WWW.KN.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные ресурсы
 

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

«Содержание В.В. Бойцов Новые члены АСЕАН (Вьетнам, Камбоджа, Лаос, Мьянма) и проблема их адаптации в сообществе _ 7 А.А. Рогожин Иностранный капитал в странах Индокитая: ...»

-- [ Страница 4 ] --

соответственно). Однако затем в 1997 – 1999 гг. начался период серьезного спада, когда приток инвестиций сократился на 49%, 16% и 59% соответственно в 1997, 1998 и 1999 гг., т.е. фактически в 1999 г. объем зарегистрированных ПИИ упал более чем в 4 раза по сравнению с 1996 г. Региональный экономический кризис, возросшая конкуренция в привлечении иностранного капитала (прежде всего со стороны других стран региона), а также несовершенство внутренней инвестиционной политики не только создавали препятствия для притока капиталовложений в страну, но и осложняли деятельность уже действующих предприятий. Несмотря на преодоление кризисных явлений в регионе, в 2000 – 2002 гг. в сфере привлечения прямых иностранных инвестиций в СРВ ситуация практически не изменилась в лучшую сторону. Ежегодный объем инвестиций остался на уровне 2 – 2,5 млрд. долл. в год. И хотя количество проектов увеличивалось, в основном это были мелкие предприятия с объемом инвестиций не более нескольких млн. долл. По мнению иностранных и местных экономистов в настоящее время основной причиной сложившегося положения является недостаточно привлекательный инвестиционный климат во Вьетнаме. Определенная эйфория первой половины 90-х гг. давно прошла, и ожидания многих инвесторов не оправдались. В СРВ издержки на открытие и ведение бизнеса (цены на аренду земли, офисных помещений, стоимость различных услуг и пр.) по-прежнему выше, чем в большинстве стран АСЕАН и Китае, сохраняются проблемы с «непрозрачным»

и запутанным законодательством, административно-бюрократические барьеры.

В данном случае даже не помогает тот факт, что Вьетнам уже на протяжении многих лет демонстрирует высокие темпы экономического роста (на уровне 7% в год) и является страной со стабильной политической ситуацией. По оценкам ряда предпринимателей и международных экспертов, Вьетнам, тем не менее, остается недостаточно «прозрачной и понятной» страной для ведения бизнеса. По-видимому, именно такой неблагоприятный международный имидж, особенно на фоне соседних стран и, прежде всего, Китая, является наиболее серьезным препятствием для наращивания притока ПИИ во Вьетнам.

Однако уже действующие предприятия с зарубежным капиталом играют все более заметную и значимую роль во вьетнамской экономике. Благодаря этим инвестициям Вьетнам получил современные и ранее не имевшиеся в стране «ноу-хау» в таких сферах, как нефте- и газодобыча, связь и телекоммуникации, информационные технологии, производство автомобилей и мотоциклов и многих других видов промышленной продукции.

Одновременно ПИИ принесли с собой передовой управленческий опыт, что помогло поИндокитай: тенденции развития высить качество и конкурентоспособность вьетнамских товаров на мировом рынке. Зарубежные капиталовложения способствовали расширению внутреннего рынка, ускорению развития обслуживающих отраслей, таких как: гостиничное хозяйство, туристические, консалтинговые и банковские услуги и пр.

Стабильно увеличивался вклад сектора с иностранными инвестициями в ВВП страны: с 3,6% в 1993 г. до 13 – 13,5% в 2000 – 2002 гг. В 1996 – 2000 гг. доходы госбюджета от сектора с ПИИ (без учета добычи нефти) достигали 1,5 млрд. долл., увеличившись в 4,5 раза по сравнению с предыдущей пятилеткой. В настоящее время они составляют примерно 6 – 7% доходной части госбюджета, однако если учитывать нефть, то этот показатель возрастает до почти 20%. Благодаря тому, что все больше предприятий с ПИИ начинают свою коммерческую деятельность и, следовательно, переходят в разряд налогоплательщиков, поступления в бюджет от этого экономического сектора в последнее время увеличивались крайне быстрыми темпами (на 115% и 116% в 2001 и 2002 гг. соответственно). Наибольший вклад ПИИ вносят в развитие производственной сферы, где на предприятиях с иностранным капиталом создается около 35% валовой промышленной продукции. Экспорт этого сектора растет еще более стремительно. Если за 1991 – 1995 гг.





данный показатель достиг только 1,12 млрд. долл., то за 1996 – 2000 гг. – 10,6 млрд. долл., а в 2001 и 2002 гг. – уже 3,7 и 4,5 млрд. долл. соответственно, что составляло примерно 27% от валового объема экспорта13 (с учетом экспорта сырой нефти эта цифра достигала 47%14). На предприятиях с ПИИ создано более 470 тысяч рабочих мест и еще десятки тысяч вьетнамцев получили работу в обслуживающих отраслях (см. Таблицу № 3).

Постепенно отраслевое распределение прямых иностранных инвестиций приходит в соответствие со структурными преобразованиями экономики Вьетнама, задачами индустриализации и модернизации. Если в первые годы политики обновления в конце 80-х – начале 90-х гг. ПИИ были сосредоточены в основном в нефтяной и газовой промышленности (32%), недвижимости и гостиничном бизнесе (20%), то, начиная с середины 90-х гг., увеличились капиталовложения в промышленность и строительство, где в настоящее время осуществляется около 65% всех проектов. Сейчас зарубежные капиталы направляются практически во все отрасли народного хозяйства, а в ряде таких как нефтегазовая, автомобильная, металлургическая промышленность и др. играют ведущую роль (см. Таблицу № 4). С участием зарубежных инвесторов во Вьетнаме был построен ряд важнейших для народного хозяйства объектов – таких, как цементные и металлургические комбинаты, заводы по сборке автомобилей и мотоциклов, получили развитие промышленные (ПЗ) и экспортно-производственные зоны (ЭПЗ), а также многочисленные промышленные предприятия в них. В 2002 г. был введен в эксплуатацию газопровод в рамках крупнейшего в СРВ инвестиционного проекта по добыче природного газа на южновьетнамском шельфе (объем инвестиций – 1,5 млрд. долл.), продолжается строительство других крупных промышленных объектов. Немалый объем капиталов был также вложен в недвижимость, гостиничный бизнес и туризм15 (см. Таблицу № 5).

В географическом распределении прямых иностранных инвестиций на территории страны наблюдаются значительные диспропорции. Хотя проекты с ПИИ зарегистрированы практически во всех провинциях Вьетнама, наибольшая часть суммарного объема инвестиций сосредоточена в двух основных районах: г. Ханое и т.н. Южном ключевом экономическом районе (ЮКЭР), который включает в себя г. Хошимин и соседние провинции Донгнай, Биньзыонг и Бариа-Вунгтау (см. Таблицу № 6).

Основными преимуществами ЮКЭР перед другими регионами страны являются, с одной стороны, гораздо более высокий уровень инфраструктуры, в т.ч. сосредоточенной во множестве размещенных там промышленных и экспортно-производственных зон, и, с А.

В. Парменов другой стороны, активность и экономическая компетентность местных властей и отлаженный административный механизм при принятии решений, связанных с инвестиционными проектами. По мнению ряда экспертов немаловажную роль здесь играет компактное проживание на Юге Вьетнама (прежде всего в г. Хошимине) большого количества вьетнамцев, сохраняющих связи со своими соотечественниками за рубежом, а также наличие многочисленной китайской диаспоры, которая привлекают капиталы своих зарубежных родственников.

На протяжении нескольких последних лет ЮКЭР продолжает все сильнее увеличивать свой отрыв от других территорий (более 80% от общего объема ПИИ и 75% всех проектов). Так, в 2001 г. наибольший объем иностранных инвестиций был зафиксирован в провинции Бариа-Вунгтау (4 проекта на сумму 835 млн. долл.), на втором месте был г. Хошимин (162 проекта на 533 млн. долл.), далее провинции Донгнай (47 проектов на 442 млн. долл.) и Биньзыонг (108 проектов на 173 млн. долл.). В Ханое в конце 1990-х и 2000 гг. был зафиксирован резкий спад притока ПИИ (всего 35 проектов на 33 млн. долл.

в 2000 г.). Хотя уже в 2001 г. показатели вьетнамской столицы существенно улучшились (37 проектов на 166 млн. долл.), тем не менее уровень ее конкурентоспособности и привлекательности для иностранных инвесторов остается значительно уступает ЮКЭР. В большинстве других провинций зафиксировано до нескольких десятков проектов с иноинвестициями, которые не играют сколько-нибудь значительной роли в их экономическом развитии.

Что же касается ЮКЭР, то сектор с иностранными инвестициями здесь вносит достаточно весомый вклад в развитие экономики страны. Так, в г. Хошимине на протяжении нескольких последних лет доля ПИИ в объеме совокупных инвестиций города составляет около 50%. В провинции Донгнай в 2001 г. объем зарегистрированных ПИИ почти на 25% превысил объем инвестиций из других источников. Большая часть промышленной продукции в трех провинциях ЮКЭР производится на предприятиях с ПИИ. Так в провинции Бариа-Вунгтау она составляла 85,8%, в Донгнае – 65,5%, и в Биньзыонге 57,2%. В г. Хошимине этот показатель несколько ниже – 26,3%.

Основной причиной, не позволяющей расширить географию ПИИ, является отсутствие необходимой инфраструктуры для создания производств в большинстве районов страны. Вьетнамское руководство предпринимает активные усилия на государственном уровне по стимулированию притока иностранных капиталов во все регионы, в том числе и отдаленные, а власти на местах получили значительные полномочия для непосредственного привлечения ПИИ. Однако вплоть до настоящего времени особых достижений в этой сфере не наблюдается.

Создание и активное развитие в СРВ специальных экономических зон (СЭЗ), а именно: экспортно-производственных зон (ЭПЗ) и промышленных зон (ПЗ), направлено, главным образом, на увеличение притока инвестиций из внутренних и внешних источников, привлечение современных технологий. В перспективе это должно способствовать перемещению за пределы городов промышленного производства. В связи с тем, что проведение полномасштабной индустриализации и модернизации страны в условиях ограниченности ресурсов представляется проблематичным, вьетнамское руководство планирует осуществление так называемой «точечной» индустриализации, в том числе за счет создания специальных экономических зон.

Основными преимуществами строительства СЭЗ являются более низкие издержки при создании инфраструктуры16, возможная взаимодополняемость производств, совместное решение экологических проблем и более рациональное использование площадей.

Индокитай: тенденции развития К настоящему времени уже можно отметить определенные достижения в развитии СЭЗ. Их совокупный оборот достиг 4,5 млрд. долл. в 2001 г., что составило 60% совокупного оборота всего сектора с иностранными инвестициями. В них было произведено около 25% всей промышленной и 16% экспортной продукции. При этом отчисления в госбюджет составили 150 млн. долл. т.е. на 36% больше по сравнению с 2000 г.).

На протяжении нескольких последних лет более половины всех зарубежных капиталовложений направляется в СЭЗ17. В настоящее время в них зарегистрировано более 1 тыс. инвестиционных проектов (примерно 2/3 из них – проекты с ПИИ) на сумму почти 11 млрд. долл. (80% – капиталовложения из внешних источников). Объем уже реализованного капитала составил 4,5 млрд. долл. Большинство проектов сосредоточено в легкой и перерабатывающей промышленности, а также в сборочном производстве. На предприятиях в СЭЗ создано более 240 тыс. новых рабочих мест, средняя зарплата рабочих составляет около 100 долл. в месяц.

В общей сложности во Вьетнаме насчитывается 68 специальных экономических зон, из них 65 – это промышленные зоны. К настоящему времени они зарегистрированы в 29 провинциях и во всех городах центрального подчинения18.

Наиболее активное развитие ПЗ получили на Юге, где г. Хошимин стал основой для создания так называемого «промышленного треугольника» с единой инфраструктурой, включающего в себя собственно г. Хошимин, а также провинции Донгнай и Биньзыонг. Именно здесь сконцентрировано большинство СЭЗ Вьетнама, успешно развиваются первая экспортно-производственная зона Тантхуан, индустриальные зоны Биенхоа-2, Шонгбе, Донгнай, Амата, Шонгтхан и пр.

Лидером по результатам развития СЭЗ является провинция Донгнай, где в настоящее время созданы и развиваются 9 подобных зон. К началу 2002 г. в них было зарегистрировано более 200 проектов на сумму более чем 4 млрд. долл.

В провинции Биньзыонг действовало 7 промышленных зон (более 320 проектов на сумму около 2,2 млрд. долл.).

В г. Хошимине насчитывалось более 420 проектов в СЭЗ с общим объемом инвестиций более 1,4 млрд. долл., создано около 70 тыс. рабочих мест19.

На севере страны в г. Ханое и г. Хайфоне ситуация с развитием специальных экономических зон обстоит хуже из-за нехватки капитала, слабой инфраструктуры и более высоких издержек за аренду земли и другие производственные услуги. В Ханое, например, было освоено только 20% территории промышленных зон, а по количеству проектов и объему инвестиций Север страны не дотягивал до уровня провинций Юга.

Среди препятствий, с которыми столкнулись вьетнамские СЭЗ, необходимо отметить проблему высвобождения территории для строительства зон, отсутствие достаточных инвестиций для развития их инфраструктуры, трудности с энерго- и водоснабжением, политика «двойных стандартов» в отношении отечественных и иностранных инвесторов, бюрократические трудности при выдаче лицензий. Далеко не всегда в СЭЗ приходят проекты с применением современных технологий, хотя, в целом уровень техники и технологий в них гораздо выше, чем в среднем по стране.

Таким образом, специальные экономические зоны во Вьетнаме стали, безусловно, новым фактором в проведении политики индустриализации и модернизации, в привлечении иностранных инвестиций для развития экономики. Основываясь на опыте соседних стран, прежде всего Китая и Тайваня, Вьетнам ставит перед собой задачу превратить свои СЭЗ в так называемые «локомотивы» местной экономики.

Следующей ступенью в процессе эволюции СЭЗ во Вьетнаме стало создание свободных экономических зон и научно-производственных парков с целью облегчить приток и исА.В. Парменов пользование капитала, стимулировать развитие высоких технологий и в перспективе обеспечить переход промышленности на новый, качественно более высокий уровень развития.

Значимость сектора с иностранными инвестициями в промышленности Вьетнама, особенно в сфере высоких технологий и капиталоемких производств, будет возрастать и в дальнейшем, т.к. с одной стороны, все больше проектов вступают в строй, многие уже работающие предприятия расширяют масштабы своей деятельности, а с другой стороны, собственно вьетнамские компании в большинстве случаев не могут в полной мере конкурировать с иностранными.

Важную роль в развитии экономики СРВ играет помощь международных фондов.

В целом ее можно разделить на два основных типа: финансовые ресурсы, поступающие по линии официальной помощи развитию (ОПР), и средства неправительственных организаций (НПО).

Ведущее место принадлежит ОПР, на долю которых приходится 95% всех поступаемых средств. Начиная с 1993 г., поступления по этой линии стабильно увеличивались и достигли своего максимального уровня в 2000 г. (1,6 млрд. долл.20). Хотя в 2001 г. этот показатель несколько снизился, но уже в следующем году снова достиг порядка 1,57 млрд. долл. (см. Таблицу № 7). Таким образом, в настоящее время ОПР составляет 15% от совокупного объема инвестиций в экономику СРВ и около 40% от общего объема внешних капиталовложений.

По итогам 2002 г. общий объем донорских обязательств достиг 20 млрд. долл. (в 2002 – 2003 гг. доноры заявляли о готовности выделять Вьетнаму по 2,4 – 2,5 млрд. долл.

в год), в рамках которых были подписаны кредитные соглашения на сумму 16,4 млрд.

долл. (82% от общего объема обязательств) и освоено около 10,3 млрд. долл.21 При этом норма освоения капиталов постепенно увеличивалась и в 2002г. достигла 65%, что, безусловно, свидетельствует о положительной динамике в реализации достигнутых договоренностей, так как в середине 90-х гг. данный показатель не превышал 50%.

С увеличением объемов помощи возрастала и ее кредитная составляющая, в 2000 – 2001 гг. доля кредитов превысила 70%22. Так как срок погашения первых займов наступает уже в 2003 г., то это требует от вьетнамской стороны скорейшей подготовки детального графика выплат, а также разработки четкой стратегии дальнейшего заимствования внешних финансовых ресурсов для того, чтобы избежать возможной «долговой ловушки». По мнению международных экспертов23, вьетнамский внешний долг в настоящее время является вполне устойчивым и управляемым, особенно по сравнению со многими другими развивающимися странами24.

