную связь с текстом, ситуативное изменение позиции невозможно, что требует от автора и репрезентанта текста иного подхода к решению коммуникативной задачи.

Все эти факторы в совокупности приводят не только к различному пониманию сущности понятия «риторика», но и к оперированию различным терминологическим аппаратом. Терминоаппарат теории коммуникации, в значительной степени, связан с психологией личности и общения, а лингвистики касается только в части стилистики публичного выступления.

Даже традиционные термины риторики в контексте теории коммуникации связываются с немного иными понятиями, чем в классической риторики, приобретают иные логические связи внутри терминологического поля области знания.

Классическая риторика оперирует значительно большим объемом, как собственно риторической терминологии, так и лингвистической терминологии в целом. Терминоаппарат классической риторики имеет более древнее, с точки зрения истории, происхождение и иные структурнологические связи внутри терминополя.

Отталкиваясь в нашем исследовании от диахронического аспекта формирования риторики отметим, что хронологический фактор играет ключевую роль в определении характера терминологии, поскольку он определяет формирование и обусловленность границ между терминосистемами и роль терминов внутри самих терминосистем в конкретный исторический момент и, одновременно, вскрывает объективные тенденции в развитии научно-понятийного аппарата, выявляет средства образования терминов, в том числе формирующиеся и выходящие из употребления модели.

Поэтому логичнее всего будет вскрыть структуру терминоаппарата риторики в хронологической последовательности развития классической риторики, определить пути и принципы его развития, а также те тенденции, которые наметились в этот период и реализуются в последующем времени.

Этапы хронологического членения подсказывает история развития риторики как науки:

1. Донаучный период XI-XVI века, когда риторика реализовалась как сугубо практическая дисциплина обиходного, политического, военного и судебного красноречия, не структурировавшаяся и не изучавшаяся в рамках науки, как таковой. Этот период отличается внесистемной, стихийной терминологией.

2. XVII-первая половина XVIII века – период формирования риторики как науки. Процесс формирования систематической терминологии.

3. Вторая половина XVIII века – первая половина XIX века. Период расцвета риторики. Риторика функционирует как гиперлингвистическая дисциплина, изучающая все аспекты языка и текста, включая поэтику, стилистику и т.д. Ее терминология достигает максимального объема и структурной сложности.

4. Вторая половина XIX века – начало ХХ века. Начинается процесс выделения из состава риторики самостоятельных областей знания, например, литературоведения. Теория риторики более не разрабатывается, ее функционирование сводится к практической реализации публичных текстов. Терминология риторики формально сохраняется на прежнем уровне.

5. Начало ХХ века. Новый всплеск интереса к риторике. Риторика позиционируется как наука о правилах составления сугубо публичной речи. Из риторики окончательно уходят области, изучающие язык и текст, как таковой. Терминология риторики испытывает значительное изменение в своем составе, изменяется терминополе науки.

6. Середина 30-х годов ХХ века – 70-е годы ХХ века. Риторика не существует как самостоятельная дисциплина и упоминается лишь в некоторых работах в качестве раздела, посвященного правилам произнесения речи (т.е. выступает синонимом исторического раздела риторики – пронунциацио), Терминология риторики существует только как исторический феномен.

7. Конец 70-х годов – 90-е годы ХХ века. Новый подъем интереса к риторике. Риторика возрождается как наука. Происходит формирование теории коммуникации и возрождение «классической» (т.е. в концепции начала-середины XIX века) риторики. Происходит процесс реконструкции терминологии риторики и, одновременно, складывается терминология теории коммуникации.

8. 90-е годы ХХ века – настоящее время. Сосуществование классической риторики и теории коммуникации. Современное состояние терминологии этих двух направлений [4].

Мы рассматриваем терминологию риторики как целостную систему, разделяющуюся на самостоятельные разделы в процессе ее исторического развития.

История становления и развития риторики как науки в России насчитывает чуть менее полутысячелетия (с середины XVII века). Отдельные ее разделы со своими объектами и методами исследования возникали и формировались в различные историко-хронологические периоды, подвергаясь значительным изменениям в течение времени, поэтому в основу систематизации терминологического массива может быть положен критерий отнесенности исследуемых терминологических единиц к тому или иному разделу, являющемуся составной частью общего объема терминологии риторики [5]. Классификация терминологического массива на базе данного формального критерия, дает возможность определить количественный и качественный состав терминов, обслуживающих названные разделы риторики, сопоставить время появления этих терминов в составе терминосистем с хронологией развития раздела.

Литература

1. В ЕР сочли непродуманной идею депутата КПРФ сдавать ЕГЭ по желанию. URL:http://ria.ru/society/20130819/957280574.html# 13770776818813&am-p;message=resize&relto=register&action=addClass &value=registration

2. Анисимова Г.В. Риторика. Владивосток, 2004. С. 7.

3. Ивин А.А. Теория аргументации. Владивосток, 2004. 275 с.

4. Аннушкин В.И. История русской риторики. Хрестоматия. М., 2011.

С. 27-29.

5. Мельников Л.М., Мясищев Г.И. Роль лингвистической коммуникации при реализации компетентностного подхода при изучении организационно-управленческих дисциплин строительной отрасли // Инновации в науке. 2015. № 44. С. 94-99.

MEHMET ARAS CRITICISM LITERARY CREATION

–  –  –

Mammad Araz has been one of the rare poets devoting all his life to the development of Azerbaijan poetry. He has written and worked in this direction during all course of life. Today, looking through appraisals of the work of Mammad Araz as a well-known representative of the contemporary Azerbaijan poetry, we see that the most influential figures of the Azerbaijani literature – Rasul Rza, Ismayil Shikhly, Vahabzadeh, prominent literary critics – Yashar Karayev, Isa Habibbayli, Bakir Nabiyev, professors – Yavuz Akhundlu, Vagif Yusifli and others have written papers in divers years, made a thorough analysis of his works, given art appraisal of his poems and rhymes, discussed in detail their art and craft characteristics.

Fine approach of the poet to his poems written on the themes of homeland and mother is considered in the paper. Once again is emphasized the fact that these themes form the building line of his works. The first loss in poet’s life was concerned with his mother. As the poet explained his mother Jahan played a major role in his life. After her death he has written the series named «Songs in memory of my mother» which is one of his most beautiful poems. Then translational activity of Mammad Araz has been considered. He has translated a lot of poems of foreign poets into his native language that has enriched his literary activity.

God has told his word to the people through the prophets. He has sent to Earth the holy books. There are so many words which God have to say to the people, that it is impossible to combine them in a few holy books. Poets are particles of God. The Lord has sent these particles to the Earth in order to say wanted words to us, to the people, through his particles. That is, poets fulfill the mission after the prophets.

It is reasonable that there are prophets whom God loves more and also there are such poets. Mammad Araz’s good luck is that he is one of God’s most beloved poets» [4, p. 5].

Indeed, it is true, Mammad Araz has been the poet coming in our literature with his own voice, breath, citizen feelings. These features have always been particularly evident in his works. People’s poet Mammad Araz was born on October 14, 1933, at the picturesque village of Nursu of Shahbuz district of the Nakhchivan Autonomous Republic, in 1940 he went to the 1class of the village school. His father Infil kishi after 5 year fighting at fronts of the Soviet-German war was arrested for political reasons in 1945 and exiled to Siberia. Mammad graduated from high school under trying conditions, in 1950 hr was admitted to the geography faculty of Azerbaijan State Pedagogical University, completed his higher education in 1954, more than two years worked as a teacher in his native village, and in 1957 moved to Baku and worked in the field of publishing business.

Mammad started his literary work at children’s age, his first pen experience were small lyric poems devoted to the nature. Several poems of Mammad were published in press in follows years; after that in 1959-1961 he studied in Moscow, at Higher Literature courses; from 1961 he worked again in Baku, in the field of publishing. He was an editor in the publishing house of «Maarif» («Education»), a chief of the fiction department at «Azernechr», an executive secretary of the «Star» magazine, a deputy editor-in chief at the newspaper «Literature and Art» (1970-72).

In 1970 he fell seriously ill as a result of moral and psychological traumas caused by the dismissal. In 1974, after being unemployed for a while, he got fixed up in a job of editor at the «Azerbaijan Nature» magazine with the help of prominent scientist, academician Hasan Aliyev.

The poet’s illness grew progressively worse and though he went for the treatment to Turkey and Germany, it did not have a positive outcome. But fortunately, the disease couldn’t prevent the poet’s literary work.

His poems, famous under the signature of Mammad Araz, have already drawn attention with diversity in their themes and artistic features. Most influential figures of the Azerbaijan literature – Rasul Rza, Ismayil Shikhly, Vahabzadeh, prominent scientists and literary critics – Yashar Karayev, Isa Habibbayli, Bakir Nabiyev, professors – Yavuz Akhundlu, Vagif Yusifli and others have written in various periods papers about rich and many-sided works of Mammad Araz, an outstanding representative of modern Azerbaijan poetry and people’s poet; his works have been thoroughly analyzed, artistic estimation of his poems is given, view of these works and the value of the poem, artistic features of them are detailed considered.

Has there been a lot of unfair criticism in the poetic fate of M. Araz? I think, not so much!» [2, p. 10-11].

In fact, this is how matters stand. Looking through the opinions of critics and scientists we see that M. Araz’s art has been always analyzed by critics from the proper viewpoint and received its proper appreciation. The book of Y. Akhundlu dedicated to three well-known Azerbaijan poets – Bakhtiar Vahabzadeh, Khalil Rza and Mehmet Aras, named «Poets of Independence» was published in 1998 at the publishing house «Elm» («Science»). The prominent literary critic writes: «Mammad Araz was also engaged on regular basis in social and political journalism. His journalistic works reflect very serious social and political problems. His publicistic articles are collected in the book named “Colors of life and word» which was published in 1975. M. Araz is also an excellent interpreter. The poet himself writes about translation work. «I have written a lot of translations from the world literature, from the classic and contemporary literature of the Russian and other peoples. Almost half of my writings are translations. Among them are both single books and parts of different collections and anthologies. If I could, at least slightly, feel and let speak our language Lermontov, Nekrasov, Shevchenko, Abay, Tagor, Leonidze, Svetlov, Vasilyev, Noneshvili, Mixalkov, Gais Guliyev, Mustay Karim and other artists, it was a part of my luck» [1, p. 96-97].

In 1966 passed to a better world his mother Jahan khanim, his father Infil kishi died in 1972. The death of parent is a tragedy for every man. The poet could not reconcile these heavy losses either. He said longing for his mother in the poems. The first loss in poet’s life was concerned with his mother. As the poet explained his mother Jahan played a major role in his life. After her death he has written the series named «Songs in memory of my mother» which is one of his most beautiful poems. The critic V. Yusifli writes about this poem: «This poem has been written in style of the twentieth century, but all its shades are connected with background, grief for his mother; sense for mother is a separate series in all our classic poetry, folk poetry, even that is used as a generalized symbol of the Motherland in poems of A. Sahhat. The loss of motherland, dislike for motherland is perceived as the loss of mother and the loss of human feelings. However, M. Araz presents the loss of mother, grief for mother in a way which has never been seen in all classic poetry and folk poetry: Grief for Mother is measured by years, I’ve lost my Mother at home» [1, p. 98].

Isa Habibbayli carrying out serious research connected with works of Mammad Araz writes: «Works of Mammad Araz’s, who is the main hero and leading image of his own writings, describing his own reflections, life experience, are meaningful and indelible pages of a true poet’s life. As well as many other talented writers, Mammad Araz has written his works as an edifying life saga, meaningful life story. Even the other aspects, which haven’t relation to his biography, are turned to the poems after passing through his life and spirit, his soul. In such moments the soul weight of a true poet is heavier than his life’s weight» [3, p. 3].

The poet calls the people to unity and struggle for saving Azerbaijan just gained independence from troubles. He has always described in his poems unity, equality, love for the country in the foreground and regarded that as his civic duty. His greatest desire was to live in independent Azerbaijan.

Isa Habibbayli touching upon this issue in his book writes: «Azerbaijan gained its independent just now grows as a child in M. Araz’s poems. The people’s poet calls to protect Azerbaijan from troubles to which it has been exposed, to save the country and keep alive; first of all he calls himself to help Azerbaijan, to respond its call as best as he can.

The poem of «Rise, Azerbaijan!», the product of recent years, sounds as new era march of powerful mobilization from the poet of Independence. By review of Mammad Araz’s works we see that his heritage has been always positive appreciated from the literary-critical aspect, this tradition is continued also today.

The poet’s works because of his attachment to the land, stone and nation have been always loved by readers and played an important role in education of future generations.

This Master is not with us today, but unique poetic examples created by him will always live in our hearts, will never lose their importance.