После подписания в 2000 г. соглашения об урегулировании задолженности Вьетнама перед Россией в рамках Парижского клуба25, СРВ больше не рассматривается в качестве страны с высокой нормой внешнего долга (Heavily Indebted Poor Country – HIPC по классификации ВБ и МВФ). Большая часть нынешних долговых обязательств СРВ – т.е. свыше 80% состоит из долгосрочных кредитов, полученных на льготных условиях. В то же время, на наш взгляд, вьетнамское руководство пока еще не уделяет должного внимания потенциальной опасности чрезмерного заимствования, что теоретически может повлечь за собой значительное ухудшение платежного баланса страны в последующие годы, особенно на фоне нынешнего ускоренного роста импорта и увеличения отрицательного торгового сальдо. Так, в 2002 г. этот показатель достиг самой высокой отметки за последние годы – 16% от объема экспорта.

По данным Программы развития ООН (ПРООН), на сегодняшний день 20 стран и 25 организаций-доноров участвуют в реализации во Вьетнаме более 1400 проектов. При этом на долю трех крупнейших доноров – Японии (536 млн. долл. в 2002 г.), Всемирного Индокитай: тенденции развития Банка (500 млн. долл.) и Азиатского банка развития (264 млн. долл.) – приходится более 80% всей поступившей ОПР. В течение 2001 – 2002 гг. расширил свою деятельность во Вьетнаме Международный валютный фонд. Ряд структур ООН (ПРООН, ЮНИСЕФ, ВОЗ и др.), Европейский Союз, а также Австралия, Южная Корея и некоторые другие страны так же продолжают оказывать стабильную поддержку СРВ, в основном в социальной сфере – здравоохранении, образовании и подготовке кадров.

Кроме того, помощь Вьетнаму в той или иной степени предоставляют около 400 зарубежных неправительственных организаций (НПО), действующих во Вьетнаме. Объем их помощи на безвозмездной основе составляет около 70 – 100 млн. долл. ежегодно. Основной целью деятельности НПО является снижение уровня бедности населения. Большинство организаций предоставляют помощь в социальной сфере (образование и подготовка кадров, здравоохранение и др.), а также техническую и консультативную поддержку в сельском и лесном хозяйстве, охране окружающей среды и т.п.

За прошедшие 10 лет фонды ОПР все в большей степени направлялись на развитие базовой инфраструктуры. Если в середине 1990-х гг. в этот сектор поступало не более 15% от ежегодного объема помощи, то к 2000 – 2001 гг. этот показатель превысил 50%.

Основная часть средств направляется в энергетику: в строительство новых и модернизацию уже действующих энергообъектов, а также в транспорт: строительство и ремонт дорог, мостов, туннелей и пр.26 Другая половина донорской помощи примерно в равных долях распределяется между социальной сферой, поддержкой экономических и институциональных реформ, а также аграрного развития. Небольшой объем фондов (3 – 5%) ежегодно направляется на цели собственно индустриального и городского развития, помощь в чрезвычайных ситуациях, регулирование платежного баланса.

Несмотря на усилия вьетнамского правительства, доля зарубежных капиталовложений в сельское хозяйство и смежные отрасли все еще невелика и в 2002 г. составила около 13% ОПР и 6% ПИИ. И у доноров, и у частных инвесторов существует определенное предубеждение, связанное с низкой эффективностью и сомнительной отдачей от подобных проектов. В принципе, инвестиции в сельское хозяйство и экономику села действительно являются, наверное, самой сложной сферой для вложения капиталов в силу многочисленных проблем как административного характера, так и чисто экономической выгоды.

Распределение капиталов ОПР в силу специфики и конкретных задач каждого проекта происходит либо на центральном, либо на местном уровнях. В принципе, и правительство СРВ, и доноры стремятся к децентрализации ОПР с целью повышения эффективности освоения финансовых ресурсов. Во второй половине 90-х гг. в этом вопросе отмечался определенный прогресс: если в 1995 г. на общенациональном уровне распределялось около 70% всех средств, то к 1999 г. ситуация изменилась с точностью до наоборот;

так около 70% капиталов ОПР реализовалось на уровне отдельных провинций и городов.

Однако в 2000 – 2001 гг. этот показатель стал снова снижаться до 59% и 52% соответственно. Подобный факт представляется негативным, т.к. наметившаяся тенденция к децентрализации была фактически прервана (см. Таблицу № 8). Учитывая, что доля средств, распределяемых на центральном уровне, стала увеличиваться, важнейшей задачей на текущем этапе будет обеспечение последующего перераспределения этих средств в отдаленные районы страны, где проживает основная масса беднейшего населения. В последние годы несмотря на заявления доноров о том, что помощь должна постепенно переориентироваться на наименее развитые районы страны, наибольший показатель ОПР на душу населения (около 20 долл./чел. при среднем уровне по стране 13 долл./чел.) был зафиксирован в достаточно благополучных провинциях Юга СРВ, что в определенной стеА.В. Парменов пени объясняется строительством там ряда крупных инфраструктурных объектов (см.

Таблицу № 9).

В отличие от частных иностранных инвестиций, приток которых в страну в последние 5 лет значительно сократился, поступления по линии ОПР на протяжении всего периода сотрудничества СРВ с донорами стабильно увеличивались. Более того, международные доноры были готовы предоставлять даже больший объем помощи при условии ее эффективного освоения. Таким образом, важнейшей проблемой, связанной с реализацией программ международной помощи во Вьетнаме, является эффективность освоения выделенных ресурсов и осуществления конкретных проектов. И доноры, и руководство СРВ признают, что к 2001 г. объем ежегодных обязательств донорского сообщества вышел на достаточно высокий уровень. Хотя правительство Вьетнама продолжает интенсивную работу по совершенствованию процесса освоения поступающей из различных источников помощи, механизм взаимодействия между непосредственными реципиентами помощи и организациями, ее предоставляющими, требует дальнейшего совершенствования или, используя терминологию доноров, «гармонизации». Одним из шагов в этом направлении со стороны донорского сообщества является создание специальной структуры по совместной координации распределения финансовых ресурсов, поступающих из различных источников (ПРООН, ВБ, АзБР, правительств отдельных стран). В практику также входят многосторонние синдицированные кредиты. Многие международные эксперты справедливо отмечают, что в данном случае концентрация совместных усилий на нескольких крупных проектах, пусть в меньшем количестве и на меньшей территории, является более целесообразным и эффективным с точки зрения менеджмента, чем «распыление» средств на множество небольших проектов в различных регионах.

Несмотря на существующие проблемы, программы ОПР во Вьетнаме, тем не менее, считаются прежде всего, самими донорами достаточно успешными. Средства направляются на конкретные проекты, а не на регулирование платежного баланса и страна не «проедает» международную помощь. По мнению автора, еще одним немаловажным моментом является то, что в СРВ в отличие от ряда стран с переходной экономикой не «растворялись бесследно» многомиллионные суммы западных кредитов.

Однако существует и иная точка зрения на сам процесс предоставления Вьетнаму фондов ОПР. Здесь следует сделать одно отступление: по оценкам ряда иностранных экспертов27, на протяжении 1998 – 2002 гг. в СРВ соотношение (R) совокупного объема инвестиций (I) к темпам экономического роста (G) было постоянно выше чем, например, в Китае или Индии28. То есть речь идет о том, что вьетнамской экономике требуется больший объем инвестиций для достижения определенных темпов роста. Отсюда вытекает вывод о сохранении низкой эффективности использования капиталовложений в народном хозяйстве страны. И вьетнамские, и иностранные эксперты отмечают более высокую отдачу (вклад в производство ВВП и особенно промышленной продукции) прямых иностранных инвестиций по сравнению с капиталовложениями из внутренних источников или ОПР. Это косвенно подтверждается тем фактом, что наибольший рост ВВП (до 9%) был отмечен во Вьетнаме в середине 90-х гг.

, когда доля ПИИ в совокупных инвестициях превышала одну треть. С другой стороны, значительное увеличение в последние годы доли внутренних инвестиций – почти на 30% не оказало существенного влияния на рост ВВП. В целом можно констатировать, что ПИИ по всем параметрам отличаются большей эффективностью нежели капиталовложения из внутренних источников (как государственных, так и частных). На наш взгляд, в данном случае представляет интерес оценка влияния еще одного инвестиционного ресурса – ОПР.

Индокитай: тенденции развития По мнению проф. Д. Депайса, независимого исследователя одной международной неправительственной организации, достаточно свободный доступ СРВ в последние несколько лет к льготным кредитам ОПР возможно имеет и отрицательный эффект в том плане, что перед Вьетнамом возникает угроза «разучиться самостоятельно ходить». В частности, серьезной критике подвергаются фактические планы вьетнамского правительства осуществлять с помощью средств ОПР строительство многих крупных объектов в промышленности с объемами инвестиций в несколько миллиардов долларов. В этом видится явное стремление вьетнамского руководства, следуя в направлении политики импортзамещения, создавать у себя производства (начиная от производства сахара до нефтепродуктов), продукция которых без значительных протекционистских усилий не является и не будет конкурентоспособной по сравнению с импортными аналогами29. По мнению иностранных экспертов, при распределении фондов ОПР правительство СРВ, чувствуя стабильную поддержку доноров, зачастую склоняло их к выбору неоптимальных инвестиционных решений. Действительно, имея свободный доступ к помощи международного донорского сообщества, вьетнамскому руководству возможно даже труднее принимать наиболее верные решения, которые бы реально стимулировали ускоренное экономическое развитие. Безусловно, определенную роль здесь играет и борьба различных лоббистских сил в правительстве. Нельзя исключать, что психология страны-реципиента, основывающаяся на принципе «дадут еще», может в итоге привести к явным отрицательным последствиям для экономического развития. В данном случае напрашиваются определенные параллели с периодом предоставления советской помощи Вьетнаму. Учитывая складывающуюся ситуацию, организации и страны-доноры в течение последних лет самым серьезным образом стали подходить к решению проблемы оптимизации своих инвестиционных программ как в плоскости выбора сфер приложения, так и на «микроуровне», т.е. по отдельным проектам. Что же касается вьетнамского правительства, то пока остается неясным, насколько серьезно оно относится к проблеме выбора действительно главных стратегических направлений использования ОПР. Как показывает практика, реально проводимая политика не всегда или не в полной мере соответствует официальным заявлениям и тому, что записано в различных планах и стратегиях развития. Пока можно однозначно говорить лишь об определенном успехе ряда инфраструктурных проектов (электростанции, водоснабжение) и проектов в социальной сфере (строительство конкретных больниц, учебных заведений и т.п.). Многие другие направления использования капиталов ОПР отличаются долгосрочным характером, и в условиях ограниченности информации как с вьетнамской стороны, так и со стороны доноров пока трудно оценить реальные результаты.

Немаловажную роль в привлечении иностранных капиталов в СРВ играют «вьеткиеу» – вьетнамские эмигранты, постоянно проживающие за рубежом. Они представляют собой немалую силу – их численность около 3 млн. человек. Подавляющее большинство из них живет в экономически развитых странах: по приблизительным оценкам, в США ок. 700 тыс., во Франции – ок. 200 тыс., в Австралии – более 100 тыс. Как признают международные эксперты, совокупный ежегодный доход «вьеткиеу» находится на уровне всего ВВП Вьетнама.

Несмотря на существование за рубежом ряда эмигрантских организаций, враждебно настроенных в отношении существующего в СРВ строя, большинство «вьеткиеу»

испытывают чувство привязанности к родине и готовность помочь ей. Каждый год во Вьетнам приезжают сотни тысяч «вьеткиеу», только денежные переводы и подарки от них своим родственникам в последнее время составляли около 2 млрд. долл. ежегодно.

А.В. Парменов Этот источник капитала был бы намного шире, если бы государство проводило более активную и всестороннюю политику привлечения капитала эмигрантов. Многими экономистами отмечается необходимость создания инвестиционных фондов, которые привлекали бы инвестиции на развитие инфраструктуры Вьетнама, промышленных объектов и пр. Так, к примеру, отечественный Фронт Вьетнама мог бы разработать план по созданию соответствующих фондов при сотрудничестве с Объединением «Overseas Vietnamese».

Большую помощь эмигранты могут оказать и в процессе усовершенствования образования и подготовки кадров. Первые шаги были уже сделаны в этой многообещающей сфере сотрудничества: Сиднейской Университет предполагает открыть два факультета – информатики и делового администрирования в г. Хошимине. Преподавать там будут профессора австралийского университета вьетнамского происхождения.

К настоящему времени, по официальным данным, «вьеткиеу» инвестировали более 200 млн. долл. в различные проекты, регулируемые положениями Закона об иностранных инвестициях в СРВ, а также около 35 млн. долл. в проекты, регулируемые Законом о стимулировании внутренних инвестиций, который также применяется к вьетнамцам с двойным гражданством. Однако, немалое количество иностранных компаний, получающих разрешения на инвестиционные проекты во Вьетнаме и являющихся юридическими лицами других стран, на самом деле имеют капитал «вьеткиеу», а также китайской диаспоры, родственники которых проживают в СРВ30.

В настоящее время вьетнамское правительство старается идти навстречу своим соотечественникам за рубежом. Был принят ряд законов и постановлений, во многом уравнивающих в правах «вьеткиеу» с гражданами Вьетнама, в том числе разрешающих им приобретение недвижимости в стране (сейчас иностранцам это запрещено) и открытие своего бизнеса на основе положений Закона о стимулировании внутренних инвестиций.

Оценивая дальнейшие перспективы использования внешних источников финансирования в соответствии со Стратегией социально-экономического развития Вьетнама на период до 2010 г. и Планом социально-экономического развития на 2001 – 2005 гг., необходимо отметить ряд следующих моментов.

На период до 2005 г. вьетнамское руководство ставит достаточно реалистичные планы по мобилизации финансовых ресурсов из-за рубежа. Хотя весьма непростой будет задача добиться привлечения за пятилетку 12 млрд. долл. прямых иностранных инвестиций (т.е. в среднем ежегодно около 2,4 млрд. долл.), тем не менее, планы по освоению ПИИ (более 2,3 млрд. долл. в год) и ОПР (1,4 – 1,5 млрд. долл.) успешно выполняются.

Особое внимание планируется уделить совершенствованию политики в сфере привлечения и использования ПИИ и ОПР. Принятый Правительством и министерством планирования и инвестиций СРВ пакет документов направлен на исправление ряда диспропорций в структуре отраслевого и территориального распределения иностранных капиталовложений, повышение эффективности их освоения31. В рамках использования внешнего финансирования первостепенное значение вьетнамцы придают привлечению ПИИ, однако успех этой политики напрямую зависит от того, сумеют ли они исправить существующие недостатки инвестиционного климата и сделать Вьетнам действительно привлекательным местом для иностранных инвестиций.

В настоящее время вьетнамское руководство хотя и заявляет о диверсификации отраслевого распределения ПИИ, но, достаточно объективно оценивая существующие тенденции и трудности с радикальным изменением сфер предпочтений инвесторов, стремится сейчас, прежде всего, к максимально эффективному использованию имеющихся преимуществ иностранных инвестиций для развития промышленного сектора народного Индокитай: тенденции развития хозяйства. В частности, приоритет отдается таким ведущим отраслям, как нефтегазодобыча и переработка, энергетика, сфера «высоких технологий», электроника и информационные технологии, транспорт и связь, экспортоориентированное производство.

Что касается ОПР, то к 2005 г. вьетнамское правительство предполагает скорректировать структуру ее распределения следующим образом: на развитие базовой инфраструктуры по-прежнему должно направляться около половины всей помощи; в социальную сферу, на научно-технологические разработки и охрану окружающей среды – до 35%; на цели развития сельского хозяйства и сельской местности, борьбу с голодом и бедностью – 15% финансовых средств доноров. Таким образом, инфраструктурные проекты останутся основными получателями финансирования по линии ОПР, хотя в перспективе ее приоритеты должны будут больше сместиться на социальную сферу и НИОКР. Перед вьетнамским правительством и донорским сообществом стоит важнейшая задача наладить эффективную схему взаимодействия на всех уровнях, чтобы опровергнуть пессимистические прогнозы и добиться того, чтобы капиталовложения действительно достигали поставленной цели, и этот эффект ощущался бы как на уровне экономики страны в целом, так и в отдельных регионах и группах населения, являющихся непосредственными получателями помощи.

И в заключении следует отметить явную в последние годы тенденцию неблагоприятного изменения структуры внешнего финансирования СРВ. Так, постоянное увеличение объемов поступающей ОПР на фоне сокращения доли ПИИ32 следует рассматривать как в целом негативный фактор, поскольку в ближайшем будущем перед Вьетнамом может возникнуть проблема значительного оттока финансовых ресурсов в связи с выплатами по кредитам ОПР, которые начались в 2003 году. Возможным выходом из этой ситуации должна стать рационализация структуры иностранных займов и всестороннее стимулирование притока прямых и портфельных иностранных инвестиций в страну.

–  –  –

Например, чрезмерное развитие тяжелого машиностроения без учета нужд сельского хозяйства и связанной с ним перерабатывающей промышленности.

Здесь стоит отметить, что когда речь идет о внешних источниках финансирования вьетнамской экономики, то подразумеваются только прямые инвестиции и официальная помощь развитию. Это объясняется тем, что как государство, так и вьетнамские компании практически ничего не заимствовали на международном рынке ссудных капиталов, только на 2004 г. намечен первый пробный выпуск государственных облигаций и, возможно, акций нескольких крупнейших вьетнамских компаний на международных биржах. Внутренний фондовый рынок находится пока еще в «зачаИндокитай: тенденции развития точном» состоянии (капитализация не превышает 0,5% ВВП, торгуются акции только 24 компаний, ежедневный объем торгов в среднем не превышает 200 тыс. долл.). Присутствие на нем иностранных портфельных инвесторов пока является скорее формальным.

По данным Главного статистического управления СРВ.

Достаточно отметить, что в 2001 – 2002 гг. фонды, поступившие из-за рубежа, составляли 33 – 34% от совокупного инвестиционного капитала СРВ, в т.ч. прямые иностранные инвестиции – 18,5%. Однако доля ПИИ снизилась по сравнению с 90-ми гг., когда этот показатель составлял 24 – 25% и даже до 1/3 в 1995 – 96 гг. (в эти годы доля внешнего финансирования достигла своего максимума – около половины от валовых инвестиций в экономику). Тем не менее, доля ОПР стабильно увеличивалась на протяжении последних десяти лет и сейчас достигает 15%.

По словам заместителя министра планирования и инвестиций СРВ Ву Хуи Хонга, количество подобных документов, принятых МПИ, достигает 1 тыс., Минфин, Госбанк СРВ и ряд других ведомств выпустили еще несколько сотен документов.

Большинство положений вьетнамо-американского Торгового соглашения приняты в соответствии с нормами ВТО.

На основе исследований гонконгского Консалтингового агентства по оценке экономических и политических рисков.

До 1 дня для проектов на сумму в несколько млн. долл. и 1 недели для проектов с инвестициями до 100 млн. долл.

Здесь и далее все статистические данные и показатели сектора с иностранными инвестициями приведены на основе официальных отчетов Министерства планирования и инвестиций (МПИ) СРВ за 2002 г.

Участником с вьетнамской стороны является госкомпания нефти и газа «Петровьетнам», с российской стороны – РВО «Зарубежнефть». Уставный фонд СП – 1,5 млрд. долл. США (на паритетных началах – 50%/50%). Общий объем добычи нефти в 1986 – 2002 гг. превысил 100 млн. т, в т.ч.

13,4 млн. т в 2002 г. В настоящее время «Вьетсовпетро» обеспечивает свыше 80% добычи нефти во Вьетнаме и немногим менее 20% валютных поступлений от экспорта. В бюджет России ежегодно поступает порядка 400 – 500 млн. долларов чистой прибыли.

По данным МПИ СРВ за 2002 г.

«Vietnam Investment review», 31.01.2003.

В экспорте ряда ключевых вьетнамских товаров предприятия с ПИИ занимают ведущие позиции: на них производится 48% экспортной электроники, компьютерной техники и комплектующих, 42% обуви, 25% текстильно-швейной продукции.

Вся нефть во Вьетнаме добывается на совместных предприятиях, где с вьетнамской стороны участником является госкомпания «Петровьетнам», однако в местной статистике по ПИИ это обычно не учитывается.

Большинство современных вьетнамских гостиниц международного класса построено с помощью иностранных инвесторов.

В строительство инфраструктуры СЭЗ было вложено более 2 млрд. долл. (60% капиталовложения из внутренних источников, 40% – из внешних) по данным на 2001 г.

В 2001 г. этот показатель составил 50% и 60% по количеству проектов и объему инвестиций соответственно.

42 СЭЗ находятся на Юге страны, 13 на Севере и 13 в центральной части страны. Общая площадь, занимаемая СЭЗ (без учета территории индустриальной зоны Зунгкуат), составляет более10000 га.

Vietnam News, February, 25, 2002.

В 2000 г. Вьетнам вышел на 3-е место по объему ОПР, полученной от Комитета помощи развитию ОЭСР.

Здесь и далее статистические данные взяты из доклада представительства ПРООН в СРВ («Overview of Official Development Assistance in Vietnam», Hanoi, December 2002, UNDP).

А.В. Парменов Для сравнения: в 1993 г. на долю кредитов приходилось только 10% (90% помощи предоставлялось на безвозмездной основе), однако к 1996 г. кредитная составляющая увеличилась уже до 54% и продолжала постепенно расти.

Здесь едины во мнении как представители ВБ, МВФ, ПРООН, так и независимых рейтинговых агентств.

В 2002 г. общая задолженность СРВ в конвертируемой валюте оценивалась примерно в 34% ВВП и около 70%ежегодных экспортных поступлений.

Общий объем задолженности составлял около 11 млрд. пер.руб./долл. В соответствии с достигнутой договоренностью около 85% всей суммы, выраженной в долларах США, было списано, погашение оставшейся части (около 1,7 млрд. долл. США) должно быть произведено в течение 23 лет.

В основном эти проекты финансируются Японией и Всемирным Банком.

См. David Dapice «Helping Vietnam to make better choices», Hanoi, 2002.

Во Вьетнаме этот показатель R=I/G составляет примерно 6, в Китае – 5, в Индии – 4. Здесь учитываются данные МВФ о темпах роста этих в данных странах, согласно которым усредненные темпы экономического роста в СРВ в течение последних 3 – 4 лет были на уровне 4,5 – 5% (по данным вьетнамской статистики 6,5 – 7%).

Оценки Рrof. David Dapice.

Например, в ряде недавно зарегистрированных компаний с российскими инвестициями капитал на самом деле принадлежит вьетнамцам, проживающим в России.

Сюда входят прежде всего постановления Правительства СРВ «Об усилении мер по привлечению и повышению эффективности ПИИ» и «О регулировании процесса управления и использования ОПР», а также списки приоритетных проектов, нуждающихся в капиталах по линии ПИИ и ОПР на период 2002 – 2005 гг.

По подсчетам автора, соотношение ПИИ к ОПР в 1995 – 1996 гг. было порядка 5:1, а в 2002 г.

уже 3:2.

Ле Хонг Тхай

Отношения СРВс Россией в новыхмеждународныхусловиях

Официальная история российско-вьетнамских отношений насчитывает более полувека. За эти годы двустороннее сотрудничество приобрело комплексный характер и охватило все ключевые направления – политическое, торгово-экономическое, военнотехническое, культурно-образовательное и научно-техническое. После распада СССР и глобальных изменений в мире и Азиатско-Тихоокеанском регионе это сотрудничество пошло на спад, а отношения пережили стадию кризиса и стагнации. Чтобы определить основные причины возникших трудностей и оценить возможности их преодоления необходимо остановиться на основных итогах почти полувекового советско-вьетнамского сотрудничества.

С середины 1970-х гг., когда Вьетнам объединился и приступил к послевоенному восстановлению своей экономики, двусторонние отношения приобрели наиболее масштабный характер. Обе страны выступали с общих позиций на международной арене, осуществляли тесное политическое взаимодействие, ежегодно возрастали объемы советской экономической помощи. СССР и страны-члены СЭВ в тот период были практически единственными донорами СРВ. Из Советского Союза сюда поступали жизненно необходимые товары, включая продовольствие, лекарства, машины и оборудование, нефтепродукты, сырье и пр.

При содействии советской стороны во Вьетнаме были заложены основы национального хозяйства практически во всех его основных отраслях и сферах. Экономическая помощь Советского Союза являлась одним из определяющих факторов, обусловивших стабильную работу народного хозяйства Вьетнама в годы войн за национальную независимость и суверенитет. В дальнейшем успехи вьетнамской экономики в 1990-е гг. на пути перехода к регулируемым рыночным отношениям в немалой степени определялись значительным экономическим потенциалом, созданным в СРВ при советском содействии и помощи.

Всего за период двустороннего сотрудничества был создан значительный производственный потенциал: было восстановлено и построено более 310 различных объектов (из них около 100 крупных, являющихся базовыми предприятиями в своей сфере) практически во всех основных отраслях вьетнамской экономики (горнодобывающей, машиностроительной, химической, пищевой промышленности, производстве строительных материалов), осуществлялась реконструкция основных морских портов, трансвьетнамской железной дороги и других транспортных объектов. При техническом содействии Советского Союза была заложена надежная топливно-энергетическая база: введен в действие целый ряд тепло- и гидроэлектростанций общей мощностью около 4 тыс. МВт, в том числе крупнейшая в ЮгоВосточной Азии ГЭС Хоабинь (1920 МВт), что составляет сейчас около половины всех действующих во Вьетнаме мощностей, сооружено около 6 тыс. км ЛЭП.

Ле Хонг Тхай Также в рамках долгосрочных целевых программ были заложены новые и расширены существовавшие плантации кофе, чая, гевеи, кокосовой пальмы (на площади около 120 тыс. га), созданы предприятия по производству плодоовощной продукции. Построен ряд ирригационных объектов, обеспечивающих орошение и защиту до 400 тыс. га полей.

На крупнейшем и самом успешном совместном предприятии «Вьетсовпетро»1 в настоящее время ежегодно добывается более 13 млн. т нефти, что составляет около 80% национальной добычи.

Ведущее место в советско-вьетнамском экономическом сотрудничестве до 1991 г.

занимала торговля. На долю СССР приходилось около 60 – 70% всего объема внешней торговли Вьетнама. Огромное значение для СРВ имел импорт из Советского Союза. За счет этих поставок Вьетнам покрывал свои потребности по нефтепродуктам на 80 – 90%, по хлопку-волокну на 100%, по минеральным удобрениям – на 70%, по прокату черных металлов – на 75%, из СССР завозилось большое количество машин, оборудования, транспортных средств и запасных частей к ним.

Вместе с тем следует отметить, что взаимные поставки не были сбалансированными. На урегулирование торгового дефицита СССР предоставлял значительные по объему государственные товарные кредиты на льготных условиях. В то же время поставки из СРВ в СССР занимали заметное место в общем объеме импорта таких товаров, как джут (20%), натуральный каучук (16%), кофе (12%), хлопчатобумажная пряжа (15%), овощи и фрукты (9%).

Значительным достижением экономического и технического сотрудничества двух стран являлась работа по формированию квалифицированных национальных кадров для Вьетнама. С 1951 г. в СССР началось обучение вьетнамских граждан, за прошедший период было подготовлено около 200 тыс. квалифицированных специалистов и инженернотехнических работников в области сельского хозяйства, строительства, угольной промышленности, энергетики, строительства, мостостроения, транспорта, связи, других отраслей экономики СРВ, а также ученых, врачей и преподавателей. Высшее образование в СССР и России получили около 30 тыс. чел., в том числе было подготовлено свыше 3 тыс.

кандидатов и более 100 докторов наук. В СРВ при участии советских специалистов была создана система профессионально-технического обучения, около 83 тыс. вьетнамских граждан получили рабочие специальности на предприятиях Советского Союза.

Однако на фоне всех этих, безусловно, позитивных итогов советско-вьетнамского взаимодействия прослеживается также и ряд существенных моментов, которые оказали негативное влияние на вьетнамскую экономику в целом. Так как Советский Союз по сути переносил во Вьетнам, причем без какой-либо адаптации к местным условиям, свою собственную модель экономического развития, которая отличалась, в частности, значительными структурными диспропорциями, нерациональным распределением и низкой эффективностью использования инвестиционных ресурсов, то СРВ в итоге переняла и все «типичные» для советского народного хозяйства «перекосы» и проблемы развития. Так, попытки создать во Вьетнаме промышленность с упором на группу А (производство средств производства) лишь в малой мере отвечали реальным потребностям страны, которая очень нуждалась прежде всего в основных потребительских товарах, а также в промышленной продукции для нужд сельского хозяйства. Оно, в свою очередь – также по советской схеме – подверглось коллективизации, которая была фактически чуждым для вьетнамских крестьян явлением, не способствовала ключевым задачам самообеспечения продовольствием и борьбы с бедностью и в итоге привела к серьезному кризису всей отрасли.

В результате подобной макроэкономической и инвестиционной политики, в ходе которой основной акцент делался на развитии тяжелой промышленности в ущерб всем Индокитай: тенденции развития остальным отраслям экономики, общая «отдача» от советской помощи была несопоставима с затраченными средствами. Не отвечающая реальным условиям и потребностям Вьетнама общая стратегия экономического развития в 1980-е гг., выработанная под определяющим влиянием Советского Союза и финансировавшаяся главным образом за его счет, завела страну по сути в тупик, результатом чего стал серьезнейший системный экономический кризис конца 1980-х – начала 1990-х гг., который в значительной степени усугубился фактическим «отрывом» Вьетнама от своего основного торгового партнера и донора после распада СССР в 1991 г.

Последовавший за этим период стал временем серьезных испытаний для обеих сторон. Очевидно, что с начала 1990-х гг. российско-вьетнамские отношения приобрели новый характер и содержание. Распад СССР, изменение политического строя в России, отказ Москвы от идеологических основ партнерства, перемены во внешнеполитических приоритетах и переход экономики обеих стран на рыночные рельсы развития привели к свертыванию двустороннего сотрудничества по большинству направлений. В новых условиях для эффективной реализации созданного потенциала требовалось создание качественно нового механизма взаимодействия.

Переходный этап, несмотря на свою относительную краткость, был весьма непростым. Нелегко принимались решения на первых заседаниях начавшей в 1992 г. свою работу двусторонней Межправительственной комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству (МПК). В ходе встреч между российскими и вьетнамскими партнерами со стороны последних можно было заметить искреннюю обиду на Россию за столь резкое изменение отношения к Вьетнаму, оказавшемуся фактически «брошенным на произвол судьбы» перед острыми экономическими и внешнеполитическими проблемами.

Безусловно, самым сильным «ударом» для Вьетнама было резкое сокращение двустороннего товарооборота. Как отмечалось выше, значительная доля вьетнамского импорта поступала из СССР, причем на льготных условиях и, зачастую, в кредит. Внезапно оказавшись без такого надежного «донора» как Советский Союз, СРВ пришлось в кратчайшие сроки перестраивать географию своей внешней торговли, что было весьма непросто и болезненно по понятным причинам, особенно при постоянном и весьма значительном торговом дефиците. С 1991 года в торгово-экономическом сотрудничестве Вьетнама и России начался переход на новые принципы взаимодействия на основе практики и цен международной торговли. Российская сторона в принципе перестала кредитовать свои товарные поставки во Вьетнам. Последний кредит подобного рода на сумму 100 млн.

долл. на льготных условиях был выделен вьетнамской стороне в 1992 г. для оплаты затрат российских организаций по оказанию содействия СРВ в строительстве ряда объектов.

Эти изменения, естественно, не могли не сказаться на объемах товарооборота. Он упал в несколько раз2.

Также значительную роль в этом сыграли такие известные факторы, как произошедший на российских предприятиях спад производства основных видов продукции, ранее поставлявшейся во Вьетнам, вынужденные меры по таможенному обложению экспорта из РФ в отношении целого ряда сырьевых товаров, в которых были заинтересованы вьетнамские предприятия, реорганизация системы управления внешнеэкономическими связями в России и другие причины.

Сказалось и прекращение действия т.н. «идеологической составляющей» в сотрудничестве между СССР и СРВ. Как уже отмечалось, без данного «стержня» в отношениях между двумя странами произошел коллапс, и затем стоило немалых трудов удержать их от фактически полного свертывания. Но также нельзя не признать, что нынешнее соЛе Хонг Тхай стояние двусторонних связей, в принципе, гораздо более соответствует реалиям, потребностям и возможностям сторон.

После нескольких лет практически полного застоя в двусторонних отношениях наметилось их определенное оживление во второй половине 1990-х гг., выразившееся, прежде всего, в активизации визитов на высшем уровне.

Можно назвать несколько причин возобновившегося после некоторого перерыва сближения двух наших государств. Во-первых, за прошедшие пятьдесят лет была сформирована солидная, подкрепленная жизнеспособными проектами экономическая основа российско-вьетнамского взаимодействия, а построенные при советском и российском техническом содействии объекты продемонстрировали свою необходимость, во многом стали базой для развития ключевых отраслей промышленности и сельского хозяйства СРВ, позволив успешно решать задачи социально-экономического развития.

Во-вторых, в отличие от крупнейших держав, ведущих борьбу за укрепление своих позиций в регионе и в самой СРВ, относительно России у вьетнамцев не существует каких-либо синдромов или предубеждений, связанных с историческим прошлым или подходом к решению международных и внутриполитических вопросов.