–  –  –

1. Akhundlu Y. Poets of Independence. Baku, 1998.

2. Yusifli V. World of Mammad Araz. Baku, 1994.

Habibbayli I. People’s poet Mammad Araz. Album-monograph. Baku, 1999.

3.

4. Araz M. Selected Works. Baku, 2004.

СЕКЦИЯ 2

ПЕДАГОГИКА И ПСИХОЛОГИЯ

ВИРТУАЛЬНАЯ ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ СРЕДА В СИСТЕМЕ

ДИСТАНЦИОННОГО ОБУЧЕНИЯ

–  –  –

В современных условиях, когда столь актуальным является внедрение информационных компьютерных технологий в систему высшего образования, растет количество учебных заведений, которые дополняют традиционные формы обучения новыми методами и технологиями. Сегодня, большинство учащихся свободно владеют персональным компьютером, и умело используют сведения, полученные из сети интернет, поскольку удобнее заглянуть в глобальную сеть, чем искать интересующий материал в традиционной печатной учебной литературе. Все более популярным и доступным для учащихся является дистанционная форма обучения. Дистанционная форма обучения в первую очередь рассчитана на тех учащихся, у которых в силу ряда причин нет возможности присутствовать на занятиях очно.

Это могут быть учащиеся из других городов, либо учащиеся с ограниченными возможностями. В связи с этим возникает необходимость в создании новых технологий и методов, а именно в создании новой среды взаимодействия преподавателя и учащихся. Одной из таких является виртуальная образовательная среда. Понятие данной среды вытекает из понятия информационно – образовательной среды – это общее информационное пространство, в котором осуществляется образовательный процесс. Виртуальная образовательная среда информационное пространство взаимодействия участников образовательного процесса, порождаемое информационно – коммуникационными технологиями. Виртуальная обучающая среда комплекс компьютерных средств и технологий, позволяющих организовать учебный процесс. Виртуальная образовательная среда – это быстроразвивающаяся, многоуровневая и многофункциональная система, процесс и результат взаимодействия субъектов и объектов образования, сопровождаемый созданием ими виртуального образовательного пространства, специфику которого определяют именно данные объекты и субъекты.

Она объдиняет в себе:

1) педагогические, дидактические и методические технологии;

2) информационные ресурсы: базы знаний, библиотеки, электронные учебные материалы;

3) современные программные средства взаимодействия;

4) новые подходы в изучении материалов.

Внедрение виртуальной образовательной среды влечет за собой создание в учебных заведениях виртуальных классов. Виртуальный класс – это информационное пространство, объединяющее всех участников учебного процесса при помощи персональных компьютеров и сети интернет.

Обязательным является создание предметных курсов. Курс построен по календарно – тематическому принципу, контент соответствует утвержденным рабочим учебным планам преподавателей. Материалы курсов используются и на уроках, и самостоятельно изучаются учащимися дома.

Особенно полезны они тем учащимся, которые пропустили занятие по той или иной причине. В предметных курсах содержатся и контролирующие материалы: тесты, опросы, задания к работам в виртуальных учебных классах. Разрабатывая дистанционные задания, преподаватели целенаправленно развивают знания, умения и навыки учащихся – исследовательские действия, информационные, включая переработку и структурирование информации (работа с текстом, смысловое чтение, моделирование);

логические действия, действия с научными понятиями и освоение общих приемов доказательств.

Виртуальные групповые учебные занятия ведутся под руководством преподавателя и транслируются в реальном времени. Преподаватель имеет возможность показывать презентации и различные учебные материалы, а так же проводить контроль знаний, при этом передача голоса и видео обеспечивает полноценное взаимодействие преподавателя с учащимися.

Уже сейчас данная технология внедряется в учебные заведения страны и мира. Важно подчеркнуть, что обучение в новом информационном пространстве не отрицает имеющиеся образовательные тенденции. Новое естественным образом интегрируется в эти системы, дополняя и развивая их, и способствует созданию мобильной образовательной среды [1, с. 37].

Выделим основные плюсы использования данной технологии в образовательном процессе:

1) Отсутствие необходимости присутствия учащихся в стенах ВУЗа.

Учащимся не нужно будет приезжать в университет на регулярные занятия. Весь процесс обучения проходит дистанционно, через Интернет. Поэтому расстояние от места нахождения студента до образовательного учреждения (при условии качественной работы связи) не является препятствием для эффективного образовательного процесса. Студенты учатся в удобном для себя месте. Единственное посещение – это сдача государственных аттестационных экзаменов и получение диплома. По нормативным документам, аттестация будущего специалиста возможна только очно.

2) Возможность параллельного совмещения учебы с другими видами деятельности. Как правило, студенты занимаются по индивидуальному плану, составленному с учтом уровня их базовой подготовки и их потребностей. Для них вполне возможно совмещение обучения с другой учебой или с основной профессиональной деятельностью.

3) Исключительная мотивация и самоорганизация. Так как данная форма обучения проходит вдали от учебного заведения, вдали от преподавателей и не предполагает визуального контроля преподавателей за действиями обучающихся, она потребует от учащихся исключительной мотивированности, самоорганизации, трудолюбия, умения и желания работать самостоятельно. Если в процессе обучения у учащихся возникают вопросы, они в любой момент могут связаться с преподавателем через каналы связи, организованные в виртуальном учебном классе. Очень важным отличием сетевого дистанционного обучения от заочного является тот факт, что учащийся не остается один на один с непонятным материалом, а, как и при очном обучении, может всегда оперативно прояснить все вопросы.

4) Использование аудио и видео связи. Программа дистанционного сетевого обучения состоит из отдельных курсов. Общие дисциплины учащиеся изучают по материалам, выложенным в оболочке, после чего выполняют контрольную работу. Профильные дисциплины вначале также изучаются по электронным учебникам и программам, но наиболее важные вопросы профильных дисциплин после общего самостоятельного ознакомления разбираются вместе с преподавателем на консультациях и видеоконференциях. В качестве контроля будут использоваться компьютерные тестирующие системы, защита разработанных проектов и также традиционные формы: экзамены, собеседования, защита курсовых работ, проводимые в режиме видеоконференции.

Литература

1. Технология работы педагога в виртуальной образовательной среде МГОУ / сост. М.Е. Вайндорф-Сысоева, В.А. Шитова. М., 2008. С. 25-52.

2. Андреев А.А. Введение в интернет-образование. М., 2003. С. 37-43.

3. Полат Е.С., Моисеева М.В. и др. Педагогические технологии дистанционного обучения. М., 2006. С. 102-150.

4. Теория и практика дистанционного обучения / под ред. Е.С. Полат. М.,

2004. С. 337-340.

РАЗВИТИЕ СЛУХА В КЛАССЕ КАМЕРНОГО АНСАМБЛЯ

–  –  –

В классе камерного ансамбля осуществляется процесс формирования и развития музыкально-исполнительского мышления студентов, воспитывается комплекс определенных качеств и навыков, необходимых исполнителям для игры в дуэте, трио, квартете и т.д. Ощущение, восприятие, мышление представляют собой звенья единого акта – познания.

Ансамблевое исполнительство есть источник мыслительной деятельности определенной группы музыкантов-исполнителей, одновременно это основа применения результатов их совместного мышления. В каждый определенный момент ансамблист должен ответить мысленно, а затем и при помощи инструмента на тот или иной вопрос, поставленный им самим или другими партнерами, вытекающий непосредственно из исполняемого произведения. Исполнительский процесс в классе камерного ансамбля предполагает активную работу мысли, постоянный обмен мнениями, анализ и синтез идей. Передать музыкальный текст произведения следует так, как его создал композитор. Одного чувства и таланта мало, здесь требуется работа мысли, важно детальное обдумывание и изучение материала.

Опорой музыкального мышления является слух. В сознании и в первую очередь в слухе должен жить музыкальный образ. Слуховое постижение музыки – напряженное, трудное дело. Для того чтобы проникнуть вглубь музыки, в ее смысл, дух, требуется особая, напряженная работа мысли и слуха.

Задача педагога состоит в том, чтобы направить внимание и слух на мелодию, сопровождение, гармоническую основу, подголоски, на узловые моменты в форме, такие как переходы к новым разделам, темпам, ритмам, кульминациям и т.д. Педагог должен стремиться к прояснению звуковых задач, внутреннее слышание которых обуславливает все многообразие действий исполнителей.

В работе над звуком следует учитывать два момента:

Красоту звучания инструмента. Слушать продолжение звука, вибрацию струны, использовать филирование.

Контролировать слухом момент звукоизвлечения. В момент взятия звука часто у фортепиано слышен удар клавиши о дно инструмента;

скрип и треск – у скрипки, альта, виолончели; хрип, кикс – у духовых.

По возможности, надо сразу исключать призвуки, добиваться мягкого, бархатного звучания инструмента.

Особое значение имеет мелодическая выразительность. В работе над ней нужно услышать и исполнительски пережить ее графичность, т.е. все изгибы, опевания, повороты, взлеты и падения интонационной линии.

Слуховой интерес должен быть обращен не только к горизонтали (мелодии), но и к вертикали (гармонии). Основное внимание следует уделять гармоническим созвучиям, особенно диссонансам. В исполнительском процессе необходимо успевать насладиться каждой «подробностью», выявить все выразительные особенности музыкальной ткани. Смена гармонии – задача, которую невозможно выполнить без специально направленного вслушивания. Гармоническую основу следует изучать специально, поскольку в ансамблевой партитуре она излагается по одной – двум нотам каждого голоса и соединяется в единое целое только в общем звучании ансамбля. Важна постепенность процесса. Необходимо дать возможность каждому участнику ансамбля успеть услышать все подробности гармонической основы и определить свой личный вклад в эту работу. Обратить пристальное слуховое внимание на средние голоса. Слух должен позаботиться о ясности звучания, когда каждый голос по-своему активен, логичен и вместе с другими составляет единое гармоническое целое.

Особое внимание в классе камерного ансамбля уделяется соотношению мелодии и сопровождения. Здесь слух направлен на поиск звукового баланса, который позволит услышать мелодию в богатом тембральном обрамлении голосов сопровождения. От звукового баланса зависит подлинная выразительность каждого элемента. Акустически этот эффект объясняется тем, что обертоны звуков аккомпанемента не смешиваются с главной линией мелодии ни динамически, ни тембрально. Психологически особый эффект заключается в том, что динамический контраст позволяет отчетливо услышать мелодическую линию. Слух в данном случае управляет соотношением звучания мелодии и сопровождения. Какой же необыкновенной чуткости слуха надо добиться, чтобы он научился улавливать малейшие внутренние душевные движения, скрытые в графике мелодии и в ее гармоническом наполнении. При точном соблюдении всех указаний исполнитель-ансамблист должен быть готов мобильно воспринимать изменения мыслей и чувств партнера, допуская каждый раз пусть небольшие, но импровизационные отклонения от привычных установок.

Слух должен улавливать красочность и мощность звучания, разнообразие тембров, регулировать действия партнеров, организовывать их совместную работу в ансамбле. Музыкальное общение возникает в процессе реализации совместного плана исполнения. Оно активизирует творческую волю исполнителей, расширяет границы их фантазии, воображения. Исполнители, работая в ансамбле, слушают друг друга, ищут лучшее музыкальное воплощение задуманным идеям. Звучащий материал внутри музыкального произведения выписан по определенным исторически сложившимся законам конструирования и развития, которые диктуют определенные структурные, гармонические, тембровые и прочие соотношения. Все это возникает, оформляется и уточняется в слуховом представлении музыканта соответственно роду его деятельности. Они проверяются и уточняются в реальном звучании в репетиционной работе. Если звучание неясно, получается «вместо речи… бормотание, вместо ясной мысли – скудные ее обрывки…» [2, с. 17]. Внутреннее слышание исполняемого произведения непосредственно проецирует в сознании звучащий результат. А «привнесенный образ, – по мысли Б. Кременштейн, – оплодотворяет фантазию, активизирует чувство и мысли, через них воздействует на слуховое представление» [1, с. 37]. Процесс создания слуховых представлений фактически определяет всю работу над произведением. «Слуховая активность приводит к исполнительскому слышанию, при котором слух стимулирует и контролирует процесс вызревания и звукового воплощения замысла» [1, с. 38].

Таким образом, музыка живет внутри нас, в нашем сознании, чувствах, воображении. Ее «местожительство», по словам Г. Нейгауза, можно определить точно – это наш слух. С ясным внутренним слуховым представлением сравниваем реальное звучание. Временная дистанция между ними минимальна, но необходима, так как дает возможность приготовиться к выразительному интонированию и к соответствующим игровым движениям. Руки, пальцы выполняют то, чего ждет слух.