В-третьих, значительная прослойка вьетнамского общества, в т.ч. немалое число современных вьетнамских руководителей различного ранга, включая и высшее руководство, получила образование в СССР и России и испытывает глубокие симпатии к ней. В силу особенностей национального характера вьетнамцам присуще глубокое уважение к своим учителям и месту учебы, так что большая часть этих выпускников советских и российских вузов испытывает ностальгические чувства по отношению к России, искренне переживает в связи с происходящими в ней событиями.

В-четвертых, сохраняется зависимость Вьетнама от поставок российского специмущества, а также технического содействия в военно-технической сфере. Все это создает благоприятную почву как для продолжения доверительного политического диалога, так и для конструктивной работы по традиционным и новым направлениям взаимодействия.

Завершением условного периода «охлаждения» в российско-вьетнамских отношениях можно считать 1994 г., когда в ходе визита в Россию Премьер-министра Правительства СРВ Во Ван Киета состоялось подписание Договора об основах дружественных отношений между Россией и Вьетнамом, определяющего главные принципы двусторонних связей в новых условиях. За этим последовал ответный визит в Ханой главы российского правительства В.С. Черномырдина в 1997 г. (первый за последние три десятилетия). С этого момента уже можно считать, что в двусторонних отношениях был преодолен явный кризис, и стороны начали искать пути всестороннего сближения, причем на качественно новой основе, которая должна предусматривала отношения на принципах партнерства, а не по прежней схеме донор-рецепиент.

Затем политические контакты на высшем уровне между нашими странами продолжали развиваться по нарастающей. В 1998 г. во время официального визита в Россию Президента СРВ Чан Дык Лыонга состоялась первая встреча президентов России и Вьетнама. Руководители двух государств подписали Совместную декларацию, в которой подтверждалось обоюдное стремление к активизации многоплановых двусторонних связей, приданию им черт стратегического партнерства. В 2000 г. переговоры в Москве между Премьер-министром Правительства СРВ Фан Ван Кхаем и Председателем Правительства Российской Федерации М.М. Касьяновым позволили окончательно поставить точку в решении одной из ключевых проблем – вопросе о погашении задолженности Вьетнама перед Россией, что стало безусловным «прорывом» в двусторонних отношениях.

Индокитай: тенденции развития С этого времени между двумя странами формируются отношения стратегического партнерства в новом тысячелетии.

Крайне важную роль при этом сыграл первый за всю историю взаимоотношений официальный визит в Ханой главы российского государства в марте 2001 г., который стал во Вьетнаме одним из важнейших внешнеполитических событий года. В ходе визита состоялось подписание совместной Декларации о стратегическом партнерстве, отразившей обоюдную заинтересованность в наращивании многопланового взаимодействия и выведении его на новый уровень в соответствии с накопленным опытом. Можно сказать, что визит в Ханой Президента Российской Федерации В.В. Путина (28 февраля – 2 марта 2001 г.) открыл новую страницу в отношениях между Россией и Вьетнамом. Главной его целью было определение стратегических направлений российско-вьетнамского партнерства в XXI веке. На итоговой пресс-конференции в Ханое В.В. Путин подчеркнул: «Мы обязаны поддерживать и развивать дальше наши отношения в новых условиях в соответствии с новыми международными реалиями. Выгода этого очевидна и для Вьетнама, и для России»3.

С целью придать дополнительный импульс и конкретизировать планы стратегического партнерства стороны во время визита в СРВ в марте 2002 г. Председателя Правительства Российской Федерации М.М. Касьянова провели обмен мнениями по вопросам расширения взаимовыгодного сотрудничества в различных областях. Был затронут также ряд региональных и международных проблем. Значительное место на переговорах было отведено ходу реализации договоренностей, достигнутых во время визита Президента Российской Федерации В.В. Путина во Вьетнам в марте 2001 г. Особое внимание было обращено на торгово-экономические отношения, являющиеся главным приоритетом двустороннего сотрудничества. Стороны обсудили многочисленные «узкие места» в данной сфере, пытались найти взаимоприемлемые пути решения имеющихся проблем.

Логическим итогом встреч лидеров двух стран стал официальный визит в Россию Генерального секретаря ЦК КПВ Нонг Дык Маня в октябре 2002 года, в ходе которого состоялась повторная встреча лидеров двух стран4. Нонг Дык Мань и В.В. Путин были единодушны относительно конкретных направлений и мер по развитию сотрудничества в сферах политики, экономики, культуры, науки и техники, образования и подготовки кадров. Это нашло отражение в подписании сторонами ряда соответствующих соглашений, в т.ч. совместного коммюнике. На уровне вице-премьеров правительств были рассмотрены перспективы дальнейшего наращивания экономического и торгового взаимодействия, прежде всего в нефтегазовой сфере, электроэнергетике, также состоялся ряд межведомственных переговоров и встреч по партийной линии.

Таким образом, если судить по динамике политических контактов в течение последних пяти лет, то российско-вьетнамские отношения, миновав период спада, сейчас явно вышли на стадию подъема. Однако основным вопросом здесь является то, насколько уровень политического диалога соответствует конкретному наполнению двусторонних связей, прежде всего их важнейшей – экономической – составляющей, а также насколько эффективно он обеспечивает взаимовыгодность сотрудничества двух стран.

В целом же роль России во Вьетнаме в последние годы, ее отношение к своему давнему союзнику в Юго-Восточной Азии, так же как, впрочем, и ее восприятие в современном Вьетнаме можно рассматривать с разных точек зрения. Если взглянуть на объем российско-вьетнамского торгово-экономического сотрудничества (на РФ сейчас приходится не более 2% внешней торговли Вьетнама, в списке иностранных инвесторов Россия пока еще входит в первую десятку, но только благодаря созданному в советское время СП «Вьетсовпетро»5) и сравнить его с советским периодом, то уже станет ясно, насколько Ле Хонг Тхай изменилась ситуация. Можно, конечно, сожалеть о безвозвратно ушедшем «расцвете»

двусторонних отношений, однако стоит задаться вопросом – нужна ли была обеим странам такая во многом чрезмерная (для Вьетнама прежде всего) ориентация и привязка к своему партнеру. Цели и мотивы предоставляемой помощи СССР были хорошо понятны (создание и укрепление «форпоста социализма» в ЮВА в ходе геополитического соперничества между Советским Союзом и США), Вьетнам же был просто реципиентом этой помощи, на характер которой он фактически не мог влиять сколько-нибудь существенным образом. С начала 1990-х гг. после завершения длительного периода биполярного мироустройства у России больше не осталось причин, как, впрочем, и возможностей продолжать всестороннюю поддержку СРВ. Внешнеполитический вектор новой России кардинальным образом изменился, отношения с другими государствами стали строиться прежде всего на основе прагматизма и взаимной выгоды.

В принципе, то же самое произошло и во Вьетнаме, который был вынужден переориентировать основной объем внешнеэкономических связей и внешнеполитические контакты на других партнеров, прежде всего, на соседние страны региона. Однако, эта «вынужденность», безусловно, стала позитивным фактором для развития страны, т.к. СРВ преодолела свою во многом искусственную привязку к социалистическому блоку и, соответственно, изоляцию от других стран и начала активно интегрироваться в региональные связи.

Тем не менее, Россия все-таки осталась одним из «векторов» внешнеполитического курса Вьетнама, хотя теперь уже одним из многих, причем далеко не таких значимых, как прежде. Конечно, ее в сфере экономики, не говоря уже о сфере культуры и образования, существенно потеснили конкуренты из Японии, стран АСЕАН, США и ЕС, Австралии, Южной Кореи и Китая. Но несмотря на значительное снижение масштабов сотрудничества с Россией, вьетнамское руководство пока еще рассматривает это сотрудничество в качестве одного из приоритетов своей внешнеполитической стратегии – прежде всего в силу политических и ряда других обстоятельств. Вьетнам, безусловно, считает Россию дружественным государством, своим давним партнером и традиционным союзником на международной арене, т.

к. наши страны придерживаются сходных позиций по большинству ключевых проблем современности, и это положение, по-видимому, сохранится и в будущем. Что же касается торгово-экономического сотрудничества, то здесь существует немало сложных вопросов и проблем, касающихся нынешнего уровня и дальнейших перспектив его развития. Хотя эта важнейшая сфера двусторонних отношений в большей степени их и определяет, все же остается надежда, что трудности носят временный, переходный характер. Наши страны продолжат искать пути реализации имеющегося потенциала сотрудничества в тех ключевых сферах, где пока еще остаются для этого благоприятные предпосылки (нефтедобыча, военно-техническое сотрудничество, энергетика, экспортно-импортные операции по отдельным товарным группам).

Рассмотрев эволюцию двусторонних отношений, дадим характеристику основных составляющих российско-вьетнамских отношений на современном этапе.

Договорно-правовая база.

С 1991 г. между Вьетнамом и Россией было заключено около 30 межгосударственных документов, большую часть из которых составляют межправительственные и межведомственные соглашения. Во второй половине 90-х гг. министерствами иностранных дел двух стран была проведена большая работа по совершенствованию договорноправовой базы российско-вьетнамского сотрудничества. Логическим завершением этого процесса стало подписание в ходе визита Президента России во Вьетнам Межправительственного протокола об инвентаризации договорно-правовой базы и действии двусторонИндокитай: тенденции развития них договоров. В этом документе учтены все договора и соглашения, заключенные между двумя государствами в период с 1955 по 1991 гг.

Первым же наиболее важным и основополагающим документом в отношениях между Вьетнамом и новой Россией стал Договор об основах дружественных отношений, который был подписан во время визита в Москву в 1994 г. премьер-министра Правительства СРВ Во Ван Киета. В 1997 г. в рамках ответного визита в СРВ Председателя Правительства России стороны приняли Декларацию о содействии развитию торговоэкономического и научно-технического сотрудничества.

Новые ориентиры сотрудничества были зафиксированы в подписанной в 2001 г.

президентами двух стран Декларации о стратегическом партнерстве между Российской Федерацией и Социалистической Республикой Вьетнам. В этом документе реально отражены ключевые аспекты российско-вьетнамского взаимодействия на перспективу как в двустороннем, так и многостороннем формате. В документе говорится: «Россия и Вьетнам подтверждают решимость укреплять и развивать традиционную дружбу и разностороннее сотрудничество в XXI веке в духе установившегося между двумя странами стратегического партнерства»6.

Ряд важнейших соглашений, касающихся торгово-экономического сотрудничества наших стран, включает в себя прежде всего межправительственное соглашение об урегулировании задолженности Социалистической Республики Вьетнам перед Российской Федерацией по ранее предоставленным кредитам от 13 сентября 2000 г., а также ряд документов, касающихся сотрудничества в области нефтяной промышленности и энергетики7.

Политические контакты.

Как уже отмечалось выше, в отношениях между нашими странами на данном этапе политическая составляющая явно доминирует. Последние годы по насыщенности визитами и встречами на высшем и высоком уровнях можно даже сравнить с «советским»

периодом. Действительно, за последнее десятилетие было четыре визита глав правительств, два визита президентов России и Вьетнама, визит генсека ЦК КПВ, Вьетнам посетил спикер Госдумы РФ, а в России побывал спикер вьетнамского парламента, состоялись многочисленные встречи министров иностранных дел (как во время официальных визитов, так и на международных форумах), а также других руководителей министерств и ведомств.

Следует отметить, что в политической сфере между нашими странами всегда сохранялось достаточно хорошее взаимопонимание, что подкреплялось общими взглядами и близостью позиций России и Вьетнама по вопросам безопасности, разоружения, борьбы с терроризмом, защиты государственного суверенитета и территориальной целостности. СРВ высоко оценивает вклад России в дело укрепления стабильности в АТР и во всем мире, подчеркивает готовность к дальнейшему укреплению взаимодействия в рамках международных организаций и форумов. Вьетнам и Россия придерживаются сходных позиций по таким важнейшим вопросам мировой политики, как роль ООН в современном мире, поддерживают интеграционные процессы в Азиатско-Тихоокеанском регионе и создание в ЮВА зоны свободной от ядерного оружия. Наши страны последовательно выступали за мирное урегулирование кризисов в бывшей Югославии и Ираке, считая отказ от дипломатических методов решения проблемы и ввод войск НАТО/англо-американского альянса в эти страны ошибочным. Вьетнам также поддерживает усилия России по разрешению противоречий на Корейском полуострове и его скорейшей денуклеаризации.

Безусловно, в 1990-е гг. принципы взаимоотношений наших стран (как и внешнеполитические векторы в целом) кардинально изменились, однако осталась их базовая составляющая – традиционные союзнические8 и партнерские отношения. Для Вьетнама Ле Хонг Тхай Россия – по-прежнему геополитический партнер, на поддержку которого можно рассчитывать. Что касается отношения России к Вьетнаму как партнеру на международной арене в новых условиях мироустройства, то здесь, прежде всего, надо учитывать следующий фактор: после принятия СРВ в Ассоциацию государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) в 1995 г. был закреплен стратегический поворот вьетнамской внешней политики в сторону региональных ориентиров, началось подключение СРВ к интеграционным механизмам АСЕАН и региональной Зоны свободной торговли (АФТА). С учетом интересов России как евроазиатского государства в этом бурно развивающемся регионе мира поддержка Вьетнама, выполняющего с 1996 года роль координатора партнерского диалога РоссияАСЕАН, имеет важное значение для налаживания связей Москвы со странами ЮВА.

Регулярный характер носит конструктивный диалог между министрами иностранных дел России и Вьетнама. Ежегодные межмидовские консультации на уровне заместителей министров и директоров департаментов стабильно демонстрируют достаточно близкие, а зачастую и совпадающие подходы по большинству актуальных международных и региональных проблем. Тесное взаимодействие министерств иностранных дел двух стран, активная работа российских дипломатических учреждений в СРВ и вьетнамских в Российской Федерации во многом стали основой не только для координации и согласованности действий двух стран на международной арене, но и для продвижения идей партнерства по ряду перспективных направлений.

Межведомственное сотрудничество.

Главным надведомственным органом, ответственным прежде всего за торговоэкономическое сотрудничество, является созданная в 1992 г. российско-вьетнамская Межправительственная комиссия по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству (МПК)9. Один раз в год проводится основное пленарное заседание, также ежегодно организуются межсессионные встречи сопредседателей комиссии.

В ходе заседаний Комиссии и ее рабочих групп, а также на промежуточных встречах сопредседателей проходит рассмотрение состояния и перспектив развития торговоэкономического и научно-технического сотрудничества, в т.ч. в нефтегазовой, энергетической, кредитно-финансовой сферах и др., намечаются планы и приоритетные направления для дальнейшего развития нашего взаимодействия. Однако есть мнения, причем с обеих сторон, что работа МПК пока остается недостаточно эффективной, даже принятые решения зачастую не исполняются, а реальная отдача от ее деятельности (в плане расширения торговых отношений и других аспектов двустороннего сотрудничества) оставляет желать лучшего.

В принципе, деловые контакты существуют между многими министерствами и ведомствами Вьетнама и России, в частности, между министерствами финансов, министерством экономического развития и торговли России и министерством торговли СРВ, министерствами образования, здравоохранения и др. Однако нельзя сказать, что эти отношения поддерживаются на тесной и постоянной основе. Чаще всего, это решение рабочих вопросов (например, между министерствами финансов по урегулированию задолженности), периодическое участие представителей тех или иных ведомств двух стран в международных семинарах и выставках, проводимых во Вьетнаме или в России.

Традиционные и достаточно тесные связи сохраняются между силовыми ведомствами наших стран. Сотрудничество между МВД России и Министерством общественной безопасности (МОБ) Вьетнама осуществляется на основе действующего межведомственного соглашения. Достаточно регулярно осуществляются обмены делегациями, в т.ч. и на министерском уровне10. Взаимодействие между ФСБ России и МОБ СРВ также осуществляется на основе межведомственного соглашения о сотрудничестве. Достигнута договоИндокитай: тенденции развития ренность о разработке Протокола о научно-техническом сотрудничестве между ФСБ России и МОБ Вьетнама.

Проводятся встречи групп экспертов по вопросам научнотехнического сотрудничества в данной сфере, борьбы с организованной преступностью, осуществляется регулярный обмен информационными материалами по запросам, определен ряд перспективных направлений дальнейшего сотрудничества подразделений ФСБ России и МОБ СРВ в их практической работе и подготовке сотрудников вьетнамских спецслужб на базе высших учебных заведений ФСБ России. Организованное в рамках Подкомиссии по научно-технологическому сотрудничеству взаимодействие между ФАПСИ России и Департаментом правительственной связи СРВ в области защиты и передачи информации для руководящих органов двух государств способствовало подписанию Межправительственного соглашения в этой сфере (1999 г.). В целом, сотрудничество по линии спецслужб двух наших государств развивается достаточно успешно, и в последнее время наметилась устойчивая тенденция к его активизации.