В задачу педагога камерного ансамбля входит:

Научить играть в ансамбле, ориентируясь на слуховые представления;

Настроить эмоциональное состояние и аппарат исполнителей для приема и реализации слуховых импульсов;

Объединить эмоциональную и слуховую сферы, которые координируются с двигательной, в результате чего возникает единый эмоциональный слуходвигательный комплекс с доминирующим значением слуха. Конечным результатом такого триединства должно стать воспитание активного слуха исполнителя.

Желаемый творческий контакт возникает из особой подготовленности слуха всех и каждого, когда ансамблисты превращаются в творческую группу людей, одинаково чувствующих и равноправно творящих музыку.

Научится одновременно в подробностях слышать реальное звучание, уметь сопоставить его со слуховым представлением, ярким в деталях и в ощущении целого, оценить и тут же скорректировать свою игру – такая активная работа слуха поднимает уровень исполнения. От внутреннего слышания нити тянутся ко всем действиям исполнителей, к их состоянию, к исполнительскому процессу. Поэтому творческое кредо музыканта можно обозначить следующими словами: не просто фиксировать, а активно действовать, воображать, творчески мыслить и воплощать.

Литература

1. Кременштейн Е. Педагогика Г.Г. Нейгауза. М., 1984. 89 с.

2. Нейгауз Г. Об искусстве фортепианной игры. Записки педагога. М., 1982. 300 с.

ПРОБЛЕМЫ ТРЕВОГИ И ТРЕВОЖНОСТИ

В СОВРЕМЕННОМ СПОРТЕ

–  –  –

Спорт представляет собой специфический род физической и интеллектуальной активности, совершаемой с целью соревнования, а также целенаправленной подготовки к ним путм разминки, тренировки. В сочетании с отдыхом, стремлением постепенного улучшения физического здоровья, повышения уровня интеллекта, получения морального удовлетворения, стремления к совершенству, улучшению личных, групповых и абсолютных рекордов, славе, улучшения собственных физических возможностей и навыков, спорт предназначен для совершенствования физикопсихических характеристик человека.

Массовый спорт дат возможность миллионам людей совершенствовать свои физические качества и двигательные возможности, укреплять здоровье и продлевать творческое долголетие.

Физическая культура и спорт развиваются не изолированно, а в системе общественных связей и отношений. Поэтому многие процессы и явления, происходящие в физкультурном и спортивном движении, имеют глубокий социальный смысл, и понять их можно только в единстве с интересами и потребностями общества. С другой стороны, некоторые закономерности, выявляемые в спорте, могут быть перенесены на другие стороны деятельности человека.

Психические состояния – наиболее подвижный элемент психологии спортсмена. Умелая психодиагностика психического состояния спортсмена может многое сказать о степени его соревновательной надежности, прогнозировать поведение спортсмена в экстремальных условиях, внести коррективы в его предсоревновательную подготовку.

Важно знать, что ни одна самая лучшая методика не сможет дать всестороннюю психологическую характеристику личности спортсмена. Она вскрывает лишь малую часть, какую-то грань его психологических способностей, черт его личности, качеств, состояния. Поэтому только системный, комплексный подход к изучению личности спортсмена сможет привести педагога к объективной характеристике психологии спортсмена.

На современном этапе одной из актуальных проблем, стоящих перед психологом-практиком, является проблема адекватной постановки заключения об уровне как общего развития личности, так и развития отдельных личностных свойств и состояний. В связи с этим немаловажное практическое значение приобретает проблема исследования и диагностики тревожности. Но прежде чем, диагностировать тревожность следует все-таки разобраться в понятиях тревоги и тревожности, а также их влиянии на развитие личности и деятельность человека.

В современной психологии принято различать «тревогу» и «тревожность», хотя полвека назад эти различия были неочевидными. Сейчас подобная терминологическая дифференциация характерна как для отечественной, так и для зарубежной психологии и позволяет проанализировать это явление через категории психического состояния и психического свойства. В современной психологии тревога понимается как психическое состояние, а тревожность – как психическое свойство, детерминированное генетически, онтогенетически или ситуационно.

Тревога определяется как эмоциональное состояние острого внутреннего беспокойства, связываемого в сознании человека с прогнозированием опасности. Тревога рассматривается в психологии как неблагоприятное по своей эмоциональной окраске состояние или внутреннее условие, которое характеризуется субъективными ощущениями напряжения, беспокойства, мрачных предчувствий. По мнению Ч.Д. Спилбергера, она представляет собой генерализованный, диффузный или беспредметный страх, источник которого может оставаться неосознанным.

Понятие «тревога» было введено в психологию З. Фрейдом (1925), разводившим страх как таковой, конкретный страх и неопределенный, безотчетный страх – тревогу, носящую глубинный, иррациональный, внутренний характер.

В отличие от страха как реакции на угрозу человеку как существу биологическому, когда опасности подвергается жизнь человека, его физическая целостность, тревога всегда связана с социальным аспектом. Она представляет собой переживание, возникающее при угрозе человеку как социальному объекту, когда опасности подвергаются его положение в обществе: его ценности, представления о себе, потребности, затрагивающие ядро личности. Тревога всегда связана с ожиданием неудач в социальном взаимодействии. И в этом случае она рассматривается как эмоциональное состояние, связанное с возможностью фрустрации социальных потребностей. В современной психологии тревогу как психическое состояние часто называют ситуативной или реактивной тревожностью, так как она связана с конкретной внешней ситуацией.

Состояние тревоги может варьироваться по интенсивности и изменяться во времени как функция уровня стресса, которому подвергается человек.

Тревоге наименьшей интенсивности соответствует ощущение внутренней напряженности, выражающееся в переживаниях напряженности, настороженности, дискомфорта. Оно не несет в себе признаков угрозы, а служит сигналом приближения более выраженных тревожных явлений. Данный уровень тревоги имеет наибольшее адаптивное значение. Наиболее интенсивное проявление тревоги – тревожно-боязливое возбуждение – выражается в потребности в двигательной разрядке, поиске помощи, что максимально дезорганизует поведение человека.

В отличие от тревоги, тревожность в современной психологии рассматривается как психическое свойство, индивидуальная психологическая особенность, проявляющаяся в склонности человека к переживанию тревоги. Под тревожностью понимается особое эмоциональное состояние, часто возникающее у человека и выражающееся в повышенной эмоциональной напряженности, сопровождающейся страхами, беспокойством, опасениями, препятствующими нормальной деятельности или общению с людьми.

Тревожность – важно персональное качество человека, довольно устойчивое. Доказано существование двух качественно различных разновидностей тревожности: личностной и ситуационной.

У каждого конкретного человека личностная и ситуационная тревожность развиты в различной степени, так что каждого, имея в виду его тревожность, можно охарактеризовать по двум показателям: личностной и ситуационной тревожности.

Таким образом, следует отметить, что и тревога как психическое состояние, и тревожность как психическое свойство находятся в конфронтации с базовыми личностными потребностями: потребностью в эмоциональном благополучии, чувстве уверенности, безопасности. С этим связаны значительные трудности в работе с тревожными людьми: они, несмотря на выраженное стремление избавиться от тревожности, неосознанно сопротивляются попыткам помочь им сделать это. Причина такого сопротивления им самим непонятна и трактуется ими, как правило, неадекватно.

Говоря о тревожности как о психическом свойстве следует особо отметить, что она имеет ярко выраженную возрастную специфику. Для каждого возраста существуют определенные области действительности, которые вызывают повышенную тревогу у большинства детей, вне зависимости от реальной угрозы или тревожности как устойчивого образования.

Эти «возрастные пики тревожности» детерминированы возрастными задачами развития.

Так у дошкольников и младших школьников тревожность является результатом фрустрации потребности в надежности, защищенности со стороны ближайшего окружения (ведущей потребности этого возраста).

Таким образом, тревожность в этой возрастной группе представляет собой функцию нарушений с близкими взрослыми.

По мнению А.М. Прихожан, устойчивым личностным образованием тревожность становится к подростковому возрасту. До этого момента она является производной широкого круга социально-психологических нарушений, представляя собой более или менее генерализованные и типизированные ситуационные реакции. В подростковом возрасте тревожность начинает опосредоваться Я-концепцией ребенка, становясь тем самым собственно личностным свойством. Я-концепция подростка часто противоречива, что вызывает трудности в восприятии и адекватной оценке собственных успехов и неудач, подкрепляя тем самым отрицательный эмоциональный опыт и тревожность как личностное свойство. В этом возрасте тревожность возникает как следствие фрустрации потребности устойчивого удовлетворительного отношения к себе, чаще всего связанного с нарушениями отношений со значимым другими.

Важно также отметить, что, по исследованиям А.М. Прихожан, тревога начинает оказывать мобилизующее влияние только с подросткового возраста, когда она может стать мотиватором деятельности, подменяя собой другие потребности и мотивы. В дошкольном и младшем школьном возрасте тревога вызывает только дезорганизующий эффект.

Таким образом, чтобы адекватно и качественно диагностировать тревожность, нужно знать и учитывать следующие существенные моменты.

В современной психологии тревога понимается как психическое состояние, а тревожность – как психическое свойство, детерминированное генетически, онтогенетически или ситуационно. Тревожность как устойчивая личностная черта формируется только в подростковом возрасте. До этого она является функцией тревоги.

Тревога как психическое состояние, и тревожность как психическое свойство находятся в конфронтации с базовыми личностными потребностями: потребностью в эмоциональном благополучии, чувстве уверенности, безопасности.

Тревожность не всегда стоит рассматривать как изначально негативную черту личности; она представляет собой сигнал неадекватности структуры деятельности субъекта по отношению к ситуации. Для каждого человека характерен свой оптимальный уровень тревожности, так называемая полезная тревожность, которая является необходимым условием развития личности.

И тревога как психическое состояние, и тревожность как психическое свойство оказывают неоднозначное действие на эффективность деятельности. Тревога до определенного момента может стимулировать деятельность, оказывать мобилизующий эффект, но, преодолев рубеж «зоны оптимального функционирования» личности, достигнув своей интенсивности, начинает производить дезорганизующий эффект. Дезорганизующим эффектом обладает только интенсивная тревога.

Тревога и тревожность может выполнять мобилизующую роль, связанную с повышением эффективности деятельности, начиная с подросткового возраста. На деятельность дошкольников и младших школьников она оказывает только дезорганизующее влияние, снижая ее продуктивность.

Тревога и тревожность не всегда осознаются человеком и могут регулировать его поведение на неосознаваемом уровне. Проследить проявление тревожности в поведении человека бывает довольно сложно, так как она может маскироваться под поведенческие проявления других проблем.

Перечень причин, почему спортсмены испытывают тревожность и страхи, сам по себе еще не решает задачи их снятия, однако его можно рассматривать в качестве отправной точки. Выявление причины страхов спортсмена или обоснованное предположение часто помогает наметить подходы или методы, которые могут снизить тревожность до желательных уровней. Это не означает, что тренер должен считать себя психиатром или психологом. Однако он должен выявлять признаки чрезмерного страха у спортсменов и уметь определить, кому из них необходима небольшая помощь, которую он может оказать сам, а кто нуждается в квалифицированном совете психолога или психиатра. Многие из рассмотренных в предыдущей главе методов регуляции активации пригодны и при работе с высокотревожными спортсменами. Например, для снижения уровня тревожности неоднократно использовались методы Якобсона и Шульца. Помогает также снижение субъективной значимости предстоящего соревнования и исключение угрозы наказания за неудачное выступление.

Понимание признаков активации и тревожности. Согласно довольно устарелой теории эмоций, индивид сначала совершает некий поступок, а затем уже, осознав этот поступок, начинает испытывать соответствующие эмоции. Субъект плачет, а затем, осознав, что он плачет, начинает испытывать грусть. Он сначала дерется, а затем испытывает враждебность, сначала говорит, что боится, а затем испытывает эмоциональные симптомы страха и тревожности. У большинства спортсменов, если они рассчитывают хорошо выступить, перед соревнованием обычно наблюдаются различные физиологические сдвиги. У них могут чрезмерно потеть ладони, учащенно биться сердце, напрягаться мышцы. Это – положительные признаки активации, однако они часто ошибочно интерпретируются как признаки чрезмерной тревожности. Поэтому важно помочь спортсмену понять, что эти проявления на самом деле ему полезны и не означают слабости.

Чтобы помочь спортсменам снизить тревожность, тренер должен учитывать два основных фактора: а) спортивное соревнование вызывает у спортсменов состояние тревожности (т.е. возможность проигрыша, социальной неудачи) и б) наиболее продуктивные методы обычно дают представление о специфических причинах тревожности. Одним из наиболее целесообразных подходов, который можно рекомендовать в работе, является такой, с помощью которого спортсмен на практике прочувствует, что значит, в его виде соревноваться в состоянии высокой тревожности или перевозбуждения. Это достигается соответствующем организацией условий тренировок, введением неожиданных стрессоров и с помощью других изменений в подготовке спортсменов так, чтобы в ней моделировался тот стресс, с которым спортсмену предстоит встретиться на соревнованиях.

Методики психодиагностики психического состояния, помогают четко отдифференцировать спортсменов по степени их напряженности, возбуждаемости или заторможенности, определить боевую готовность, стартовую апатию или «предстартовую лихорадку», тревожность.

Важно знать, что ни одна самая лучшая методика не сможет дать всестороннюю психологическую характеристику личности спортсмена. Она вскрывает лишь малую часть, какую-то грань его психологических способностей, черт его личности, качеств, состояния.

ЦЕРКОВНО-ПРИХОДСКИЕ ШКОЛЫ И ШКОЛЫ ГРАМОТЫ

В КУРСКОЙ ГУБЕРНИИ В КОНЦЕ XIX ВЕКА

–  –  –

Курская губерния в конце XIX века делилась на 15 уездов, занимала территорию в 39582 кв. верст (1 верста = 1067 км.) и включала в себя население 2016637 человек православного вероисповедания обоего пола, из которых мужчин было 1009909 человек, а женщин 1006728 человек, других исповеданий 17032 человек [1, c. 100-101]. Общее число православных приходов в Курской губернии составляло 982, а население в них считалось по количеству душ мужского пола. Население до 700 человек было в 284 приходах, от 700 до 2000 человек мужского пола в 632 приходах, а свыше 2000 душ в 66 приходах [2, c. 2-3].

Среди числа взрослого населения Курской губернии в конце XIX века были представлены дети школьного возраста. Их было 289222 человек, в возрасте от 7 до 14 лет, из них 144715 мальчиков и 144507 девочек. В Курской губернии к началу 1890-1891 учебного года насчитывалось 366 церковно-приходских школ и школ грамоты, из них 187 церковно-приходских школ и 179 школ грамоты. Начальных народных училищ других ведомств было 543 школы [3, c. 102-104]. Но о высоком уровне грамотности среди детей Курской губернии говорить не приходилось. Из общего числа детей, школу не посещали 70 % мальчиков (101795 детей) и 96 % девочек (138607 детей) [4, c. 314-315]. По уездам церковно-приходские школы и школы грамоты располагались следующим образом.

–  –  –

Сопоставляя количество церковных школ с количеством православного населения каждого уезда, можно увидеть, сколько учащихся и квадратных верст приходилось на одну начальную церковную школу.

Ситуация была такова, что число церковно-приходских школ и школ грамоты не соответствовало потребности населения Курской губернии в начальном образовании, а увеличение числа школ в каждом уезде стало одной из насущных проблем православного населения [5, c. 5-6].

Школы начального образования отсутствовали в 177 приходах [6, c. 7]. В Курском уезде, как и в самом губернском городе Курск, не было школ в 11 приходах. В Белгородском уезде в 15 приходах, в Грайворонском уезде в 9 приходах, в Дмитриевском уезде в 24 приходах, в Корочанском уезде в 11 приходах, в Льговском уезде в 18 приходах, в Обоянском уезде в 6 приходах, в Путивльском уезде в 3 приходах, в Рыльском уезде в 15 приходах, в Старо-Оскольском уезде в 11 приходах, в Суджанском уезде в 9 приходах, в Тимском уезде в 9 приходах, в Щигровском уезде в 15 приходах. Исключением был лишь Фатежский уезд, где были все необходимые школы начального образования [7, c. 8].

Таблица 2 Православное население и школы начального образования в Курской губернии в конце XIX века

–  –  –

Главной причиной отсутствия школ начального образования в городских приходах, по показаниям уездных отделений Совета, было достаточное количество уже существующих учебных заведений во всех уездных городах Курской епархии. Именно поэтому в конце XIX века отсутствовали церковно-приходские школы в 11 приходах г. Курска и в 16 уездных городских приходах (в г. Рыльске в 8 приходах, в г. Белгороде в 5 приходах, в г. Старом Осколе в 3 приходах). Что же касается сельских приходов, то здесь главной причиной называлось отсутствие местных средств на строительство школ и их дальнейшего содержания. Также отмечалось большое нежелание со стороны крестьянских общин отдавать на обучения своих детей, и сводилось оно к недостаточному пониманию важности значения школьного обучения для их будущего экономического благосостояния и религиозно-нравственной жизни.

Неправильными, по мнению уездных отделений Совета, были и взгляды некоторых крестьянских общин на земские сборы для народного образования. Под их влиянием приходские общества отказывались от новых ассигнований на устройство приходских школ. Немаловажным было и отсутствие благоприятных условий для открытия школ и выражалось это в крайней бедность, малочисленность и разбросанность приходов, а так же в отсутствии в составе причта лиц, которые могли бы обучать учеников [8, c. 9].

Во всех церковных школах Курской губернии в конце XIX века обучались лишь 4 % детей от общего числа детей школьного возраста (11195 человек), из них 7 % были мальчики (10180 человек) и 0,70 % девочки (1015 человек).

Из этого числа в церковно-приходских школах обучалось 6791 человек (61 %), из них 6202 (91 %) мальчиков и 589 (9 %) девочек. В школе грамоты учились 4404 человек (39 %), из них 3978 (90 %) мальчиков и 426 (10 %) девочек. Сопоставляя число учащихся в церковно-приходских школах и в школах грамоты с общим числом церковно-приходских школ (187 школ) и школ грамоты (179 школ), получаем, что на одну церковноприходскую школу в среднем приходилось по 36 учащихся и на одну школу грамоты по 25 учеников [9, c. 9-10].

Что касалось начальных народных училищ других ведомств, то в 543 школах обучались 13 % детей от общего числа детей школьного возраста (37635 человек), из них 32750 (87 %) мальчиков и 4885 (13 %) девочек, а на одну школу приходилось 69 учащихся [10, c. 11].

Таким образом, в конце XIX века в Курской губернии общее количество православных детей, обучающихся во всех начальных школах разных ведомств, составляло 17 % (48830 человек обоего пола) от общего числа детей школьного возраста, из них 42930 (88 %) мальчиков и 5900 (12 %) девочек. Соответственно вне школы находились около 83% детей (240402 человек), из них 101795 (42 %) мальчиков и 138607 (58 %) девочек [11, c. 10].

Сравнивая общее число мальчиков посещающих начальные школы – 144715 человек, с числом обучающихся девочек – 144507 человек, мы видим, что из мальчиков получают начальное образование около 30 % и 70 % остаются неграмотными, а из девочек всего 4 % получают начальное образование, а остальные школы начального образования не посещают.

–  –  –

Почти все церковные школы в конце XIX века в Курской губернии предназначались как для мальчиков, так и для девочек. Но в реальности в них обучались в основном мальчики и связанно это было со стойким нежеланием крестьян отправлять в школы девочек. Для девочек существовали специализированные школы, но их в Епархии было всего 9, тогда как для обучения мальчиков существовало 89 школ. Остальные 268 школ относились к школам смешанного типа [12, c. 10-11].

Процентное соотношение числа учащихся в начальных школах к общему количеству детей школьного возраста, получающих образования, распределялось следующим образом [13, c. 11-12].

В некоторых приходах обучение в церковно-приходских школах и школах грамоты было платным и это также отталкивало крестьянские семьи от необходимости обучения своих детей [14, c. 250-254]. Из 187 церковно-приходских школ оплата за обучения взималась в 32 школах и составляла 1765 рублей, 95 копеек в год [15, c. 254].

Оплата производилась следующим образом:

Таблица 4 Стоимость обучения в церковно-приходских школах

–  –  –

Решая вопрос об улучшении и дальнейшем развитии дела религиознонравственного просвещения народа, Уездное отделение Епархиального Училищного Совета высказывало предложение обязать духовенства открывать церковно-приходские школы и школы грамоты в тех приходах, где не было начальных школ и назначать на их открытие особые субсидии.

Но в реальности из-за разбросанности отдельных поселков прихода, в этих школах обучались лишь дети ближайших к школе мест, а дети из других поселков лишались возможности посещать школы. В связи с этим, было предложено создавать так называемые передвижные школы для распространения грамотности в тех местах, где это не представлялось возможным по причине малочисленности или бедности жителей и открывать школы для обучения девочек, все ещ остававшихся в своем большинстве (около 96 %) без образования и религиозно-нравственного воспитания [17, c. 84].

Для улучшения учебно-воспитательной деятельности в церковных школах, Уездным отделением Епархиального Училищного Совета предлагалось ввести обязательные испытания при Совете для выявления степени подготовки к преподаванию всех лиц, имеющих отношение к обучению.

Исключение предоставлялось лишь лицам, окончившим духовную семинарию или имевшим свидетельство учителя начальных школ.

Обязательным для всех воспитанников, окончивших курсы семинарии, было трехлетнее прохождение должности учителя в церковноприходских школах, если они при этом не занимали места дьякона и псаломщика. Дьяконы же и псаломщики, которые заканчивали курсы семинарии, занимали учительские должности в местных приходских школах [18, c. 85].

Для подготовки к преподаванию лиц, не имеющих необходимого образования для учителей церковно-приходских школ, при духовных училищах открывались годичные курсы. Расходы были небольшие, а руководство и преподавание на этих курсах брали на себя преподаватели духовных училищ. Польза от таких курсов заключалась в том, что каждый год с курсов выходили по 10 человек подготовленных к преподаванию, а через каждые 5 лет во всех церковных школах училищного округа были свои учителя. А во время краткосрочных летних курсов, неопытные учителя церковно-приходских школ знакомились с лучшими методами обучения под руководством компетентных в педагогическом деле лиц [19, c. 86].

Для самообразования учителей в уездных городах образовывались книжные склады, а для внеклассного чтения учеников устраивались школьные библиотеки с книгами религиозно-нравстенного содержания [20, c. 87].

Не обошел стороной и вопрос увеличения материальных средств на содержание церковно-приходских школ и обеспечения учителей. К числу обязательных сборов отнесли сборы по приговорам сельских обществ на содержание церковно-приходских школ и установили определенные денежные взносы на содержание церковно-приходских школ от церквей, где их никогда не существовало. Местные церковно-приходские школы и школы грамоты находились в бедных и малочисленных приходах, а каждая церковь, при которой существовала школа, тратила на е содержание ежегодно не меньше 25 рублей [21, c. 86]. В богатых и многочисленных приходах церкви не несли никаких затрат на народное образование кроме обязательных для всех церквей Курской Епархии. В этих приходах параллельно существовали благоустроенные и обеспеченные земские или Министерские школы.

Усилились меры по наблюдению за школами и сводились они к назначению особого ревизора, который должен был посвящать себя исключительно проверке учебно-воспитательной деятельности школ. Помимо этого, устанавливалась ежегодная ревизия церковно-приходских школ членами уездных Отделений, которая поддерживалась со стороны уездной администрации и волостных правлений.

Но существовавшие проблемы препятствовали успешному развитию церковно-школьного дела. На первом месте среди проблем вс ещ была нехватка материальных средств для благоустройства уже существующих и открытия новых школ. Во многих приходах не было даже приспособленных для школ помещений. Не менее важной причиной было и то, что само приходское духовенство не всегда могло успешно совмещать обязанности по приходу с обязанностями учительства в школах. В некоторых приходах наблюдалась такая картина, когда в составе причта были только священник и псаломщик, первый из которых мог находиться в престарелом возрасте, либо в болезненном состояния, а второй был без должного образования.

В целом недостаточная подготовка большинства церковнослужителей не могла привести к успешному преподаванию по программе предметов курса церковно-приходских школ. По этой причине преподавательской деятельностью, кроме членов причта, стали заниматься воспитанники духовной семинарии, которые обучались в образцовых начальных школах и выпускницы епархиальных женских училищ.

Тем не менее, благодаря предписаниям Уездных отделений Епархиального Училищного Совета и усилиям священнослужителей в деле просвещения и в увеличения числа церковно-приходских школ и школ грамоты, а так же в улучшении уровня образованности и грамотности среди населения Курской губернии были достигнуты определенные успехи. Так к началу XX века (к 1906 году) население увеличилось и составило 2545301 человек, из этого числа детей школьного возраста от 7-14 лет было 254525 человек. На это количество детей приходилось 1457 школ начального образования, из которых церковно-приходских школ было 384 и школ грамоты – 59. К началу 1914 году уже существовало 910 начальных церковных школ. Из них 892 – одноклассных, 13 – двухклассных и 5 школ грамоты. Увеличилось и число учащихся обоих полов [22, c. 2-3].