Военно-техническое сотрудничество.

Военно-технические связи между Вьетнамом и Россией являются одной из базовых составляющих двусторонних отношений. В настоящее время военно-техническое сотрудничество строится на новой основе и не носит характера союза, ориентированного против третьих стран. Стоит отметить, что после закрытия в 2002 г. российской военноморской базы Камрань11 во Вьетнаме, в содержании которой, по мнению российской стороны, больше не было необходимости, фактор даже формального военного присутствия России в Юго-Восточной Азии сейчас фактически сводится к минимуму. Тем не менее, для Вьетнама Россия была и остается важнейшим партнером в сфере ВТС12, особенно учитывая огромный вклад СССР в формирование военного потенциала ДРВ-СРВ.

Как известно, до 1979 г. поставки специмущества и техническое содействие производились на безвозмездной основе. С 1979 по 1990 гг. на указанные цели предоставлялись льготные кредиты. За годы сотрудничества в вузах Минобороны России были подготовлены более 13 тыс. вьетнамских военных специалистов. Оказывалось техническое содействие в создании и дооборудовании 140 объектов, работы по большей части из них завершены. Начиная с 1991 г., после перехода на коммерческие условия расчетов, объемы ВТС с России с Вьетнамом значительно сократились. После некоторого перерыва в начале 90-х гг. СРВ возобновила закупки военной техники и, начиная с 1994 г., из России во Вьетнам была поставлена партия самолетов Су-27, несколько РЛС и ракетных катеров общей стоимостью несколько сотен миллионов долларов, на вьетнамских верфях по российским проектам строятся патрульные суда. Следует отметить, что в последние годы в военно-техническом сотрудничестве наших стран стали применяться новые формы взаиморасчетов, в т.ч. оплата российского специмущества поставками вьетнамских товаров.

Правовой базой взаимодействия в области ВТС сейчас является межправительственное Соглашение о военно-техническом сотрудничестве, подписанное в октябре 1998 г.

в ходе визита во Вьетнам Министра обороны России. Намерение сторон развивать и укреплять сотрудничество в оборонной сфере было подтверждено во время визита в Россию Министра обороны СРВ в июле 1999 г. В декабре 1999 г. в Ханое состоялось первое заседание российско-вьетнамской межправительственной комиссии по военно-техническому сотрудничеству, в ходе которого подписана Программа ВТС между двумя странами на 2000 г. и основные направления до 2005 г., парафирован рамочный контракт на обучение вьетнамских военнослужащих в вузах Минобороны России.

Основные направления сотрудничества в области ВТС включают поставки новых видов вооружений и техники, техническое содействие в эксплуатации, ремонте и модернизации ранее поставленных вооружений, поставки оборудования и оказание техническоЛе Хонг Тхай го содействия в создании и дооборудовании объектов военного назначения, командирование и прием на обучение специалистов, проведение научных исследований, передачу лицензий на производство отдельных образцов вооружений и военной техники. Определен ряд других перспективных сфер ВТС, работа по которым может быть начата в случае изыскания средств на их финансирование. Среди них – создание комплексной системы охраны морского побережья СРВ, регионального технического сервисного центра для системы ПВО, наземной системы РЭБ, модернизация самолетов Су-22М4 и МиГ-21БИС, приобретение иных образцов вооружений и военной техники.

Таким образом, учитывая долгосрочную заинтересованность Вьетнама в модернизации своих вооруженных сил, основой которых является советская и российская боевая техника, можно прогнозировать, что ВТС между нашими странами имеет стабильную основу и значительный потенциал для дальнейшего развития.

Научно-техническое и гуманитарное сотрудничество.

Для развития научно-технического сотрудничества между Вьетнамом и Россией, в принципе, существует достаточно широкий спектр направлений. Это во многом объясняется значительной степенью привязки вьетнамских научных и инженерных кадров к российской системе вузовской и научно-исследовательской подготовки, а также теми возможностями, которые предоставляются российским исследователям во Вьетнаме. Еще в 1996 году президент РАН подписал в Ханое со своим вьетнамским коллегой соглашение о сотрудничестве между научными учреждениями России и Вьетнама. В рамках МПК была создана смешанная подкомиссия по научно-техническому сотрудничеству. В настоящее время согласовано более 20 приоритетных направлений взаимодействия, охватывающих, передачу результатов научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок в виде технологических линий пилотного и опытного производства, создания совместных научно-экспериментальных производств, организации научно-практических семинаров и выставок. Ряд совместных разработок нашел успешное применение на практике. В первую очередь это относится к производству микробиологических препаратов защиты растений, новых материалов на основе углеводородных волокон, спецволокон, специальных сортов бумаги и т.д. Основой для научного сотрудничества наших стран является созданный в СРВ более десяти лет назад совместный Российско-вьетнамский тропический научно-исследовательский и технологический центр, которым получены принципиально новые знания в таких областях, как экотоксикология, биотехнология, тропикостойкость военной и инженерной техники, медицинская тематика, экология и общая биология. В повестке дня дальнейшего развития научно-технологического сотрудничества двух стран стоят формирование взаимодополняемой научно-технологической политики, повышение эффективности работы действующих совместных проектов, поиск новых и совершенствование существующих форм и методов кооперации.

Для гуманитарного сотрудничества между двумя странами важно то, что в последние годы было частично восстановлено изучение и преподавание русского языка в СРВ. Безусловно, знаменательным событием в этой области стало открытие в 2003 г. Российского дома науки и культуры в Ханое, в котором организуются курсы по изучению русского языка, планируется осуществлять целый комплекс мероприятий по популяризации России, русской культуры и языка во Вьетнаме. В сфере высшего образования Межведомственным соглашением о сотрудничестве предусмотрен квотный обмен студентами, аспирантами и стажерами до 30 человек ежегодно. Россия продолжает ежегодно выделять около 200 государственных стипендий для обучения вьетнамских студентов и аспирантов.

По инициативе СРВ новой формой сотрудничества должно стать обучение вьетнамских студентов в российских вузах в счет погашения части задолженности Вьетнама перед Индокитай: тенденции развития Россией (соответствующее соглашение было подписано в 2002 г. в Москве). Новым направлением сотрудничества в сфере образования стало открытие в октябре 2002 г. международного вьетнамо-российского факультета в Ханойском национальном университете.

Несмотря на общие для обеих стран финансовые трудности, в последнее время активизируются контакты между творческими организациями, научными и высшими учебными заведениями13.

Безусловно, позитивным фактором в развитии двусторонних отношений можно считать наметившееся оживление российско-вьетнамских связей в области культуры. В 2000 году в Москве по приглашению Минкультуры России находилась делегация во главе с министром культуры и информации СРВ, в ходе визита был подписан межведомственный Протокол о сотрудничестве на 2000 – 2002 гг., в 2001 – 2003 гг. с успехом прошли Дни культуры России во Вьетнаме, Дни Москвы в Ханое и ответные Дни Ханоя в Москве и Дни Вьетнама в России.

Очевидно, что прежний уровень вьетнамо-российского сотрудничества в сфере науки, образования и культуры, когда только в различных учебных заведения СССР проходили подготовку десятки тысяч вьетнамцев, безвозвратно ушел в прошлое. И теперь перед нашими странами стоит непростая задача поддерживать и расширять, насколько это возможно, взаимодействие хотя бы по нескольким важнейшим и представляющим взаимный интерес научным направлениям (на базе Совместного вьетнамо-российского тропического центра), а также популяризировать получение российского высшего и послевузовского образования для вьетнамских граждан.

Межпарламентские и межпартийные контакты.

Так же как и по другим направлениям двустороннего сотрудничества, парламентские связи между нашими странами в первой половине 1990-х гг. заметно ослабли. В последние несколько лет межпарламентские контакты оживились, что объясняется в значительной степени заинтересованностью вьетнамской стороны в расширении диалога с Федеральным Собранием Российской Федерации. Как весьма позитивный во Вьетнаме рассматривают тот факт, что независимо от фракционной принадлежности и политических убеждений депутаты Государственной Думы России, приезжавшие в СРВ или встречавшиеся с вьетнамскими коллегами в Москве, неизменно едины во мнении о важности развития отношений между нашими странами в различных областях.

Наибольшую активность в деле развития двусторонних межпарламентских связей с Национальным Собранием СРВ демонстрирует Государственная Дума. Прошедший в феврале 1997 г. визит в СРВ Председателя Госдумы Г.С. Селезнева стал заметным событием не только в плане вывода российско-вьетнамских межпарламентских связей на качественно новый уровень, но и в контексте общего укрепления двусторонних отношений.

Официальный ответный визит Председателя Национального собрания СРВ Нгуен Ван Ана в Россию состоялся в начале 2003 г. Достаточно регулярно осуществляются рабочие поездки на уровне председателей и заместителей председателей различных комитетов и комиссий Госдумы и Национального собрания, в т.ч. с вьетнамской стороны были визиты Комиссии по иностранным делам, по законодательству, по обороне и безопасности, с российской – Комитета Госдумы по труду и социальной политике.

Постоянный характер по-прежнему носят контакты между Коммунистической партией Вьетнама (КПВ) и КПРФ. Конечно, сейчас межпартийные контакты не играют той первостепенной роли как в советский период, но тем не менее в ходе визитов на высшем уровне в Россию вьетнамские руководители регулярно встречались с лидерами КПРФ, а представители российских коммунистов традиционно принимают участие в съездах КПВ и, посещая СРВ в составе различных делегаций, обязательно проводят Ле Хонг Тхай встречи со своими вьетнамскими коллегами. Развивая установку на налаживание диалога с правящими (совсем необязательно коммунистическими) партиями других государств, Компартия Вьетнама в последние годы предпринимала попытки установления деловых контактов с российской партией «Единство».

Межрегиональное сотрудничество.

В последние несколько лет заметно активизировались (после почти полного их отсутствия в 1990-е гг.) партнерские связи между нашими странами на межрегиональном уровне, правовой базой которых является межправительственное соглашение о принципах сотрудничества между органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органами местной власти Социалистической Республики Вьетнам (подписано в сентябре 2000 г.). Координация взаимодействия между регионами двух стран возложена на рабочую группу по вопросам межрегионального сотрудничества в рамках совместной Межправительственной комиссии, однако деятельность этой группы пока, к сожалению, не приобрела регулярного характера. С вьетнамской стороны наибольший интерес к развитию контактов проявляют крупнейшие города страны Ханой, Хошимин, Дананг и Хайфон. В России же это те регионы, которые имеют с Вьетнамом давние традиционные отношения (Москва14, Санкт-Петербург, Московская область, Приморский и Хабаровский края), либо те, которые производят товары и услуги, востребованные на вьетнамском рынке (Татарстан, Нижегородская, Ярославская, Ростовская, Саратовская, Свердловская области). Следует отметить, что обмен делегациями между субъектами Российской Федерации и провинциями СРВ активизировался при широком участии деловых кругов двух стран. Примером успешного налаживания прямых связей в новых условиях служит визит делегации Свердловской области во главе с губернатором Э.Э. Росселем на юг Вьетнама (сентябрь 2000 г.), в ходе которого были подписаны соглашения о сотрудничестве с южновьетнамской провинцией Бария-Вунгтау и г. Хошимином. Одним из последних заметных событий в сфере межрегионального сотрудничества стал визит в Москву весьма представительной делегации г. Хошимина во главе с председателем Народного комитета города Ле Тхань Хаем (май 2003 г.). Вместе с тем, несмотря на внешнюю активизацию межрегиональных контактов, реальных возможностей для налаживания эффективного сотрудничества пока находится немного, прежде всего из-за вышеперечисленных сложностей с развитием двусторонней торговли и инвестиционного сотрудничества.

Торгово-экономические отношения.

1. Торговые связи.

С 1992 г. между российскими и вьетнамскими организациями впервые начала применяться новая форма расчетов за поставляемое из РФ в СРВ комплектное энергетическое оборудование (35% в СКВ, остальное – поставками вьетнамских товаров). На тот период подобная форма расчетов была выгодна прежде всего вьетнамской стороне, т.к.

позволяла, с одной стороны, затрачивать минимум скудных валютных средств, а с другой – наращивать поставки традиционных вьетнамских экспортных товаров в Россию.

Хотя для российской стороны увеличение экспорта машино-технических изделий в СРВ было, безусловно, выгодным по понятным причинам, однако, по сути бартерные условия торговли в итоге не стали действительно выгодной схемой для российских партнеров, а вьетнамская сторона в силу очень сложного финансово-экономического положения в тот период просто не обладала достаточным объемом иностранной валюты для оплаты прежнего объема импорта.

Как уже отмечалось выше, критическую роль в развитии торговых отношений сыграл отказ России от советской практики кредитования торговых операций с Вьетнамом и установка на применение международных схем расчетов (прежде всего, оплата в Индокитай: тенденции развития СКВ), что и привело к падению товарооборота в несколько раз только за один 1991 год.

До 1996 г. продолжалось снижение объемов российско-вьетнамской торговли, в результате чего этот показатель сократился до менее, чем 1/10 от своего наивысшего уровня (1,9 млрд. пер. руб.) в 1989 г. (см. таблицу).

–  –  –

Источник: Торгпредство СРВ в России.

Как видно из приведенных данных, в двусторонней торговле в 90-е гг., точно так же, как и в советский период, сохранялся серьезный дисбаланс – до 80% от общего объема товарооборота составлял экспорт из России во Вьетнам. Фактически на протяжении почти целого десятилетия в торговле между нашими странами наблюдалась стагнация, и даже определенное увеличение товарооборота в отдельные годы (1998 – 99 гг.) принципиально ситуацию не меняло15. На протяжении 1990-х гг., как, впрочем, и сейчас, в российском экспорте традиционно преобладали металлопрокат, удобрения, автотехника (в основном автомобили КАМАЗ и УАЗ), машины и оборудование: немалая часть этих товаров поставляется как через третьи страны, так и вьетнамскими компаниями, действующими в России. Импорт из Вьетнама в основном формировался из товаров народного потребления (текстильные и швейные изделия, обувь) и продовольствия (рис, вермишель быстрого приготовления, пищевые масла и др.). За прошедшее десятилетие – в отличие от советского периода госпоставок – значительно увеличился товарооборот на уровне средних и малых частных предприятий двух стран, прежде всего вьетнамских, которые выступают либо посредниками, либо зачастую и экспортерами, и импортерами товаров одновременно.

Стоит отметить, что за последние 2 – 3 года все-таки наметился постепенный рост двустороннего товарооборота, главным образом за счет наращивания экспорта из России.

Лидерами двух стран признано, что в сфере торговли имеется потенциал ее увеличения до 1 млрд. долл. ежегодно. Экономики наших стран, в принципе, могут успешно дополнять друг друга: на вьетнамском рынке хорошо известна и пользуется авторитетом продукция российской черной и цветной металлургии и химической промышленности, минеральные удобрения, стройматериалы, отдельные виды машин, оборудования и транспортных средств. В свою очередь, Россия заинтересована в традиционных товарах вьетнамского экспорта (продукция тропического сельского хозяйства, легкой промышленности и т.п.). Большим резервом в плане наращивания торговых обменов остаются прямые связи российских регионов с провинциями СРВ. Определенный опыт в этом отношении накоплен краями и областями Дальнего Востока, комплексная программа сотрудничества разрабатывается в Татарстане.

Среди основных причин, сдерживающих торговые связи, вьетнамские и российские предприниматели называют определенные неудобства и недостаточную эффективность действующей системы взаиморасчетов, ограниченные финансовые возможности (нехватка оборотных средств) партнеров при значительных сложностях с кредитованием сделок с обеих сторон16, высокие таможенные и налоговые барьеры и дороговизну трансЛе Хонг Тхай портных перевозок, трудности с сертификацией товаров при их таможенном оформлении и др. Обоснованно звучат и претензии к качеству товаров. Недостаточное внимание уделяется взаимному изучению рынка, продвижению и рекламе товаров. Вьетнамские бизнесмены могли убедиться в том, что без этого практически невозможно наращивать экспорт на российский рынок, который отличается высокой конкуренцией, причем прежде всего по тем группам товаров, которые являются традиционными экспортными позициями СРВ (в частности, одежда и обувь, многие продукты питания и сельхозсырье). Цены на вьетнамские товары зачастую оказываются неконкурентоспособными по сравнению, например, с аналогичной продукцией из Китая и других стран. К этому добавляется и определенная доля взаимного недоверия: с обеих сторон бывали случаи недобросовестности и неорганизованности в ведении деловых отношений, часто недопустимо низок профессиональный уровень партнеров. Иногда сделки заключаются бизнесменами, не знакомыми с местными условиями и законодательством, и фатальные ошибки оказываются изначально заложенными в контракты. К сожалению, в ближайшее время влияние всех этих негативных факторов вряд ли возможно существенным образом уменьшить, поэтому весь комплекс нерешенных вопросов, связанных с наращиванием товарооборота, попрежнему остается.

2. Решение долговой проблемы.

Одним из важнейших моментов в развитии двусторонних торгово-экономических отношений стало начало с 1991 года выплаты Вьетнамом своей государственной задолженности Российской Федерации как правопреемнице СССР17. В течение 90-х гг. в счет задолженности поставлялось товаров на сумму от нескольких десятков до сотни миллионов долларов США ежегодно. Однако эффективный механизм долговых поставок (прежде всего, с российской стороны) так и не был выработан, зачастую ежегодные квоты осваивались со значительным опозданием и не полностью. К сожалению, серьезным стимулом для развития российско-вьетнамской торговли поставки товаров в счет долга так и не стали, к тому же определение общей суммы долга продолжало оставаться предметом разногласий между сторонами. По состоянию на 1 января 2000 г. задолженность Вьетнама России по государственным кредитам СССР составляла около 11 млрд. пер. рублей/долларов США (из расчета 1 переводной рубль = 1 доллару США). В сентябре 2000 года в ходе визита в Россию Премьер-министра Правительства СРВ Фан Ван Кхая был подписан пакет документов по урегулированию проблемы задолженности Вьетнама перед Россией, включивший межправительственное соглашение и межбанковский протокол (подписан в январе 2001 г.) о порядке погашения задолженности. В соответствии с достигнутой договоренностью около 85% всей суммы задолженности Вьетнама (по основному долгу и начисленным процентам), выраженной в долларах США, было списано, погашение оставшейся части должно быть произведено в течение 23 лет. На сумму, подлежащую погашению (около 1,7 млрд. долл. США), начиная с 1 января 2000 года, начисляются проценты по минимальной рыночной ставке (5% годовых)18.

Порядок погашения предусматривает перевод наличными 10% суммы, подлежащей погашению, на счет Внешэкономбанка России, 90% задолженности погашается поставками товаров, предоставлением услуг, передачей прав собственности. Экспортноимпортные операции должны производиться на основании контрактов уполномоченными вьетнамскими и российскими организациями, определяемыми министерствами финансов двух стран. К сожалению, согласованная схема погашения задолженности долго не могла вступить в силу по причине того, что российская сторона не могла определить своих участников торговых операций, хотя операторы с вьетнамской стороны были готовы сразу приступить к исполнению достигнутых договоренностей. Только в сентябре 2002 года Индокитай: тенденции развития было принято решение о выделении РВО «Зарубежнефть» квоты на закупку товаров в счет погашения задолженности, приходящейся на 2001 – 2002 гг. в объеме 120,25 млн.

долларов США. Хотя и с запозданием, но расчеты по упомянутой квоте были проведены.

Однако товары, закупленные во Вьетнаме, были затем реэкспортированы в третьи страны, в связи с чем эта операция никак не способствовала наращиванию двустороннего товарооборота. В настоящее время уполномоченными ведомствами и организациями наших стран ведется работа по оптимизации процесса погашения задолженности товарными поставками, однако в этой сфере по-прежнему остается немало нерешенных вопросов.

3. Инвестиционное сотрудничество и техническое содействие (проекты России во Вьетнаме).

Нефтяная промышленность.

В настоящее время в связи с растущей конкуренцией со стороны зарубежных компаний, которую российским организациям выдерживать все труднее, позиции РФ по сути сохраняются только в топливно-энергетическом комплексе СРВ. Основой инвестиционного сотрудничества здесь уже многие годы остается созданное в 1981 году совместное предприятие «Вьетсовпетро» по разведке и добыче нефти и газа на континентальном шельфе юга СРВ, которое можно считать флагманом вьетнамской нефтяной промышленности. Это СП по соотношению доходов и расходов входит в число лучших нефтяных компаний мира. Оно является одним из главных источников поступлений иностранной валюты в бюджет СРВ, а России его деятельность ежегодно приносит порядка 400 – 500 млн. долларов прибыли19. Участником с вьетнамской стороны является ГКНГ «Петровьетнам», с российской стороны – РВО «Зарубежнефть». Уставный фонд СП составляет 1,5 млрд. долл. США на паритетных началах. Открыто 7 месторождений нефти и газа, из которых наиболее крупными являются месторождения «Белый Тигр», «Дракон», «Дайхунг».

В июле 1991 г. подписано соглашение, по которому предприятие перешло на полный хозрасчет и самофинансирование. Определен срок совместной деятельности – 20 лет.

Общий объем добычи нефти в 1986 – 2002 гг. превысил 100 млн. тонн. Благодаря расширению ресурсной базы и внедрению новейших технологий, СП «Вьетсовпетро» постоянно наращивает добычу нефти, которая возросла с 3,96 млн. т в 1991 году до 13,4 млн. т в 2002 году. Приняты решения о целесообразности включения в зону деятельности совместного предприятия новых перспективных нефтегазоносных блоков на континентальном шельфе Вьетнама. В настоящее время предприятие обеспечивает свыше 80% национальной добычи нефти и немногим менее 20% валютных поступлений Вьетнама от экспорта.

Суммарная прибыль, полученная «Вьетсовпетро» (за вычетом налогов) за период с начала промышленной добычи нефти, превысила суммы взносов участников предприятия в уставный фонд.

РВО «Зарубежнефть» участвует еще в одном проекте по разведке и добыче нефти на южновьетнамском шельфе – в январе 2002 года был подписан трехсторонний контракт между вьетнамской государственной компанией нефти и газа «Петровьетнам», РВО «Зарубежнефть» и корпорацией «Идемицу» (Япония) по освоению блока 09 – 3 континентального шельфа южного Вьетнама. В настоящее время там ведутся подготовительные работы. В июне 2003 г. РВО заявило о своем выходе из совместного с «Петровьетнам»

проекта по добыче нефти на месторождении «Дайхунг», посчитав экономически невыгодным добычу углеводородного сырья на этом нефтеносном участке.

В сентябре 2000 года РАО «Газпром», ГКНГ «Петровьетнам», ЗАО «Зарубежнефтегаз» и Наблюдательная Компания «Петровьетнам» (НКПВ) подписали нефтегазовый контракт по освоению блока 112 континентального шельфа Вьетнама. Стоимость контракта оценивается в 40 млн. долларов США. В 2002 г. совместная операционная компаЛе Хонг Тхай ния «Вьетгазпром» приступила к деятельности. Во 2-м квартале 2003 года завершилась проработка соглашений с зарубежными буровыми подрядчиками. Соответствующие документы переданы на рассмотрение в ГКНГ «Петровьетнам». Первые работы по разведочному бурению с базой в г. Дананге планируется начать в конце 2003 г.

Энергетика.

После распада СССР Россия, как его правопреемница, завершила строительство ранее начатых народнохозяйственных объектов СРВ, в том числе таких важнейших, как ГЭС «Хоабинь», которая была полностью сдана в эксплуатацию в апреле 1994 г. (первый энергоблок пущен в 1988 г.). Этот гидроузел мощностью 1920 МВт стал крупнейшим во Вьетнаме объектом, построенным при российском техническом содействии, причем по своим основным параметрам он в настоящее время является крупнейшим гидротехническим сооружением в Юго-Восточной Азии. За время работы ГЭС было выработано более 65 млрд. КВт/час. электроэнергии20. С выводом ГЭС на проектную мощность в энергосистеме севера СРВ появился избыток мощности, для переброски которой была построена трансвьетнамская ЛЭП – 500 Квт «Север-Юг» протяженностью 1414 км.

В 2002 г. ГУП ВО «Технопромэкспорт» завершило строительство ГЭС «Яли» (720 МВт) – второй по величине ГЭС во Вьетнаме (сумма контракта – превысила 200 млн.

долларов США), выполнило контракт на поставку и монтаж (на сумму около 4,5 млн.

долларов США) гидромеханического оборудования для ГЭС «Дами». В 2002 году Объединение продолжило выполнение контракта (14 млн. долл. США) на поставку основного оборудования для ГЭС «Кандон» (72 МВт). В настоящее время «Технопромэкспорт» продолжает гарантийное обслуживание ГЭС «Яли», участвует в тендерах на строительство новых энергообъектов, хотя в условиях жесткой конкуренции с иностранными компаниями, которые обычно готовы кредитовать строительство энергообъектов (например, японские корпорации активно используют средства своей официальной помощи развитию, направляемой правительством Японии на развитие энергетического сектора СРВ), российская компания постепенно утрачивает свои позиции во Вьетнаме, где она еще 10 лет назад была главным и практически единственным оператором.

Новым участником вьетнамского энергетического рынка стало ОАО «Энергомашэкспорт – Силовые машины», которое в октябре 2002 г. было назначено российским правительством в качестве контрактора, уполномоченного на поставку оборудования и предоставление услуг в рамках реализации проектов ГЭС «Плейкронг» и ГЭС «Сесан-3», таким образом началось освоение государственного кредита (100 млн. долл. США), соглашение о предоставлении которого было подписано в марте 2002 г.21 Недавно был подписан соответствующий контракт с вьетнамским заказчиком по ГЭС «Сесан-3», переговоры по ГЭС «Плейкронг» завершаются. Также в 2003 г. «Энергомашэкспорт» в консорциуме с вьетнамской компанией «Лилама» выиграл тендер на поставку основного оборудования для реконструкции ТЭС «Уонгби».

Инвестиционное сотрудничество в других областях.

В целом, с учетом СП «Вьетсовпетро», которое создано на основе межправительственного соглашения, подписанного до вступления в силу ныне действующего Закона об иностранных инвестициях во Вьетнаме, в настоящее время Россия занимает 8 – 9 место в списке стран-инвесторов в экономику СРВ с общим объемом капиталовложений более 1,7 млрд. долл. Помимо проектов, связанных с нефтегазовой сферой, в СРВ работает еще 43 предприятия с российским инвестиционным участием и общим капиталом около 224 млн.

долл.22 С конца 1980-х гг. в СРВ с участием капиталовложений из России создавались СП и предприятия со 100% иностранным капиталом в таких областях, как добыча и переработка морепродуктов23, производство резино-технических изделий, товаров народного Индокитай: тенденции развития потребления, а также морские перевозки грузов, торговля и др. К сожалению, в основном подобные проекты за редким исключением являются мелкими, и они не играют скольконибудь значимой роли в экономике СРВ. В настоящее время деятельность многих из них характеризуется нестабильностью и низкой эффективностью, что обусловлено недостатками технико-экономических обоснований еще на предпроектной стадии, ограниченными финансовыми средствами, низкими профессиональными и техническими возможностями партнеров. В последнее время ежегодно регистрируется по нескольку небольших проектов с инвестициями из России, и, к сожалению, значимость РФ как инвестора в экономику СРВ уже давно несравнима с той ролью, которую играют здесь японские, тайваньские, сингапурские, корейские и прочие инвесторы. В ближайшей перспективе изменение ситуации в этой сфере вряд ли предвидится.

В принципе, что российские частные компании во Вьетнаме начали работать на свой страх и риск в условиях жесткой конкуренции с ведущими компаниями мира. Зачастую участники проектов недооценивали и недооценивают специфику местных условий, недостаточно активно проводят исследование рынка и продвижение своей продукции.

Упрощенный подход в отношениях с партнерами и иллюзия получения «легкой» прибыли нередко становились причинами ошибок при оформлении учредительных документов, использовании кредитных средств, внесении своей доли в уставный капитал предприятий. Вследствие этого у многих компаний, созданных за прошедшее десятилетие во Вьетнаме при участии российского капитала, возникли серьезные проблемы в хозяйственной деятельности. Часть из них понесла серьезные убытки, предприятия были ликвидированы или изменили форму собственности, многие действуют убыточно.

Характерно, что большинство созданных в СРВ в последнее годы предприятий с капиталом из России фактически принадлежит проживающим в РФ вьетнамцам. Многие из них, заработав немалые деньги в России, начали активно вкладывать средства в реализацию проектов на территории СРВ в качестве «иностранных» инвесторов, используя для этого компании, являющиеся российскими юридическими лицами. Также возросло количество объектов в сфере услуг (гостиницы, рестораны, развлекательные центры), хозяева которых – вьетнамцы, заработавшие деньги в России24.

Конечно, эти мелкие в основном предприниматели работают, прежде всего, в России, хотя в производственной сфере заняты немногие. По состоянию на конец 2002 г.

здесь было официально зарегистрировано 10 инвестиционных проектов на сумму свыше 32 млн. долл.25, что на сегодняшний день является самым высоким объемом официальных инвестиций СРВ за рубежом. Наиболее известным проектом с участием вьетнамского капитала (хотя и зарегистрированным как российское юридическое лицо) является компания «Роллтон», которая имеет собственную фабрику по производству вермишели быстрого приготовления и соусов в г. Серпухов Московской области.

В 2002 г. получили разрешение на инвестиционную деятельность и зарегистрировали свои проекты в России более крупные, государственные по происхождению вьетнамские компании – Тхатьбан (проект по производство гранитной облицовочной плитки стоимостью 15 млн. долл.) и «Винати» (строительство чаеразвесочной фабрики).

В качестве заключения можно с удовлетворением отметить, что российсковьетнамские отношения в последние годы постепенно выходят из тупика. Этот факт подтверждает сохраняющуюся заинтересованность наших стран в продолжении многопланового сотрудничества. Пережив распад мировой социалистической системы, российсковьетнамские отношения в отличие от других «традиционных связей» с бывшими социалистическими странами Центральной и Восточной Европы все-таки удержались от полномасштабного и всестороннего свертывания. В новом тысячелетии лидеры России и Ле Хонг Тхай Вьетнама заявили о переходе к стратегическому партнерству. Сейчас вьетнамороссийские связи носят, в принципе, комплексный характер, во многих ключевых сферах по-прежнему существует доверительность отношений. Принимая во внимание неуклонное повышение роли динамично развивающегося Вьетнама в региональных делах, близость подходов СРВ и Российской Федерации по ключевым международным проблемам, наличие во вьетнамском обществе значительной прослойки, симпатизирующей России и активно выступающей за развитие двустороннего сотрудничества, сохраняющийся резерв взаимодействия в торгово-экономической и военно-технической областях, двустороннее стратегическое партнерство имеет реальную долгосрочную перспективу. Для Вьетнама расширение всесторонних контактов со своим давним и проверенным временем союзником является одним из необходимых «векторов» внешней политики, как с точки зрения политического и военно-политического сотрудничества, так и продвижения своих торгово-экономических интересов.

Вместе с тем, реально оценивая сложившуюся ситуацию и делая прогнозы на будущее, нельзя не признать, что в нынешних условиях, когда присутствие третьих стран во Вьетнаме становится все ощутимее, России, по-прежнему находящейся в непростой финансово-экономической ситуации, скорее всего не удастся вернуть утраченные позиции.

Пройдут годы, и нынешнее поколение вьетнамцев, хорошо помнящее о годах тесной дружбы и сотрудничества, уступит свое место более молодому, представители которого растут в иных условиях. В дальнейшем многое будет зависеть от государственной политики России, при этом не только в политико-экономической, но и культурнообразовательной сфере. Еще с большими сложностями и жесткой конкуренцией будет сталкиваться вьетнамский бизнес на российском рынке. Появившиеся в последнее время примеры успешных вьетнамских бизнес-проектов в России позволяют надеяться на то, что на российском рынке вьетнамцы найдут свою нишу в рамках правового пространства.

Таким образом, на новом этапе вьетнамо-российских отношений в их главной составляющей – торгово-экономических связях – еще сохраняется определенный потенциал для дальнейшего развития. Однако его успешная реализация будет в значительной мере определяться своевременной проработкой возможных направлений и объектов технического и инвестиционного сотрудничества, схем экспортно-импортных операций, ускорением заключения контрактов и т.д. И помимо, безусловно, необходимой поддержки на государственном уровне и создания благоприятных условий для двустороннего сотрудничества, очень важная роль в развитии всего комплекса торгово-экономических отношений принадлежит непосредственно предпринимателям Вьетнама и России. Им необходимо наладить между собой взаимовыгодные и долгосрочные партнерские отношения, без которых невозможно рассчитывать на успешную реализацию установки на развитие стратегического партнерства между нашими странами.

Основано в 1981 г. на паритетных началах, уставный фонд – 1,5 млрд. долл. США. Промышленная добыча углеводородного сырья начата в 1986 г., в конце ноября 2001 г. добыта 100-миллионная тонна нефти.

В 1989 г. советско-вьетнамский товарооборот достиг своего пика – 1,9 млрд. пер. руб. (в т.ч. экспорт в СРВ – 1,4 млрд.руб.), в 1990 г. этот показатель составлял 1,8 млрд. пер.руб., затем в 1991 г.

произошло его резкое падение до 465 млн.руб./долл., а в 1992 г. объем вьетнамо-российской торговли составил только 310 млн. долл.