Но не смотря на существующие проблемы в церковнопросветительском деле, в целом мы можем говорить о повышении уровня грамотности и образованности среди населения Курской губернии в конце XIX века, укреплении статуса священнослужителя, увеличении числа начальных церковных школ, которые помимо религиозно-нравственного воспитания, обучали техническим навыкам и профессиональному мастерству. Церковно-приходские школы и школы грамоты сыграли свою главную роль в укреплении православной веры, создании религиознонравственной основы и в воспитании у учащихся чувства патриотизма и гражданского долга.

Литература

1. Курские Епархиальные ведомости. Год 21. 2-9 февраля 1891 г. № 6.

С. 100-101.

2. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск.1891г./Курские Епархиальные ведомости из № 6-10,12-18 за 1891 г. С. 2-3.

3. Курские Епархиальные ведомости. Год 21. 2-9 февраля 1891 г. № 6.

С. 102-104.

4. Курские Епархиальные ведомости. 27-04 мая 1891 г. № 18. С. 314-315.

5. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск.1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 5-6.

6. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск.1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 7.

7. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 8.

8. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 9.

9. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 9-10.

10. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 11.

11. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 10.

12. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 10-11.

13. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 11-12.

14. Курские Епархиальные ведомости. Год 21. 30 марта-6 апреля 1891 г.

№ 14. С. 250-254.

15. Курские Епархиальные ведомости. Год 21. 30 марта – 6 апреля 1891 г.

№ 14. С. 250-254.

16. Курские Епархиальные ведомости. Год 21. 30 марта – 6 апреля 1891 г.

№ 14. С. 255.

17. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 84.

18. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 85.

19. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 86.

20. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 87.

21. Отчет о состоянии ЦПШ и школ грамотности за 1889-1900 учебный год Курск. 1891 г. / Курские Епархиальные ведомости из № 6-10, 12-18 за 1891 г. С. 86.

22. Курский Епархиальный Училищный Совет. Ведомость о церковных школах Курской епархии за 1913 гражданский год. Курск. С. 2-3.

СЕКЦИЯ 3

ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ И ПОЛИТОЛОГИЯ

ПРАВОТВОРЧЕСКИЕ ПРОЦЕДУРЫ В ЕВРОПЕЙСКОМ СОЮЗЕ

–  –  –

Особенность правотворчества, обусловленная глобализацией, состоит в том, что изменяется предмет правового регулирования; вс чаще законодатель должен работать с проблемами не только национального характера, но и тесно связанными с международными отношениями. Таким образом, в законотворчестве в силу процесса глобализации происходит повышение удельного веса международно-правового фактора по сравнению с другими, учитываемыми в законодательном процессе [3]. Современным проблемам, связанным с процессом создания, изменения и отмены нормативных правовых актов посвящено достаточно много исследований. Анализ научной и учебной литературы по вопросам правотворческой деятельности показывает, что вся совокупность общественных отношений, возникающих в процессе инициирования, подготовки, обсуждения и принятия будущего нормативного правового акта не имеет однозначного определения. В юридическом мире возникает несогласованность и противоречивость в определении этого важного для правовой деятельности явления [1]. В Европейском Союзе в понятия «законодательный процесс» и «законодательные процедуры» вкладывается несколько отличный от общепринятого смысл.

Эти термины используются в значительной степени условно. Законодательный процесс – это носящая официальный характер деятельность, в процессе осуществления которой то или иное лицо, во-первых, действует в качестве уполномоченного субъекта, а его действия, во-вторых, выступают в роли юридического факта, порождающего, в-третьих, определенное правоотношение между участниками этого процесса. Под законодательным процессом в Европейском Союзе понимаются определнные в учредительных договорах процедуры принятия институтами и органами Европейского Союза нормативно-правовых других актов вторичного права. Соответственно понятие законодательного процесса в Европейском Союзе синонимично понятию процесса принятия решений в международной организации. Законодательный процесс в Европейском Союзе находит выражение в нескольких законотворческих процедурах. Современным проблемам, связанным с процессом правообразования, а так же создания, изменения и отмены нормативных правовых актов посвящено достаточно много исследований ученых-юристов. Анализ научной и учебной литературы по данным вопросам обнаруживает, что вся совокупность общественных отношений, возникающих в процессе инициирования, подготовки, обсуждения и принятия будущего нормативного правового акта не имеет однозначного определения. В юридическом мире возникает несогласованность и противоречивость в определении этого важного для правовой действительности явления. Для обозначения данного процесса законодатели и ученыеюристы используют такие понятия как: правообразование, правотворчество, нормотворчество, нормотворческая, правотворческая и законотворческая деятельность, законодательный, законотворческий, законопроектный и правотворческий процесс и др. Однако, такое изобилие терминов не вносит определенности, только усложняет понимание исследуемого явления. По мнению А.А. Белкина применение термина «законодательный процесс» неуместно в принципе, так как процесс – это такой порядок, которому присуще принудительное осуществление права, и таким субъектом, который стоит вне круга лиц, включаемых в осуществляемое правоотношение (например, уголовный процесс, гражданский процесс). Сам же он употребляет термин «процедура законодательного правотворчества».

Отождествление понятий «правотворчество» и «законотворчество», как это делает С.С. Алексеев, вряд ли является целесообразным, так же как в равной мере является ошибочным отождествление понятий «правотворческий процесс» и «законодательный процесс». Данные понятия не тождественны и не являются равнозначными. Понятия «правотворчество» или «правотворческий процесс» связаны с принятием нормативных правовых актов в целом, понятия «законотворчество» или «законотворческий процесс» в своем специальном значении связаны лишь только с одной разновидностью нормативных правовых актов – с законами. В этой связи уместно вспомнить точку зрения А.М. Мицкевича, который считает целесообразным разграничить понятия «создание нормативного акта» и «законодательная деятельность». По его мнению, процесс создания нормативного акта подразделяется на подготовку проекта, рассмотрение и принятие его правотворческим органом, опубликование акта. Законодательная деятельность является более узким понятием, что следует из соотношения понятий «нормативный акт» и «закон». Законодательная деятельность состоит из таких стадий, как законодательная инициатива, обсуждение законопроекта, утверждение или принятие закона, опубликование закона. В юридической литературе правообразование не получило единообразного толкования. По мнению одних ученых, оно отождествляется с правотворчеством, которое в этом случае, однако, включает в себя «все сложные процессы, предшествующие решению о подготовке проекта нормативного акта». По мнению других ученых, правообразование либо предшествует правотворческому процессу, либо включает его и качестве одного из своих этапов. Нет оснований отождествлять правотворчество с правообразованием в целом, поскольку оно осуществляется в определенных, урегулированных законодательством рамках. Так С.В. Поленина и Н.П. Колдаева считают, что «правотворчество» представляется более конкретным, чем не имеющее какой-либо связи с деятельностью по созданию правовых норм, но тем не менее иногда употребляемое в литературе понятие «правообразование». Нельзя и исключать правотворчество из правообразования, если, конечно, не разделять тезиса о том, что правовые нормы не обязательно устанавливаются или санкционируются государством. Таким образом, говоря о правотворческом процессе, речь идт об алгоритме создания, изменения и отмены правовых норм, т.е. процесс рассматривается, как ряд сменяющих друг друга стадий. Говоря о законотворческом процессе, речь идт об алгоритме создания, изменения и отмены норм законов. Рассматривая понятие «правотворчество», «нормотворчество» и «законотворчество», следует отметить что «законотворчество» понятие более узкое, т.к. в нм речь идт о деятельности компетентных субъектов по принятию, отмене или изменении норм закона, «правотворчество» понятие более широкое, т.к. в нм говориться не только о деятельности компетентных субъектов по принятию принятии, изменении и отмене норм закона, но и иных нормативных правовых актов. Наиболее широким понятием является «нормотворчество», т.к. в этом понятии речь идт о деятельности компетентных субъектов по принятию создании, изменении и отмене норм, которые не всегда являются правовыми. Помимо норм права «нормотворчество» включает в себя принятие, изменение норм морали, религии и иные социальные и экономические нормы. Однако в учебной литературе, с целью упрощения учебного материала, большая часть учных-юристов использует эти понятия как тождественные.

Субъектами законодательного процесса в Европейском Союзе являются не высшие органы государственной власти, а наднациональные органы. Праву Европейского Союза не известна такая форма, как «закон», ближайшим к закону по юридическим свойствам актом является регламент, но законодательные процедуры Союза применяются для издания как регламентов, так и других нормативных актов – директив и рамочных решений. Процедуры принятия решений в Европейском Союзе классифицируют по сфере распространения на общие и специальные. К общим относятся те, которые используются при принятии решений в различных областях сквозь призму уполномочивающих статей. Теоретически общие процедуры могут быть распространены на любую сферу деятельности Союза.

Общими процедурами являются процедура «Комиссия – Совет», процедура консультаций, процедура совместного принятия решений, процедура санкционирования, процедура сотрудничества. Общие законодательные процедуры можно подразделить по степени их распространенности на основные и не основные. Основные: процедуры консультаций и совместного принятия решений, к ним так же относят и процедуру «Комиссия – Совет».

Не являются основными процедуры сотрудничества и санкционирования.

По времени введения в законодательный процесс общие процедуры подразделяются на классические и современные; в зависимости от насыщенности этапа обсуждения проекта решения – на простые и сложные. К специальным процедурам относятся те, которые используются только при принятии решения по определнному вопросу. Специальная процедура находится в зависимости от специфики проблематики, характер процедуры связан со сферой принятия решения. Общими чертами законодательных процедур Европейского Союза являются наличие одних и тех же субъектов, участвующих в принятия решения, а также наличие во всех процедурах трх этапов прохождения принятия решения. Данными фазами являются подготовка проекта и законодательная инициатива, обсуждение проекта решения, принятие решения. При этом основные различия в законодательных процедурах Союза проявляются во второй фазе – фазе обсуждения.

Правотворчество в Европейском Союзе носит характер согласования воль государств. Большая роль в процессе создания норм права Европейского Союза принадлежит писаным источникам, а именно международным договорам и актам Европейского Союза. Важную роль играет прецедентное право Суда Европейского Союза, придающее динамизм и необходимую гибкость правовой системе Европейского Союза. Право Европейского Союза является активным средством прогресса интеграционного процесса, его своеобразным ускорителем, избегая негативных консервативных тенденций и застоя, характерных для правовых систем международных межправительственных организаций, покоящихся на традиционных правовых источниках. Лиссабонским договором предусматривается упрощнный порядок внесения изменений в учредительные документы интеграционного объединения. Поменялось распределение ролей между институтами Европейского Союза. Иной стала вовлечнность национальных государств в то, как протекает подготовка, принятие и контроль за исполнением нормативных актов интеграционного объединения. Национальные парламенты подключены к правотворческому процессу. Им доверен предварительный контроль над соответствием законодательных инициатив и законопроектов Европейского Союза требованиям субсидиарности. В соответствии с принципом субсидиарности в сферах, которые не входят в исключительную компетенцию Союза, он вмешивается лишь тогда и лишь в той мере, когда предполагаемые цели не могут быть достигнуты в достаточной степени государствами-членами как на центральном уровне, так и на уровнях региональном и местном, но могут быть лучше достигнуты на уровне Союза по причине принятия более серьзных и результативных мер. Новым моментом Лиссабонского договора явилось положение о том, чтобы приобщить непосредственно национальные парламенты к процедуре контроля над соблюдением принципа субсидиарности. Основная идея данного принципа заключается в том, чтобы расширить рамки собственного усмотрения государств-членов за счт сужения сферы действия права Союза.

Хотя принцип субсидиарности распространяется на всю сферу совместной компетенции Европейского Союза и государств-членов, вс же наиболее часто, согласно сложившейся практике, он применяется в области правотворческой деятельности сторон. Именно здесь наиболее эффективно проявляются последствия его благоприятного воздействия на характер отношений наднациональных, общеевропейских институтов с национальными институтами, Европейского Союза с государствами – его членами. В повседневной жизнедеятельности Евросоюза и его отношениях с государствами-членами принцип субсидиарности проявляется в разных формах и имеет несколько путей своего функционального выражения. В одних случаях он выполняет функции толкования принимаемых или принятых на уровне Европейского Союза правовых актов. В других – принцип субсидиарности рассматривается как один из элементов определения законности принимаемых институтами Союза нормативно-правовых актов. В третьих же случаях он выступает как политический феномен, помогающий вызвать доверие к актам Европейского Союза и к их законности. Ответственность за невыполнение или ненадлежащее выполнение требований, содержащихся в субсидиарном акте, лежит на государствах-членах, а ответственность за ненадлежащее качество данного акта возлагается на Европейский Союз в лице Еврокомиссии, выступающей с инициативой принятия субсидиарного акта, а также на Совет и Европарламент, поддержавшие его принятия.

В случаях возникновения споров, касающихся применения принципа субсидиарности или толкования субсидиарного акта, все вопросы подобного рода решаются только на наднациональном уровне, а точнее Судом Европейского Союза. Все законодательные акты должны проходить многокритериальную экспертную проверку. Сначала определяется, нужен ли вообще предлагаемый законодательный акт, можно ли без него обойтись, не экономнее ли попытаться достичь предполагаемых целей иным образом.

Далее детальнейшим образом изучаются социально-экономические последствия обосновываемых законодательных решений. Анализируются системные последствия их принятия.

Лиссабонский договор дал толчок совершенствованию законотворческой деятельности Европейского Союза. Среди актуальных проблем одно из важнейших мест вс же принадлежит повышению качества принимаемых нормативных правовых актов, обеспечения их обоснованности и законности, а также совершенствованию всего правотворческого процесса в Европейском Союзе. Правотворческая деятельность – сложное и многогранное явление, обеспечивающее формирование норм национального и международного права, их обновление и совершенствование. В то же время правотворчество – разновидность юридической практической деятельности, результатом осуществления которой является принятие документов нормативно-правового характера [2]. Правотворчество является одним из важных средств управления обществом, самостоятельной юридической формой реализации власти и находится в непосредственной связи с е предназначением, типом, функциями и механизмом. Европейский Союз – это весьма динамичный и постоянно трансформирующийся институт межгосударственных отношений. Он является воплощением идеи интеграции европейских народов, которая на каждом историческом этапе развития наполняется новым политическим, экономическим, юридическим содержанием.

Литература

1. Борисов А.С. К вопросу о множественности определений процесса создания, изменения и отмены нормативных правовых актов // Права и свободы человека и гражданина: актуальные проблемы науки и практики. 2013. С. 149.

2. Дидыч Т.О. Правотворчество государства и противодействие коррупции в современных условиях // Журнал российского права. 2012.

№ 8. С. 69.

3. Селютина Е.Н. Влияние международного права на правотворчество в РФ // Актуальные проблемы совершенствования законотворческой деятельности. 2010. С. 396.

ПРАВА И ОБЯЗАННОСТИ СТОРОН ПО ДОГОВОРУ ЛИЗИНГА

–  –  –

В настоящей статье рассматриваются права и обязанности сторон, являющиеся существенными в договоре финансовой аренды, а также некоторые его особенности на территории Российской Федерации.

Права и обязанности сторон в договоре лизинга в Российской Федерации регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», а также самим договором лизинга непосредственно. Обычно главной обязанностью лизингодателя в договоре финансовой аренды является приобретение у продавца в собственность имущества и его передача во временное владение и пользование лизингополучателю на срок, установленный в договоре. К этому можно прибавить комплекс вспомогательных услуг, имеющих прямое отношение к заключению и реализации договора лизинга (как пример, помощь с оформлением всех бумаг при регистрации воздушного судна гражданской авиации).

Представляется, что в соответствии со статьей 625 ГК РФ к правам и обязанностям сторон по договору лизинга можно отнести права и обязанности, вытекающие из общих положений об аренде, определенных в § 1, главе 34 ГК РФ.

Однако права и обязанности по договору лизинга имеют также определенную специфику. Так, в отличие от лизингодателя лизингополучатель наделяется более широким спектром обязанностей. К таким обязанностям чаще всего относятся обязанности о вовремя совершенной приемке имущества, своевременном страховании (если условия договора возлагают эту обязанность на лизингополучателя), своевременной оплате лизинговых платежей, об осуществлении планового и технического обслуживания имущества, использовании имущества только по соответствующему назначению и т.д.

Из содержания закона усматривается, что лизингодатель наделяется правом изъятия предмета лизингового договора из владения и пользования контрагента (лизингополучателя) в тех случаях, которые предусмотрены российским законодательством и договором финансовой аренды.

К таким случаям относятся, в частности, следующие ситуации:

условия пользования имуществом лизингополучателем не согласуется с назначением, указанным в договоре финансовой аренды;

лизингополучатель не поддерживает имущество в надлежащем состоянии, что ухудшает его потребительские свойства;

ст. 13 Закона «О финансовой аренде (лизинге)» гласит, что в случае неперечисления лизингополучателем лизинговых платежей более двух раз подряд по истечении установленного договором лизинга срока платежа их списание со счета лизингополучателя осуществляется в бесспорном порядке путем направления лизингодателем в банк или иную кредитную организацию, в которых открыт счет лизингополучателя, распоряжения на списание с его счета денежных средств в пределах сумм просроченных лизинговых платежей. Бесспорное списание денежных средств не лишает лизингополучателя права на обращение в суд.

Лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга. В этом случае все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, страхование и транспортировку, несет лизингополучатель [1].

Несмотря на то, что лизингополучатель не находится в договорных правоотношениях с продавцом имущества, он наделен по отношению к нему определенным спектром прав и обязанностей. Так, согласно статье 668 ГК РФ «если иное не предусмотрено договором финансовой аренды, имущество, являющееся предметом этого договора, передается продавцом непосредственно арендатору в месте нахождения последнего. В случае, когда имущество, являющееся предметом договора финансовой аренды, не передано арендатору в указанный в этом договоре срок (а если в договоре такой срок не указан, в разумный срок), арендатор вправе, если просрочка допущена по обстоятельствам, за которые отвечает арендодатель, потребовать расторжения договора и возмещения убытков» [2]. Размер убытков подсчитывается по общим правилам, установленным статьей 15 ГК РФ, которая гласит: «...под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода)» [3].

Необходимо отметить, что возможность изъятия имущества, которая [возможность] рассматривается в качестве некоторой весомой гарантии соблюдения прав лизингодателя, на практике представляется далеко не идеальной. Если, к примеру, речь идет о лизинговом автомобиле, то изъятие его, как правило, не повлечет за собой серьезных убытков лизингодателя. Данное имущество в целом является ликвидным и может быть либо реализовано третьим лицам на сторону, либо передано в пользование по новой лизинговой сделке.

Совсем другая ситуация возникает, когда в качестве предмета лизинга выступает производственная линия, сложное, специально монтируемое оборудование, уникальный станок и т.д. В этом случае, во-первых, изъятие объекта лизинговой сделки может быть крайне затруднительным, а порой и совершенно невозможным в силу специфических технических особенностей его размещения (например, если производственная линия собрана и налажена в специально построенном цехе). Во-вторых, сразу же встает вопрос о возможности дальнейшей реализации или сдаче в лизинг указанного оборудования. С учетом сказанного можно с высокой долей вероятности предположить, что фактически лизингодатель может столкнуться с серьезными проблемами в реализации данного оборудования, особенно если в качестве предмета лизинга выступает уникальное оборудование.

В этой связи вопрос обеспечения гарантий лизингодателя представляется весьма спорным и неоднозначным. Таким образом, то, насколько этот момент является положительным или отрицательным, зависит прежде всего от характера имущества, которое выступает в качестве объекта лизинга.

В любом случае необходимо учитывать существование определенного риска в лизинговом бизнесе, связанного с расторжением договора и изъятием имущества, – фактически лизингодатель приобретает имущество, которое его, как правило, совершенно не интересует с точки зрения технологических качеств, свойств, предназначения. Поэтому у лизингодателя вряд ли найдется возможность передать его в повторную аренду.

Следующей особенностью договора финансовой аренды является право предъявления лизингополучателем условий, связанных с качеством и комплектностью имущества, составляющего предмет лизинговой сделки, сроках его поставки, а также других требований, происходящих из договора купли-продажи, заключенного между продавцом и лизингодателем, непосредственно продавцу имущества [4]. При этом в случае ненадлежащего исполнения условий договора купли-продажи лизингополучатель наделяется правами и несет обязанности, как если бы он был покупателем по договору купли-продажи данного имущества, а именно: он имеет право отказаться от переданного имущества; потребовать замены того имущества, которое не отвечает условиям договора купли-продажи, на имущество, предусмотренное заключенным договором; потребовать недостающее количество имущества и т.п. Единственное, что не взваливается на лизингополучателя – это обязанность оплатить приобретаемое имущество.

Согласно статье 670 ГК РФ лизингополучатель не может расторгнуть договор купли-продажи с продавцом без согласия лизингодателя в случае нарушения продавцом своих обязательств (например, поставка предмета лизинга ненадлежащего качества). Поднимать вопрос о расторжении договора купли-продажи могут лишь стороны этого договора: продавец и лизингодатель. Так как в большей части случаев ответственность за выбор продавца лежит на лизингополучателе, если иное не вытекает из договора финансовой аренды, лизингодатель не несет ответственность перед лизингополучателем за невыполнение или ненадлежащее выполнение продавцом его обязанностей по договору купли-продажи кроме тех случаев, когда выбор продавца согласно условиям договора лизинговой сделки реализовал лизингодатель. В случае выбора продавца лизингодателем последний несет перед лизингополучателем солидарную ответственность с продавцом за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора куплипродажи [5].

Отличительная черта лизинговой деятельности выражается еще и в том, что в обязательство лизингодателя в договоре купли-продажи с продавцом имущества входит также предписание на приобретение имущества в целях сдачи его в аренду конкретному лизингополучателю [6]. Такая установка, наравне с прочими условиями договора купли-продажи и финансовой аренды (лизинга), вносит определенность и прозрачность в лизинговые правоотношения, что является ценным обстоятельствам для правильного применения норм гражданского законодательства. Отсутствие упоминания цели приобретения имущества не оказывает влияния на действительность договора, но может быть причиной для претензий во взыскании убытков. Данный фактор имеет огромное значение, например, для гарантийного обслуживания предмета лизинга (в качестве покупателя выступает одно лицо, а по факту имущество находится в пользовании у другого лица).

По общему правилу риск случайной гибели или случайной порчи имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договорными отношениями. В процессе лизинговой сделки собственником имущества остается лизингодатель. Тем не менее, риск случайной гибели или случайной порчи арендованного имущества несет лизингополучатель с момента передачи ему имущества, если иное не предусмотрено договором [7].

Следует отметить, что узкоспециализированные лизинговые фирмы чаще всего занимаются реализацией одного товара (легковые, грузовые автомобили, контейнеры, воздушные, водные суда и т.д.) или товаров одной группы стандартных видов (строительное оборудование, оборудование для текстильных предприятий и пр.). Универсальные лизинговые компании передают в финансовую аренду (лизинг) различные виды машин и оборудования. Они позволяют лизингополучателю самому выбрать поставщика необходимого ему имущества, разместить заказ и принять участие в приеме предмета сделки. Техническое обслуживание и ремонт осуществляют поставщик оборудования либо сам лизингополучатель. При этом лизингодатель на правах владельца имеет право осмотреть имущество и проверить его комплектацию. После ввода объекта в эксплуатацию лизингодатель подписывает протокол приемки объекта. Если протокол приемки содержит перечень неисправностей или дефектов, вскрывшихся при приемке, как правило, составляется дефектная ведомость и лизингодатель возлагает на поставщика их устранение в течение определенного срока. Лизингодатель вправе систематически осуществлять проверку состояния сдаваемого внаем имущества и точность его эксплуатации.

При осуществлении лизинговой сделки лизингополучатель обычно берет на себя следующие обязательства:

произвести приемку объекта сделки непосредственно при поставке, обеспечить все необходимые технические и правовые условия приемки;

осуществить монтаж и ввод объекта в эксплуатацию в тех случаях, когда это не входит в обязанности поставщика;

подтвердить комплектацию поставки, качество работы оборудования и достижение проектной мощности;

при обнаружении недостатков их перечень указать в протоколе приемки и сообщить лизингодателю.

Пользователь может рассчитывать на следующие услуги от лизингодателя: технические услуги, связанные с транспортировкой и ее организацией предмета лизинговой сделки к месту его использования лизингополучателем, монтажом и ремонтом сданного в лизинг имущества, техническим обслуживанием и текущей починкой оборудования; консультационные услуги, связанные с налогообложением, оформлением договора и т.д.

Лизингополучатель наделен правом передачи лизингового имущества в сублизинг с письменного согласия лизингодателя. При этом по своему экономическому содержанию срок сублизинга не может превышать срок основного договора лизинга. В целом отношения сублизинга урегулированы так же, как и отношения субаренды, однако следует иметь в виду, что на практике возможность передачи имущества в сублизинг может быть ограничена в случае, когда имущество приобретено лизингодателем за счет заемных средств. Дело в том, что при выдаче кредита лизингодателю могут быть оговорены специальные условия заимодавца относительно местонахождения имущества, порядка его учета и т.д. Поскольку указанное имущество, как правило, является залогом по выданному кредиту, то заимодавцу, безусловно, интересно и небезразлично, где оно в настоящий момент находится, как и кем эксплуатируется.