«Nhan dan», 02.03.2001.

Вообще, если для российского президента характерен весьма насыщенный график официальных зарубежных визитов, то вьетнамский лидер за два года своего пребывания у власти совершил всего Индокитай: тенденции развития несколько подобных поездок, и наряду с ведущими региональными державами (Японией, Китаем, Индией) одной из первых он посетил Россию.

Впрочем, вьетнамская сторона не учитывает это СП в текущей статистике иностранных инвестиций, и без него Россия фактически находится в конце этого списка. В последние годы приток ПИИ из России незначителен, и в основном представляет из себя капитал вьетнамцев, работающих в РФ.

«Nhan dan», 02.03.2001.

Прежде всего, это межправительственный Протокол о расширении зоны деятельности СП «Вьетсовпетро», подписанный в 2001 г. и Соглашение о предоставлении Правительству СРВ государственного кредита для финансирования содействия в строительстве на территории Вьетнама гидроэлектростанций от 27 марта 2002 г.

В данном случае речь, конечно, не идет о каком-либо военном или военно-политическом союзе, тем более «против» третьих стран, как это было в 60 – 70-е гг.

В 2002 г. состоялось ее 9-е пленарное заседание.

В октябре 2000 г. и августе 2003 г. Россию с рабочими визитами посещал министр общественной безопасности СРВ.

Была создана в 1979 г.

По некоторым оценкам, в настоящее время российский ВПК может удовлетворить до 80% потребностей СРВ.

Например, между Ханойским государственным университетом и МГУ, ДВГУ.

Делегация Московской городской Думы во главе с ее председателем В.М. Платоновым принимала участие в праздновании 990-летия г. Ханоя (сентябрь 1999 г.), мэр Ханоя посетил Москву для участия в мероприятиях по случаю ее 850-летия, в 2001 г. в ходе дней культуры Москвы в Ханое побывал вице-мэр российской столицы, а затем с ответным визитом в Москве находился зам. председателя Народного Комитета г. Ханоя.

К настоящему времени доля России во внешней торговле Вьетнама упала до 2,5% в импорте и 1,2% в экспорте против 60 – 70% до 1991 г.

Хотя существует соответствующее межведомственное соглашение о сотрудничестве в банковской сфере, а Вьеткомбанк открыл в Московским международном банке кредитную линию для помощи импортерам, ощутимых результатов это пока не дало.

За период советско-вьетнамского сотрудничества СРВ было предоставлено на льготных условиях государственных кредитов на сумму 16,4 млрд. инв. рублей, из которых использовано 12,6 млрд.

инв. руб. Из этой суммы было погашено и рефинансировано 2,3 млрд. рублей и списано – 1,1 млрд.

рублей.

В соответствии с основными принципами урегулирования задолженности в рамках Парижского клуба.

СП «Вьетсовпетро» по праву считается наиболее эффективным проектом с российским участием за рубежом.

По состоянию на 01.01.2001.

Фактически, за последнее десятилетие это был первый государственный кредит России Вьетнаму.

По данным министерства планирования и инвестиций СРВ на декабрь 2002 г.

СП «Сисафико», «Сипримфико».

Например, строительство пятизвездочного туристического комплекса в курортном городе Нячанг.

По данным министерства планирования и инвестиций СРВ на декабрь 2002 г.

В.М. Мазырин

Вьетнамцы в России:образ жизни, проблемы,перспективы

Настоящая статья представляет собой одну из первых попыток выявить общую картину и характерные черты ставшей массовой в 1990-е годы миграции граждан СРВ в Россию. Автор стремился показать особенности формирования вьетнамского землячества, которое превратилось в важную составную, причем изолированную, часть российского общества. Нами даны примерный расчет численности вьетнамской общины, оценка динамики и причин притока в РФ, состава, интересов, трудностей жизни и перспектив дальнейшего пребывания вьетнамских мигрантов («вьеткиеу») в стране.

В этом исследовании автор опирался на многолетний опыт практической работы и живого общения с вьетнамцами, наблюдения за их бытом и нравами, в том числе в рамках единых трудовых и научных коллективов. Нам удалось посетить основные места проживания «вьеткиеу» на территории РФ, познакомиться с организацией в СРВ экспорта рабочей силы и отправки студентов за рубеж, получить конкретное представление об отношении к проблемам мигрантов со стороны российских и вьетнамских официальных структур.

Сложившиеся в ходе такого общения эмпирические знания и ощущения, качественные оценки недавно удалось дополнить и проверить формализованным количественным методом, а именно проведением выборочного социального обследования1. В конце 2002 г., несмотря на значительные трудности (связанные, прежде всего, с закрытостью объекта обследования), нами был организован анонимный анкетный опрос представителей вьетнамской общины в различных городах России. Всего этим опросом был охвачен 261 вьетнамец, которые длительное время проживают в Москве, Санкт-Петербурге и Владивостоке (см. таблицу №1)2.

Эти города выбраны сознательно. Первые два – самые крупные экономические и научно-учебные центры страны, наиболее притягательные для иммигрантов, к тому же каналы транзита в Европу. Столица РФ и главный морской порт на Дальнем Востоке служат главными «воротами» для проникновения «вьеткиеу» на российскую территорию.

Владивосток является ближайшим к побережью Вьетнама регионом РФ, наиболее доступным и переносимым в климатическом отношении.

Согласно вьетнамским источникам, в настоящее время за рубежом – более, чем в 100 странах – проживает 2,5 – 2,7 млн. эмигрантов – «вьеткиеу» (приводится даже цифра 3 млн.): до 1 млн. из них осели в США, 400 тыс. во Франции, 300 тыс. в Китае, по 100 – 150 тыс. расселены в Канаде, Австралии, Таиланде, Камбодже, России, Германии. В других странах Европы – Польше, Чехии, Англии, Голландии выходцев из СРВ насчитывается по 10 – 30 тыс.3 Возможность закрепления «вьеткиеу» в новых странах и их проживание там нужно оценивать очень высоко. Достаточно вспомнить историю Вьетнама, богатую территориальными завоеваниями и достижениями по защите собственной территории. За период с 13 по 20 века вьеты освоили площадь, многократно превышающую ареал их первонаИндокитай: тенденции развития чального расселения, покорив и, по сути, ассимилировав народы других достаточно развитых по тем временам государств Индокитайского полуострова наиболее крупным из которых являлась Тямпа. Шире известны факты успешного противостояния вьетнамцев вторжению намного более сильного северного соседа – Китая, французскому колониальному захвату и масштабной военной агрессии США.

Власти СРВ в 1990-е годы стали поощрять выезд и проживание вьетнамцев за рубежом. Эта новая политика обусловлена напряженной демографической ситуацией внутри страны. На экспорт рабочей силы влияют мощные стимулы и «выталкивающие» факторы. Развитие Вьетнама сильно сдерживается избытком трудовых ресурсов, высокой безработицей, чрезмерной плотностью населения в наиболее благоприятных для хозяйственной деятельности районах. Кроме того, правительство учитывает современные благоприятные предпосылки и опыт трудоустройства, накопленные в 80-е годы, изучает ситуацию в потенциальных странах приема. Например, выезд рекомендуется в те страны, где меньше плотность собственного населения, ниже демографическая напряженность, слабее государственный контроль над миграционными потоками и, соответственно, выше возможность устройства4. По данным показателям Россия представляет собой очень благоприятное место.

Одной из главных причин роста интереса к экспорту рабочей силы и «мозгов» является регулярное поступление в страну денег от этой новой формы бизнеса, а также получение каналов сбыта национальной продукции и импорта необходимых технологий, товаров, сырья и материалов. Как и Пекин в отношении своих соотечественников, Ханой исходит из того, что репатрианты, накопившие в эмиграции капитал, современные представления и знания, управленческий опыт, особенно полезны исторической родине.

С ростом численности и активности «вьеткиеу» усиливается внимание российской общественности к вьетнамской миграции в Россию. Причина проста – мигранты создали комплекс как текущих, так и перспективных проблем, требующих скорейшего решения и продуманных действий местных властей, а для этого – научного осмысления и практического обобщения.

Однако пока правительство России не выработало последовательной позиции в отношении вьетнамских мигрантов. С одной стороны, не признается возможность или необходимость сохранения вьетнамской и подобной ей других общин, как отдельных элементов общества – даже при условии их выживания путем опоры на собственные силы. В то же время игнорируется опыт развитых стран Запада, который демонстрирует попытки ассимиляции мигрантов, иногда успешные. Власти также пока не идут на либеральные меры, часто применяемые в западных странах, типа правовой амнистии нелегалов, хотя первые шаги в этом направлении все же уже сделаны. Совершенствование правовой базы регулирования въезда и пребывания иностранцев в России с 2003 г. открыло перспективы их частичной легализации.

Правительства РФ и СРВ продолжают попытки совместно найти прямые формы решения этой болезненной проблемы двусторонних отношений. Ее обсуждение поднято по инициативе вьетнамской стороны на самый высокий уровень. Во время визита в Москву в октябре 2002 г. Генеральный секретарь ЦК Компартии Вьетнама Нонг Дык Мань отметил важность создания условий для нормальной учебы и работы вьетнамских граждан в России. С 2000 г. ведется разработка соглашения о сотрудничестве в подготовке и переподготовке рабочих кадров в РФ. Оно призвано создать легальную основу пребывания вьетнамцев в России, определить масштабы, сферы и условия применения их труда, источники финансирования приема. Это соглашение основывается на принципах рыночВ.М. Мазырин ной экономики и предусматривает более широкий подход в регулировании временной трудовой деятельности граждан одной страны на территории другой.

Численность вьетнамцев в РФ до недавних пор росла и изначально имела два основных канала пополнения.

Первым является официальная отправка студентов на учебу. В советский период 5 тысяч граждан СРВ ежегодно приезжали в наши вузы и техникумы. До 1990 г. более 1 тысячи из них не вернулись на родину после окончания учебы5. После распада СССР приезд лиц этой категории заметно сократился, сегодня же он снова оживляется и, предположительно, будет расти. По решению двух сторон, принятому еще в 2001 г., ежегодно 8 тыс. вьетнамцев направляется в высшие учебные заведения России, в основном технического профиля. К 2011 г. эта программа должна охватить около 80 тыс. чел.6 Вторым каналом, открытым в начале 80-х годов, был прием граждан СРВ на работу и профессиональное обучение в СССР. Межправительственное соглашение, подписанное в 1981 г., положило начало массовому притоку вьетнамцев в Россию. Всего на 370 промышленных предприятиях семи советских республик, преимущественно РСФСР (83%), по этому соглашению за 10 лет было принято более 103 тыс. человек. На отдельных предприятиях вьетнамцы составляли в тот период до 10 – 15% численности рабочего коллектива7.

С 1991 г. в связи с распадом СССР, вьетнамская сторона остановила, а в 1994 г.

прекратила отправку новых групп. В начале 1996 г. у последней из них кончился срок пребывания, и на предприятиях РФ официально не осталось вьетнамских рабочих (как правило, они были просто незаконно уволены). Правительства обеих стран объективно оказались не в состоянии им помочь в возвращении домой. Жизнь заставила этих людей адаптироваться к новым условиям существования, выживать на свой риск и за свой счет.

Согласно официальным данным на родину вернулось 80,6 тыс. человек. 17,6 тыс.

рабочих выехали из РФ вне рамок соглашения (видимо, в основном незаконно проникли в страны Европы), 278 умерли, 81 был заключен в тюрьму, 93 вступили в брак с местными гражданами8. Если, как следует из этих данных, еще около 5 тыс. человек уклонились от процедуры репатриации, то общая численность невозвращенцев составила минимум 10 тысяч (порядка 10% от числа организованно приехавших). Фактически большинство из оставшихся уже не работало по полученной профессии и на прежних местах. Они прошли регистрацию с целью оформить временный вид на жительство, легализоваться и продолжить свободное предпринимательство в РФ. Некоторая же их часть поступила на учебу в вузы и техникумы.

С учетом приведенных фактов некоторые вьетнамские исследователи оценивают численность своих соотечественников на территории РФ к 2001 г. в 50 – 60 тыс. чел.9 При этом они критикуют «неверные» оценки российских СМИ, расходящиеся с приведенными на десятки тысяч. По неофициальным данным МВД, мигрантов из СРВ насчитывается около 80 тыс., в том числе в Москве и Московской области до 30 тыс. чел.10. Однако, учитывая неточность статистики, беспорядок во власти, царивший после развала СССР, нежелание вьетнамской стороны признавать очевидные факты, можно с уверенностью предположить, что в действительности число «вьеткиеу» в РФ на порядок, минимум в 1,5 – 2 раза больше, в т.ч. только в Москве около 50 – 60 тысяч. Это сопоставимо с численностью общин «вьеткиеу» в крупных городах США – Вашингтоне и Нью-Йорке. Ведущий специалист Вьетнама по проблемам эмиграции Чан Чонг Данг Дан, располагающий комплексными сведениями в этой области, признает наличие в России уже к середине 90-х годов 100 тысяч вьетнамцев11.

Индокитай: тенденции развития Наш опрос в целом подтвердил реальные данные (см. таблицу № 2). В Москве численность вьетнамцев почти половина респондентов оценила в 20 – 50 тыс., в Петербурге большинство ответивших назвало ее в пределах 1 тысячи, а во Владивостоке все ответившие (доля не давших ответа очень высока во всех городах) указали 1,5 – 2,5 тысячи.

Столь высокая численность определяется тем, что в последнее десятилетие число приезжих из Вьетнама в РФ быстро росло, особенно до середины 90-х годов. Причем на этом этапе преобладала стихийная частная миграция, которая не сдерживалась Ханоем и сначала слабо контролировалась российскими властями. Активизации притока в РФ легальных и нелегальных иммигрантов способствовала общая либерализация порядка въезда-выезда в нашей стране, неразбериха в экономическом и правовом режимах, кризис политической власти.

О том, каково соотношение легальных и нелегальных мигрантов из Вьетнама и как велика их доля среди приезжих из других стран, можно судить на примере столицы РФ, где сосредоточено большинство «вьеткиеу». Здесь, согласно данным Управления по делам миграции ГУВД Москвы, разрешительные документы на проживание и работу в середине 2002 г. имели 11 тысяч вьетнамцев (хотя в 1998 г. их насчитывалось 15 тыс.).

Они составляли 17% всех легальных иностранных мигрантов и являлись среди них третьей по размерам группой после китайцев и украинцев. По мнению этого управления, на каждого легального иностранца в столице приходится 10 нелегалов12. Даже если эта оценка завышена, Федеральная миграционная служба МВД РФ относит к нелегально работающим около 20% въехавших в Россию иностранцев (данные за 2001 г.).

Согласно данным ФМС, на территории РФ в настоящее время постоянно проживает более 5 млн. иностранцев (по данным ООН эта цифра достигает 13 млн.), из них от 1,5 до 3 млн. находятся на нелегальном положении и не имеют никакого правового статуса13. Следовательно, даже при максимальной оценке численности вьетнамских мигрантов, их доля среди всех приезжих в среднем по России не превышает 0,5 – 1%, хотя среди нелегалов она на порядок выше. Относительно населения РФ они составляют лишь 0,069%, тогда как в других странах этот показатель колеблется в пределах от 0,1 до 5%14. Выезд из СРВ в Россию также пока не преобладает, притом, что она является важным «живым»

каналом миграции. Если сравнивать с численностью вьетнамских эмигрантов по всему миру, то в РФ их находится, согласно приведенным расчетам, менее 5%.

Каков же правовой статус вьетнамцев в России? Очевидно, что далеко не всех вьетнамцев, находящихся в России, можно считать иммигрантами или желающими стать таковыми. К ним не относятся, прежде всего, сотрудники, официальные представители государственных, частных организаций и фирм, студенты, аспиранты и стажеры российских вузов и исследовательских организаций, рабочие и служащие, законтрактованные для временной работы. Среди опрошенных нами в «столицах» таких оказалось от 55 до 60% (только студентов около 45%), а во Владивостоке всего 10% (см. таблицы №№ 3, 6).

Абсолютное большинство респондентов не связывает перспективу своего пребывания в РФ со сроком учебы или действия контракта. Следовательно, все эти группы – полноправная составная часть вьетнамской общины в РФ, они во многом определяют ее лицо.

Помимо этой легальной части вьетнамская община включает реальных иммигрантов. Как отмечалось выше, немало студентов, стажеров, аспирантов, завершивших свое обучение, не пожелала вернуться на родину из-за тяжелых условий жизни там или в силу изменившегося образа жизни и привычек или с целью ведения своего бизнеса. К ним добавились те, кто по истечении срока работы по контракту предпочли осесть или «задержаться» в России. Эта категория, как показал наш опрос (таблицу № 4), достаточно многочисленна: дольше 5 – 10 лет в Москве и Санкт-Петербурге живет от 37 до 49% приезВ.М. Мазырин жих, во Владивостоке – всего 12%. Для объективности следует отметить, что часть из них со временем перешла на легальное положение.