Анализируя права и обязанности сторон лизинговой сделки, следует помнить о таком важном моменте, как обязанность лизингодателя предупредить лизингополучателя о всех правах третьих лиц на предмет лизинга [8]. Существующая практика лизинговой деятельности основана на приобретении лизингодателем предмета лизинга за счет кредитных ресурсов и соответственно передаче имущества в залог заимодателю. Совершенно очевидно, что если обособленно рассматривать определенный договор финансовой аренды за счет средств, взятых в кредит, то цепь платежей предстает в следующем виде: с одной стороны, у нас есть платежи от лизингополучателя к лизингодателю, а с другой стороны, платежи от лизингодателя банку, выступающему в роли кредитора сделки. В том случае, если прерывается первое звено этой цепи, т.е. лизингополучатель прекратил выплачивать лизингодателю описанные в договоре платежи, после чего последний не в состоянии выполнить свои обязательства перед кредитором, лизинговое имущество последовательно конфискуется у сторон договора – сперва у лизингополучателя согласно договору лизинга, а затем и у лизингодателя, который исполняет функцию должника по кредитному займу.

Труднее обстоит дело в обстоятельствах, при которых лизинговая фирма не в состоянии по тем или иным причинам (обычно в связи с трудным материальным положения) вернуть кредит даже в том случае, если лизингополучатель в полном размере и вовремя исполнял свои обязательства перед лизинговой компанией, т.е. цепочка платежей прерывается на втором ее звене – между лизингодателем и кредитором. В таком случае кредитор имеет право изъять предмет договора у лизингополучателя для выполнения своих обязательств по кредиту. Из этого следует, что данное обстоятельство является неминуемым фактором риска в этом бизнесе, которому в первую очередь подвергнут лизингополучатель. Даже при добросовестном исполнении своих обязательств по договору, он может остаться без своего лизингового имущества.

Российское законодательство не регламентирует в данной ситуации конкретный порядок действий сторон договора, поэтому в целях недопущения сложных судебных разбирательств и недоразумений действия участников сделки при подобных ситуациях должны четко и ясно прописываться в договоре. Например, речь может идти о том, что в договоре лизинга прописывается четкое разделение платежа на платеж за текущее пользование и владение объектом лизинга и платеж в части выкупа имущества (таким образом, идентифицируется та величина выкупной стоимости, которую лизингополучатель заплатил в составе платежей лизингодателю). Указанная величина выкупной стоимости и может выступать величиной претензий лизингополучателя к лизингодателю.

С другой стороны, лизинговое имущество не может быть использовано лизингополучателем в качестве залога, даже если это имущество не является залогом у кредитора. Дело в том, что согласно условиям бухгалтерского учета предмет лизинга может находиться на балансе лизингополучателя, хотя и не является его собственностью. В том случае, если в отношении лизингополучателя возбуждена процедура банкротства, лизинговое имущество должно в бесспорном порядке быть возвращено лизингодателю, даже если учет этого имущества осуществляется на балансе лизингополучателя (при составлении ликвидационного баланса оно не должно приниматься во внимание).

Подобная схема в западных странах является серьезной гарантией соблюдения интересов лизингодателя (лизингодатель в любом случае получит либо лизинговые платежи, либо имущество обратно и будет в состоянии сам рассчитаться с кредитором по конкретной сделке).

В отечественной практике, к сожалению, аналогичный механизм еще не отработан в полной мере, лизингодатели требуют дополнительного обеспечения или поручения от лизингополучателей, что в целом снижает эффективность лизинга как нового института. Следует отметить, что отчасти бухгалтерская практика учета лизингового имущества способствует развитию данной коллизии.

Во многих учебных изданиях и практических руководствах одним из главных плюсов института лизинга называется то, что в отличие от кредита здесь не требуется дополнительных гарантий, обеспечения или поручительств, так как имущество находится в собственности лизингодателя.

Данное утверждение представляется весьма спорным как с организационной точки зрения, так и с его экономической сущности.

Вывод.

Практика ведения бизнеса с помощью лизинга в Российской Федерации в настоящее время еще не достигла значимого уровня, по этой причине потенциальным лизингополучателям приходится сталкиваться с теми же сложностями по оформлению договора лизинга, как и при необходимости получения кредита.

Литература

1. Ст. 13, Федеральный закон от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

2. Ст. 668 Гражданского кодекса Российской Федерации от 01.03.1996 г.

3. Ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации от 01.01.1995 г.

4. Ст. 670 Гражданского кодекса Российской Федерации от 01.03.1996 г.; п. 2 ст. 10 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

5. Ч. 2 ст. 670 Гражданского кодекса Российской Федерации от 01.03.1996 г.

6. Ст. 667 Гражданского кодекса Российской Федерации от 01.03.1996 г.

7. Ст. 669 Гражданского кодекса Российской Федерации от 01.03.1996 г.; ст. 22 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

8. П. 3 ст. 18 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

ТОЛЕРАНТНОСТЬ КАК ЭТНОКУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН

(НА ПРИМЕРЕ РОССИИ И ФРАНЦИИ)

–  –  –

Проблема терпимости в настоящие время занимает очень важное место в жизни общества. С этим понятием связаны как времена рассвета и подъма, так и периоды интеллектуального и социального регресса, которые сопровождались застоями, военными драмами и геноцидами.

Понятие «толерантность» в различных культурах трактуется неоднозначно. Тем не менее, несмотря на национально-культурную специфику толерантности, в каждой из трактовок данного понятия речь идет, прежде всего, об общечеловеческих ценностях, таких как уважение к другому, прощение, сострадание, сочувствие, терпение, воспитанность, которые по сути носят наднациональный характер.

В истории философской мысли интерес к познанию феномена толерантности, различных его интерпретаций («терпение», «терпимость») прослеживается со времен античности до наших дней.

Аристотель понимал толерантность как стремление к «золотой середине» как в страстях, так и в деятельности, Пиррон – как воздержанность.

Сократ отождествлял толерантность с обузданием страстей посредством воспитания и знания, Платон – с интеллектуальной самозащитой, утверждая, что обязанность быть терпимым – это дань, которую мы должны принести неисчерпаемости нового в будущем и сложности еще не совершившегося, превышающих силу нашего понимания [1, с. 161].

Первой формой толерантности признана веротерпимость. По мнению Дж. Локка, существование гражданской толерантности способствует устранению волнений и вражды, а также приводит общество и государство к миролюбию. На связь понятий «толерантность» и «терпимость» впервые в своих работах указывает И.

Кант, объясняя это тем, что терпимость относится к всеобщему человеческому долгу, а терпеливым считается тот человек, кто переносит даже то, что ему противно, чтобы избежать ссоры:

терпеливый толерантен [2, с. 123].

Таким образом, понятие толерантность имеет множество трактовок.

Они делятся на натуралистические, психоаналитические, коммуникативные и этико-аксиологические.

Толерантность является этнокультурным феноменом и играет важную роль в диалоге культур и межкультурной коммуникации. Диалог культур чаще всего понимается как взаимодействие, влияние, проникновение или отталкивание разных исторических или современных культур, как форма их конфессионального или политического сосуществования.

В настоящее время диалог перестает быть только философским понятием, являясь «всеохватывающим способом существования культуры и человека в культуре» [3, с. 145].

В Российской Федерации этнокультурная толерантность играет важную роль. Например, в Республике Дагестан этнокультурная толерантность является фактором легитимации государственной власти.

Под легитимацией государственной власти понимается процесс ее «оправдания» и несомненного «признания» населением.

Традиционный способ подчинения власти основан на соблюдении норм, обычаев, традиций, которые рассматриваются как нерушимые.

Обычаи выступают основой управления и послушания в обществе.

Власть традиций такова, что если традицию нарушают лидеры, вожди, то они теряют легитимность в глазах масс и могут быть отстранены от власти [4, с. 15].

Именно этот способ добровольного подчинения власти наиболее распространен на Северном Кавказе в целом, и в республике Дагестан – в частности. Одним из факторов традиционной легитимации власти в республике Дагестан выступает этнокультурная толерантность. Это обусловлено исторически сложившимися формами взаимоотношения этнических групп в Дагестане: отсутствием столкновений на этнической почве и взаимопроникновением культур. Государственная власть в республике Дагестан обязана учитывать традиции, существующие в регионе. Лишь в этом случае она будет легитимна [4, с. 18].

Составляющие этнокультурной толерантности, терпимость к иным этнокультурам, уважение этнокультурных различий и стремление к этнокультурному взаимопониманию и ценностным заимствованиям также способствует легитимации политической власти. В частности, это проявляется, в первую очередь, во взаимоотношениях этнических групп и представителей власти, принадлежащих к другим этнокультурам. В случае отсутствия этнокультурной толерантности представители власти не будут рассматриваться как представители интересов всех этнических групп, что приведет к делегитимации этой власти как фактора политической легитимации.

Этнокультурная толерантность во Франции занимает одно из лидирующих мест в государственном единстве. Франция является многонациональной страной. После распада французских колоний беженцы из этих стран потоком хлынули во Францию. Французское государство настаивает на признании иммигрантами, желающими принять французское гражданство, что они должны принимать ценности французской культуры, что, принимая французское гражданство, они должны стать французами. Понятно, что в такой формулировке речь о мультикультурализме вообще не идет. Французские обществоведы порой определяют политику своего государства в отношении приема мигрантов как среднюю между политикой ассимиляции и мультикультурализмом. Однако и здесь нужно сделать некоторые уточнения. Для французской демократии весьма чувствительны вопросы свободы личности, свободы «быть самим собой», исповедовать свою религию, придерживаться своих обычаев [5, с. 69].

Таким образом, на фоне современных глобализационных процессов именно этничность становится ярким показателем «другости», характеристикой иного, «чужого», проявляясь в качестве аттрактора в возможных столкновениях. В данной ситуации этнокультурная толерантность выступает в роли стабилизирующего фактора, является основой межкультурного взаимодействия, направленного на взаимопонимание, уважение личности Другого, приятие его духовного мира [6, с. 10].

Литература

1. Мириманова С.М. Толерантность как феномен индивидуальный и социальный. М., 2004. 256 с.

2. Золотухин В.М. Толерантность как проблема философской антропологии: Автореф. дис. … д-ра пед. наук. Кемерово, 2005. 341 с.

3. Каган М.С. Философия культуры. Становление и развитие. СПб., 1998.

448 с.

4. Нарежная О.А. Этнокультурная толерантность как фактор легитимации государственной власти в республике Дагестан. М., 2007. 77 с.

5. Новикова М.В. Толерантность в современном обществе: опыт междисциплинарных исследований: сб. науч. стат. / под ред. Н.В. Нижегородцевой. Ярославль, 2011. 357 с.

6. Майковская Л.С. Феномен этнокультурной толерантности в музыкальном образовании: Автореф. дис. … д-ра пед. наук. М., 2009. 467 с.

–  –  –

Одним из необходимых условий развития демократического гражданского общества в нашей стране является всестороннее развитие гражданской законодательной инициативы населения. Ведь именно данный институт – одна из важнейших форм непосредственного выражения народом своей власти наряду с референдумом и выборами. Обращения граждан являются одним из источников информации о социально-экономическом положении различных групп населения или их месте проживания (район, город, село), об их настроениях и потребностях.

Цель исследования – разработка мероприятий, направленных на совершенствование правового регулирования и эффективности работы с обращениями граждан в органах муниципального управления (на примере Администрации Артемовского городского округа Приморского края).

Артемовский городской округ является неотъемлемой частью более крупных социально-экономических систем – края, страны в целом. Для успешного развития города очень важным является тесное взаимодействие с ними, координация своего развития. Более того, город имеет огромное федеральное значение, здесь расположены многие объекты и учреждения федерального уровня – научные, образовательные, транспортные, военные и другие.

Муниципальные служащие администрации Артемовского городского округа, осуществляющие работу с письменными и устными обращениями граждан, юридических лиц, в порядке исполнения поручений должностных лиц администрации Артемовского городского округа или в порядке исполнения обязанностей муниципальной службы, считаются уполномоченными лицами и несут установленную законодательством Российской Федерации персональную ответственность за своевременность, полноту и правильность рассмотрения письменных и устных обращений граждан, юридических лиц.

Обращения граждан в Администрацию Артемовского городского округа и ее структурные подразделения поступают как почтовым отправлением, по факсимильной связи, по электронной почте, так и через Интернет-приемную главы администрации города в форме электронного обращения.