Необходимо иметь в виду, что часть вьетнамцев, изначально осевших в республиках бывшего СССР, затем перебралась в РФ, где экономика и условия жизни оказались несравненно лучше. Среди них и лица, вынужденно или намеренно приехавшие после неудачных попыток устроиться в более развитых странах (прежде всего, стремившиеся нелегально проникнуть в Европу через Чехию, Польшу, Венгрию). Свидетельством сложности такого пути является незначительная доля едущих в Россию с целью переправиться в эти страны и осесть там (см. таблицы № 3).

Основная часть «вьеткиеу» в РФ – это прибывшие относительно недавно. Стаж до 5 лет проживания в «столицах» имеют 50 – 62% респондентов, а на Дальнем Востоке, который явно претендует на статус новой, наиболее активно осваиваемой территории – до 86%, причем в Москве и Владивостоке среди них довольно высока – 20% – доля «первогодников» (см. таблицу № 4). Косвенным подтверждением непродолжительности пребывания нынешних мигрантов в России и их редких визитов домой служит тот факт, что от 81 до 95% из них приезжали в РФ не более 5 раз, причем около половины – 1 раз. Новые контингенты мигрантов из СРВ въезжают в нашу страну легально – по визам – под предлогом учебы или туризма, но по истечении этого срока зачастую переходят фактически на нелегальное положение. Такой способ устройства распространился после ужесточения паспортно-визового режима в России с конца 90-х годов.

Желая облегчить свое пребывания на чужбине и увеличить доходы в РФ служит то, что многие мигранты перевозят сюда не только членов семьи, но и своих близких, друзей. 30 – 47% «вьеткиеу» проживают в России с женами, детьми и родственниками, в Москве и Петербурге таких 13 – 14%, а во Владивостоке – 44%, видимо, из-за географической близости (см. таблицу 5). Но до половины респондентов борется за выживание в одиночку и не спешит привести к себе близких, многие не определились в этом плане. О том, насколько важное значение для приезда в РФ имеют рекомендации и гарантии родственников говорит то, что их мнение стоит на втором месте (от 23 до 37% ответов) среди прочих факторов, определивших решение мигрантов.

Характерно, что мигранты могут стать постоянными жителями России, навсегда покинувшими СРВ, но большинство готово в любой момент уехать домой, т.к. сохраняет вьетнамское гражданство (от 94% до 98% опрошенных) или вправе его восстановить.

Среди наших респондентов только 4 – 19% заявили о стремлении получить гражданство РФ, еще 20 – 36% изъявили желание иметь постоянный вид на жительство, а 3 – 16% – временное разрешение (для занятий коммерческой деятельностью). 44 – 67% «вьеткиеу»

из Москвы и Петербурга в конечном счете хотят вернуться на родину, во Владивостоке таких значительно меньше.

Запутанность и противоречивость правового регулирования порядка миграции в РФ делают понимание и выполнение соответствующих правил иностранцами крайне затруднительным и по сути стимулируют их нелегальное или полулегальное пребывание на территории России, мешает оседлости15. Так около половины опрошенных в Москве и заметно меньшее число в других городах считают, что хорошо знают все правила и нормы жизни в России и не встречают проблем в повседневной жизни. 23 – 43% опрошенных хуже знают и сталкиваются с трудностями и 19 – 40% совсем не знают и регулярно попадают в сложное положение, особенно во Владивостоке, скорее всего по причине недавнего приезда.

До недавних пор те, кто приезжал в РФ надолго и претендовал на статус иммигрантов, не могли получить его – в нашей стране подлежали легализации только беженцы.

Индокитай: тенденции развития «Вьеткиеу» же, являются хотя «вынужденными мигрантами», но не политическими. Ими двигали главным образом экономические причины, позитивные устремления (учеба, возможность заработка) и притягивающие факторы (лучшие условия быта, отсутствие административных ограничений: количества детей в семье, передвижения по стране, вступления в политические партии и профсоюзы, свободы информации). Однако, оформить постоянный вид на жительство – кроме указанных случаев – они могли, только вступив в брак, обычно фиктивный с гражданами РФ.

Вьетнамская сторона признает низкий уровень законности пребывания своих соотечественников в РФ, особенно в Москве: подавляющее большинство приезжих не имеет российской прописки или свидетельства о временном проживании, поскольку их не выдают мигрантам российские власти. У многих отсутствуют даже отечественные загранпаспорта (изъяты, потеряны, украдены и т.п.)16. Значительная часть таких мигрантов обеспечила себе полулегальное существование, оформив различные фиктивные документы, подтверждавшие их право на пребывание в России.

Таким образом, статус большинства вьетнамцев на территории России противоречив. Въехали они легально, имея служебный или гражданский паспорт, однократную или многократную визу (между РФ и СРВ сейчас нет безвизового обмена, как раньше). Живут же и работают они здесь зачастую на нелегальном или полулегальном положении.

Последствия такого правового статуса негативны, хотя не только это накладывает отпечаток на жизнь вьетнамской общины. «Вьеткиеу», судя по данным нашего опроса, не чувствуют стабильности своего пребывания в России, не видят длительных перспектив.

Отсутствие спокойствия и уверенности, пребывание «в подполье» породило среди них психологию временщиков, стремление как угодно, быстрее добиться своей цели, а иногда озлобление, противодействие властям.

Данные различных обследований подтверждают, что незначительная часть вьетнамских мигрантов планирует длительное пребывание, а также вложение средств в улучшение быта и расширение своего бизнеса17. Обычно это лица, создавшие семью и имеющие детей с гражданами России. Как показал наш опрос, пока такой союз заключили всего 5 – 7% «вьеткиеу», еще 20 – 30% хотели бы это сделать (в Петербурге заметно меньше), от половины до 3/4 не намерены вступать в брак с гражданами России, не задумывались или против этого. Аналогичные ответы были даны на вопрос об отношении респондентов к подобным бракам со стороны их родственников. За то, чтобы их дети поселились в нашей стране высказались в Москве и Петербурге – 22 – 29%, во Владивостоке, где условия, видимо, более приемлемы – 42% опрошенных.

Экономические трудности и правовые проблемы настраивают основную часть мигрантов на сдержанный лад. Так, инвестиции в России готовы начать вкладывать не более 10 – 19% из них, большинство остальных пока не определилось (см. таблицу 10). Примерно так же распределись ответы на вопрос, настало ли время для крупных приобретений и расширения хозяйственной деятельности на новом месте жительства (см. таблицы 9, 10). К подобным трудностям респонденты относят прежде всего большие экономические риски (22 – 46%), дороговизну жизни в РФ (36 – 59%), высокую арендную плату (21 – 49%), чрезмерные налоги (18 – 22%, во Владивостоке даже 54%).

Здесь кроется принципиальное, причем невыгодное отличие статуса и настроений «вьеткиеу» в России и странах Восточной Европы. Например, в Венгрии, Польше, которые намного жестче препятствуют въезду нелегалов, многие мигранты из СРВ получили постоянный вид на жительство, право на приобретение недвижимости, ведение предпринимательской деятельности или иные занятия. Со временем они могут претендовать на получение гражданства. Пока же значительная часть вьетнамцев, проживающих в РФ, не В.М. Мазырин имеет элементарных гражданских прав, испытывает трудности в легализации своего пребывания и бизнеса. Поэтому руководство вьетнамской общины выступает за упрощение порядка регистрации новых предприятий и приема персонала на них, распространение на иностранцев статуса индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица, предлагает властям РФ создавать другие благоприятные условия для ведения ими предпринимательской деятельности.

Положение вьетнамских иммигрантов в России отличается от других стран Европы и США тем, что здесь нет мест их компактного проживания типа «чайна-таунов».

Большинство «вьеткиеу» (среди опрошенных в Москве и Санкт-Петербурге 60 – 65%) размещено по отдельным гостиницам, общежитиям, помещениям своих, реже российских фирм и вузов, остальные (за исключением Владивостока, где соотношение обратное по причине нехватки гостиниц) живет в комнатах и квартирах, арендованных или приобретенных у местных жителей. Найм и покупка собственной жилплощади, связанные с увеличением рисков отдельного проживания, встречаются пока нечасто и характерны для наиболее богатых, прочно связавших свою жизнь с Россией предпринимателей. Иными словами, вьетнамцы расселены по территории городов небольшими анклавами.

В каждом крупном городе есть не менее одного-двух (в Москве около 20) общежитий – «торговых домов», в которых живут по 300 – 400 вьетнамских гостей. Вначале почти все они служили одновременно местом проживания и работы, а также товарным складом. В последнее время такое сочетание встречается все реже: под усилившимся давлением местных властей функции домов как гостиниц и торговых центров разделяются.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 | 6 |

Похожие работы:

«ГЛОБАЛЬНАЯ ЯДЕРНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ, 2014 №3(12), С. 11–16 ПРОБЛЕМЫ ЯДЕРНОЙ, РАДИАЦИОННОЙ И ЭКОЛОГИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ УДК 621.039.5 : 621.311.25 О РАДИАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ДЕМОНТАЖНЫХ РАБОТ ПРИ ВЫВОДЕ ИЗ ЭКСПЛ...»

«FOREST FACTS 2 2007 F O R E ST R E S E A R C H AT T H E SW E D I S H U N I V E R S I T Y O F A G R I C U LT U R A L S C I E N C E S Пэр Ангельстам • Маринэ Элбакидзе • Роберт Аксельссон •...»

«ХИМИЯ РАСТИТЕЛЬНОГО СЫРЬЯ. 2010. №1. С. 105–108.УДК 615.322:3 ЭКСТРАКТИВНЫЕ ВЕЩЕСТВА ЛАПКИ ХВОЙНЫХ ЭВЕНКИИ, ИЗВЛЕКАЕМЫЕ ПРИ СПИРТОВОЙ ОБРАБОТКЕ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ УЛЬТРАЗВУКА А.Н. Нарчуганов, А.А.Ефремов*, К.Б.Оффан © Сибирский федеральный университет, пр. Свободный, 7...»

«Программа дисциплины "Фонд космических снимков" Авторы: в.н.с. В.И. Кравцова, н.с. А.И. Михеева Цели освоения дисциплины: познакомить с накопленным к настоящему времени фондом космических снимков, историей его формирования, дать фундаментальные знания, обеспечивающие выбор оптимальных материалов космической съемки для тема...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Нижневартовский государственный университет" Естественно-географический факультет Рабочая программа дисциплины (модуля) Б1.В.ОД.5 Геоэкологическое картографирование Вид об...»

«НИКУЛИН АРТУР ЮРЬЕВИЧ ФИЛОГЕНЕТИЧЕСКИЕ СВЯЗИ И ФИЛОГЕОГРАФИЯ OROSTACHYS SPINOSA (L.) SWEET (CRASSULACEAE J.ST.-HIL.) ПО ДАННЫМ АНАЛИЗА НУКЛЕОТИДНЫХ ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОCТЕЙ МЕЖГЕННЫХ СПЕЙСЕРОВ ЯДЕРНОЙ И ХЛОРОПЛАСТНОЙ ДНК 03.02.07 – генетика АВТОРЕФЕРАТ диссертации на с...»

«Чайник электрический RK-M134 АНТИ АР Г Я М В ЕС ЯЦЕ РУКОВОДСТВО ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ УВАЖАЕМЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ! Благодарим вас за то, что вы отдали предпочтение бытовой технике компании REDMOND. REDMOND — это новейшие разработки, качество, надежность...»

«Номер: KZ61VCY00072512 Дата: 15.07.2016 АЗАСТАН РЕСПУБЛИКАСЫ МИНИСТЕРСТВО ЭНЕРГЕТИКИ ЭНЕРГЕТИКА МИНИСТРЛІГІ РЕСПУБЛИКА КАЗАХСТАН МНАЙ-ГАЗ КЕШЕНДЕГІ КОМИТЕТ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ЭКОЛОГИЯЛЫ РЕТТЕУ, РЕГУЛИРОВАНИЯ, КОНТРОЛЯ И БАЫЛАУ ЖНЕ МЕМЛЕКЕТТІК ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИНСПЕКЦИИ ИНСПЕКЦИЯ КОМИТЕТІ В НЕФТЕГАЗОВОМ КОМПЛЕКСЕ АТЫРАУ ОБЛЫСЫ БОЙЫНША ДЕПАРТАМЕ...»

«АЛЯБЬЕВА НАТАЛЬЯ МИХАЙЛОВНА Серотипы и устойчивость к антибиотикам штаммов Streptococcus pneumoniae, выделенных у детей при респираторных инфекциях 03.02.03.микробиология Диссертация на соискание ученой...»

«Научный журнал Российского НИИ проблем мелиорации, № 1(13), 2014 г., [158-167] УДК 631.67.03 Л. А. Воеводина (ФГБНУ "РосНИИПМ") НАПРАВЛЕНИЯ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ СОЛЕНЫХ ВОД ДЛЯ ОРОШЕНИЯ В статье рассмотрена проблема дефицита водных ресурсов и возможность использовани...»

«Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение "Средняя общеобразовательная школа № 6" Принято Утверждено на педагогическом совете приказом МБОУ "СОШ№6" протокол от 29.05.2017г. № 5 29.05.2017г № 153о РАБОЧАЯ ПРОГРАММА учебного курса "Готовимся к ЕГЭ по биологии" 10 класс Составитель Ю. Б. Козлова, учитель биол...»

«1.2017 СОДЕРЖАНИЕ CONTENTS АГРОЭКОЛОГИЯ AGROECOLOGY Новрузов В. С., Исаева Ф. М. Novruzov V. S., Isaeva F. M. Лишайники — биоиндикаторы атмосферного за Lichens are biological indicators of atmospheric po грязнения Кожаева Д. К., Жантеголов Д. В. Kozhayeva D. K., Zhantegolov D. V. Влияние биоорганических веществ...»

«СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННАЯ БИОЛОГИЯ, 2009, 3 УДК 633.11+633.3:631.559:631.524 О ВЗАИМОСВЯЗИ УРОЖАЙНОСТИ С СОДЕРЖАНИЕМ БЕЛКА В ЗЕРНЕ У ЗЕРНОВЫХ И БОБОВЫХ КУЛЬТУР (обзор литературы) О.В. КРУПНОВА Рассмотрено современное состояние исследований и причины отрицательной корреляции между величиной урожая и белковостью зерна. Обсуждается...»

«Ольга В. Таглина Илья Мечников http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=4432817 Илья Мечников.: Фолио; Харьков; 2010 Аннотация Жизнь Ильи Ильича Мечникова была необычайно насыщенной, богатой событиями и науч...»

«ЧТЕНИЯ ПАМЯТИ ВЛАДИМИРА ЯКОВЛЕВИЧА ЛЕВАНИДОВА V. Y. Levanidov's Biennial Memorial Meetings Вып. 1 ЭКОЛОГИЯ РАЗМНОЖЕНИЯ ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫХ КРАСНОПЕРОК РОДА TRIBOLODON В БАССЕЙНАХ РЕК ПРИМОРЬЯ Ю.И. Гавренков 1, В.В. Свиридов 2 Тихоокеан...»

«Ельчининова О.А. Мышьяк в почвах долины Катуни и над месторождениями ртути 1. / М.А. Мальгин, А.В. Пузанов, О.А. Ельчининова, Т.А. Горюнова // Сибирский экологический журнал. -1993.№ 2 Ельчининова О.А. Тяжелые металлы и мышьяк в дикорастущих лекарственных 2. растениях Алтая / М.А. Мальгин, О.А. Е...»

«ПОЧИНКОВСКИЙ МУНИЦИПАЛЬНЫЙ РАЙОН МУНИЦИПАЛЬНОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ РИЗОВАТОВСКАЯ СРЕДНЯЯ ШКОЛА ПРИНЯТО УТВЕРЖДЕНО на заседании педагогического совета приказом директора Протокол от 29.08.2016 № 8 от 29.08.2016 № 168 РАБОЧАЯ ПРОГРАММА ПО ПРЕДМЕТУ БИОЛОГИЯ ДЛЯ 9 КЛАССА Составитель: учитель Ще...»

«Пояснительная записка к рабочей программе по биологии для 9 класса Программа разработана на основе Федерального компонента государственного стандарта основного общего образования и Федерального базисного учебного плана, в соот...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Пермский гос...»

«1. ЦЕЛИ ОСВОЕНИЯ ДИСЦИПЛИНЫ В курсе экология человека раскрывается биосоциальная природа человека, основные законы его развития в природной и социальной среде. Цель курса – раскрыть особенности взаимного влияния человека на среду своего обитания и этой среды на человека. Он посвящн по...»























 
2017 www.kn.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.