Наибольший интерес представляют выездные формы работы руководителей управлений и отделов Администрации Артемовского городского округа с населением, такие как информационные встречи, отчеты руководителей исполнительных органов, которые используются администрациями [1].

Вместе с тем, следует отметить, что работа с обращениями граждан технически хорошо организована только в управлении Артемовского городского округа, в подавляющем большинстве в органах власти поселений ощущается недокомплект штатов, скудость материально-технической базы.

Однако главное препятствие видится не в техническом обеспечении, а в явных недостатках нормативно-правовой базы, в том числе в слабости и поверхностности федерального законодательства и устаревании основ делопроизводства, кроме того органы власти отмечают острую потребность в создании и использованию унифицированного тематического классификатора обращений граждан.

Еще одним препятствием в повышении эффективности института обращений граждан является закрытость и недоступность к информации о работе с обращениями граждан.

Кроме того, ощущается потребность в создании независимого органа, имеющего своей целью методическое руководство и координацию работы с обращениями граждан, такой орган мог бы выступать высшей инстанцией в административном порядке рассмотрения обращений граждан Администрации Артемовского городского округа.

Технология работы с обращениями граждан в Артемовском городском округе – острая проблема, которая имеет давние корни и периодически вызывает внимание, как со стороны властных структур, так и со стороны граждан [2].

Несмотря на широкую базу регулирования процесса обращения граждан в Артемовском городском округе, в настоящее время существует ряд недостатков: слишком большой срок регистрации и переадресации поступающих обращений, отсутствует срок предоставления запрашиваемых документов и материалов, свидетельствующих о результатах рассмотрения обращения, для последующего ознакомления с ними.

Наличие в работе с обращениями подобных проблем препятствует качественной работе с заявлениями, предложениями и жалобами.

При этом стоит отметить, что современные правовые документы носят преимущественно декларативный характер и практически не содержат действенных правовых механизмов, являющихся юридическими гарантиями института обращений граждан, обеспечивающих его правовое качество.

Вопрос состоит в том, каковы пути использования этого института и какие шаги по его модернизации можно предложить [2].

В области законодательного регулирования на первой ступени модернизации следует решить две наиболее значимые проблемы, которые в действующем законодательстве остались обойденными. Первой такой проблемой является закрепление обязательных признаков и реквизитов обращений. Это необходимо, во-первых, для того, чтобы отграничить обращения от прочих видов посланий, а во-вторых, чтобы упростить процедуру рассмотрения обращений.

Кроме этого, на современном этапе организации работы с обращениями граждан с учетом уровня внедрения ИКТ, центральным координирующим звеном при построении единой системы предоставления государственных и муниципальных услуг в селах и отдаленных районах Артемовского городского округа должен стать МФЦ. Данная модель включает в себя: центры телефонного обслуживания граждан, федеральные и региональные порталы государственных услуг в сети Интернет (так называемые сервисы «электронного правительства»); сеть единых офисов, в которых оказываются услуги различных ведомств в соответствии с требованиями комфортности обслуживания граждан, то есть многофункциональные центры предоставления государственных и муниципальных услуг [3, с. 87].

Задачей многофункциональных центров в селах Артемовского городского округа должен стать переход на новый качественный уровень предоставления государственных услуг [4].



Pages:   || 2 |
Похожие работы:

«Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского Серия "Биология, химия". Том 1 (67). 2015. № 3. С. 49–55. УДК 579.64:581.14(653.63) ВЛИЯНИЕ МИКРОБНОГО ПРЕПАРАТА "ЭМБИКО" НА ПРОРАСТАНИЕ СЕМЯН ОГУРЦОВ (CUCUMIS SATIVUS L.) СОРТОВ КОНКУРЕНТ И ФЕНИКС Татаренко Я. И., Отурин...»

«Суслопаров Михаил Александрович КОНСТРУИРОВАНИЕ РЕКОМБИНАНТНЫХ АНТИГЕНОВ И ВЫЯВЛЕНИЕ ГЕНЕТИЧЕСКИХ МАРКЕРОВ ДЛЯ ДИАГНОСТИКИ ГЕРПЕСВИРУСНЫХ ИНФЕКЦИЙ ЧЕЛОВЕКА 03.00.06 –вирусология АВТОРЕФЕРАТ на соискание ученой степени доктора медицин...»

«Иванова Ольга Ярославовна УЧАСТИЕ КАНОНИЧЕСКОГО СИГНАЛЬНОГО ПУТИ WNT В РЕГУЛЯЦИИ ПЛАСТИЧНОСТИ ГИППОКАМПА Специальность 03.03.01 – "Физиология" Диссертация на соискание ученой степени кандидата биологических наук Научный руководитель: кандидат биологических наук Владимир Александрович Маркевич Москва 2017 ОГЛАВЛЕНИЕ СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ОБЗОР...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Нижневартовский государственный университет" Естественно-географический факультет Рабочая программа дисциплины (модуля) Б1.В.ОД.5 Геоэкологическое картографирование Вид образ...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" Институт биологии Кафедра зоологии и эволюционной экологии животных Н.В.Сорокина ТЕРИОЛОГИЯ Учебно-методический комплекс. Рабочая прог...»

«СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ БИОЛОГИЯ, 2009, 3 УДК 633.11+633.3:631.559:631.524 О ВЗАИМОСВЯЗИ УРОЖАЙНОСТИ С СОДЕРЖАНИЕМ БЕЛКА В ЗЕРНЕ У ЗЕРНОВЫХ И БОБОВЫХ КУЛЬТУР (обзор литературы) О.В. КРУПНОВА Рассмотрено...»

«АДМИНИСТРАЦИЯ АКСАЙСКОГО РАЙОНА ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 13. 10. 2016 461 г. Аксай Об утверждении административного регламента по предоставлению муниципальной услуги "Расторжение договора аренды, безвозмездного пользования земельным участком" В соответствии с Земельным кодекс...»

«Ученые записки Таврического национального университета имени В. И. Вернадского Серия "География". Том 27 (66), № 2. 2014 г. С. 27–37. УДК 504.7 064.3 ГЕОЭКОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ ЛАНДШАФТНЫХ УНИКУМОВ (НА ПРИМЕРЕ ИЗВЕСТНЯКОВЫХ МАССИВО...»

«Новикова Любовь Александровна СТРУКТУРА И ДИНАМИКА ТРАВЯНОЙ РАСТИТЕЛЬНОСТИ ЛЕСОСТЕПНОЙ ЗОНЫ НА ЗАПАДНЫХ СКЛОНАХ ПРИВОЛЖСКОЙ ВОЗВЫШЕННОСТИ И ПУТИ ЕЕ ОПТИМИЗАЦИИ 03.02.01 – ботаника Автореферат диссертации на соискание учё...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "САРАТОВСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.Г.ЧЕРНЫШЕВСКОГО" Кафедра физики открытых систем Исследование нелинейной ди...»

«3. 2017 СОДЕРЖАНИЕ CONTENTS РАСТЕНИЕВОДСТВО PLANT RAISING Асланов Г. А., Новрузова Г. Х. Aslanov G. A., Novruzova G. H. Влияние удобрений на урожайность хлопчатника 2 Effect of fertilizers on cotton productivity. 2 Ерошенко Л. А., Бекенова Л. В., Кузнецова Н. А., Yeroshenko L. A., Bekenova L. V., Kuznetso...»

«OPENGOST.RU www.OpenGost.ru Портал нормативных документов info@opengost.ru 3.1.2. ПРОФИЛАКТИКА ИНФЕКЦИОННЫХ ЗАБОЛЕВАНИЙ. ИНФЕКЦИИ ДЫХАТЕЛЬНЫХ ПУТЕЙ Профилактика дифтерии Санитарно-эпидемиологические правила СП 3.1.2.1108-02 1. Разработаны: Московским научно-исследовательским институтом эпидемиологии и микробиоло...»

«ПРЕДСТАВИТЕЛИ АКЦИОНЕРА В НАБЛЮДАТЕЛЬНЫХ СОВЕТАХ: ОПЫТ ДТЭК Евгений Круть Менеджер Департамента по корпоративному управлению ДТЭК ДАТА: 03.06.2016, Г. КИЕВ КОНФИДЕНЦИАЛЬНО ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ. "ВЫ НЕ ПОМ...»

«УДК 612.017.1:616-097 КОЛИКОВА ЮЛИЯ ОЛЕГОВНА АУТОАНТИТЕЛА К ДНК В СЫВОРОТКЕ КРОВИ ЗДОРОВЫХ ЛИЦ 03.00.04 биохимия АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата биологических наук Казань 2003 Работа выполнена на кафедре биохимии Казанского государственного универс...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования "НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ТОМСКИЙ ПОЛИТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" Институт неразрушающего контроля Направление подготовк...»

«Пояснительная записка к рабочей программе по биологии для 9 класса Программа разработана на основе Федерального компонента государственного стандарта основного общего образования и Федерального...»

«Внеклассное мероприятие для учеников 1-4 классов " Помоги птицам перезимовать" Цель: Расширить знания детей о птицах, вызвать сочувствие к голодающим и замерзающим зимой птицам, учить проявлять заботу к ним.Задачи: Образовательные: Формирование экологического представления детей об окру...»

«Тотальный вторжение, 2001, Anton Belozerov, МФ [с.н.], 2001 Опубликовано: 12th September 2011 Тотальный вторжение СКАЧАТЬ http://bit.ly/1cgXAGl Днепровская тарань биология, уловы и состояние запасов, П. Г. Сухойван, 1956, Roach (Fi...»

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР УРАЛЬСКИА НАУЧНЫА ЦЕНТР ЭКОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ПОВЕДЕНИЯ ЖИВОТНЫХ СВЕР ДЛОВСК 1980 УДК 591.5 Экологические асnекты nоведения животных: [Сб. статей]. Свердловск: УНЦ АН СССР, 1980. Статьи сборника выполнены на основе изу­ чения поведения жив...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ "САРАТОВСКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ Н.Г. ЧЕРНЫШЕВСКОГО" Кафедра физической географии и ландшафтной экологии Картографирование...»

«Ворошилова Татьяна Михайловна КЛИНИКО-ЛАБОРАТОРНАЯ ОЦЕНКА ВЛИЯНИЯ БИСФОСФОНАТОВ И АНТИСЕПТИКА НА РЕЗИСТЕНТНОСТЬ ГРАМОТРИЦАТЕЛЬНЫХ БАКТЕРИЙ К КАРБАПЕНЕМАМ 14.03.10 – клиническая лабораторная диагностика 03.02.03 – микробиолог...»

«Приказ Минздрава России от 15.11.2012 N 927н Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи пострадавшим с сочетанными, множественными и изолированными травмами, сопровождающимися шоком (Зарегистрировано в Минюсте России 21.01.2013 N 26634) Документ предоставлен Ошибка! Недопустимый объект гипер...»

«Светлова Марина Всеволодовна КОМПЛЕКСНАЯ ОЦЕНКА ЭКОЛОГО-ГЕОГРАФИЧЕСКОГО ПОЛОЖЕНИЯ ПРИМОРСКИХ ТЕРРИТОРИЙ (НА ПРИМЕРЕ МУРМАНСКОЙ ОБЛАСТИ) Специальность 25.00.36 – Геоэкология (Науки о Земле) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидат...»

«Номер: KZ61VCY00072512 Дата: 15.07.2016 АЗАСТАН РЕСПУБЛИКАСЫ МИНИСТЕРСТВО ЭНЕРГЕТИКИ ЭНЕРГЕТИКА МИНИСТРЛІГІ РЕСПУБЛИКА КАЗАХСТАН МНАЙ-ГАЗ КЕШЕНДЕГІ КОМИТЕТ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ЭКОЛОГИЯЛЫ РЕТТЕУ, РЕГУЛИРОВАНИЯ, КОНТРОЛЯ И БАЫЛАУ ЖНЕ МЕМЛЕКЕТТІК ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИНСПЕКЦИИ ИНСПЕКЦИЯ КОМИТЕТІ В НЕФТЕГАЗОВОМ КОМПЛЕКСЕ АТЫРАУ ОБЛЫСЫ БОЙЫНША ДЕПАРТАМЕНТ...»

«Институт медико-биологических проблем Московская медицинская академия им. И.М. Сеченова Научно-исследовательская лаборатория "Динамика" ВАРИАБЕЛЬНОСТЬ СЕРДЕЧНОГО РИТМА: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ И ВОЗМОЖНОСТИ КЛИНИЧЕСКОГО ПРИМЕНЕНИЯ Москва Санкт-Петербург 2002 г.1. ВВЕДЕНИЕ...»








 
2017 www.kn.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.