WWW.KN.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные ресурсы
 

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 11 |

«СОЛТСТІК ЕУРАЗИЯНЫ XIV ХАЛЫАРАЛЫ ОРНИТОЛОГИЯЛЫ КОНФЕРЕНЦИЯСЫ (Алматы, 18-24 тамыз 2015 ж.) I. Тезистер Бізді демеушілеріміз: «Мензбирлік ...»

-- [ Страница 3 ] --

Величина кладки воробьиных Московской области различалась в зависимости от статуса пребывания птиц на территории только для величины максимальной кладки (критерий Краскела-Уоллиса: p0.05 H (3, N=69) =11.24). Обнаружены достоверные различия максимальной величины кладки между оседлыми птицами и совершающими дальние и ближние миграции (p0.05, U-критерий Манна-Уитни), и достоверные различия средней величины кладки между оседлыми и птицами, совершающими дальние миграции (p0.05, U-критерий Манна-Уитни).

Относительный размер одного яйца достоверно отличается в зависимости от статуса пребывания на территории (критерий КраскелаУоллиса: p0.01, H (3, N=69) =13.11). При попарном сравнении относительный размер одного яйца у видов, совершающих дальние миграции, достоверно выше, чем у всех других групп (по U-критерию Манна-Уитни p0.01 при сравнении с зимующими видами, и p0.05 при сравнении с кочующими видами и совершающими ближние миграции).

Относительная масса полной кладки достоверно не отличается (p0.05, критерий Краскела-Уоллиса) в зависимости от статуса пребывания птиц на территории для всех величин. Только при объединении видов в две группы (оседлые, с одной стороны, и мигрирующие и кочующие птицы, с другой), относительная масса средней и максимальной полных кладок различается у этих двух групп (p0.05, U-критерий Манна-Уитни). В целом, размер одного яйца больше у птиц, совершающих дальние миграции, по сравнению с зимующими птицами, а величина кладки – наоборот, меньше у дальних мигрантов.



Исследование поддержано грантами РФФИ №№ 15-04-03975-а и 15-04-05954-а.

Эффективность существования воробьиных и неворобьиных птиц Гаврилов В.М.

Россия, Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова, Звенигородская биологическая станция им. С.Н. Скадовского;

e-mail: vmgavrilov@mail.ru Для 16 видов неворобьиных и 26 воробьиных птиц определены затраты на самоподдержание, которые равны метаболизму существования при оптимальной температуре (EMTopt), и эффективности самоподдержания, т.е. отношению затрат на работу физиологических систем, обеспечивающих жизнедеятельность (т.е. BMR), к затратам на самоподдержание. Аллометрические зависимости EM при Topt (Вт) и энергетической эффективности самоподдержания (отношение BMR к EM при Topt) от массы тела (m, г) были рассчитаны для двух сезонов (зима – W, лето – S) и двух групп птиц – воробьиных и неворобьиных.

Passeriformes Non-Passeriformes n=26, lim m=5.5 – 1208 г n=16, lim m=25.2 – 4010 г EMTopt,S=0.11m0.52; r=0.98; EMTopt,S=0.11m0.55; r=0.98;

EMTopt,W=0.14m0.53; r=0.98 EMTopt,W=0.09m0.58; r=0.98 Различия между воробьиными и неворобьиными птицами недостоверны как для летних (p=0.0995), так и для зимних измерений (p=0.6412).

Данные показывают, что энергия самоподдержания увеличивается у воробьиных птиц в зимний период, в то время как у неворобьиных птиц она даже несколько снижается.

Различия в EM при Topt определяются общей активностью птиц (увеличивая или уменьшая активность) и различиями в уровне BMR.

EM по определению – это расход энергии при уровне активности равном 1 и поэтому мало зависит от экологии вида. Именно поэтому аллометрические регрессии статистически не отличаются у воробьиных и неворобьиных птиц, как для летних измерений, так и для зимних.

В то же время они показывают, что у мелких воробьиных птиц энергетическая стоимость самоподдержания несколько выше, чем у неворобьиных (при массе тела 20 г разница достигает 15%; при массе тела 1 кг – всего 6%).





Энергетическая эффективность существования птиц будет отражаться отношением базального метаболизма к EM при оптимальной температуре (Topt).

Аллометрические регрессии показывают, что энергетическая эффективность существования повышается в зимний период, причем больше у воробьиных птиц:

Passeriformes Non-Passeriformes n=26, lim m=5.5 – 1208 г n=16, lim m=25.2 – 4010 г BMR/EMTopt,S=0.29m0.17; r=0.77; BMR/EMTopt,S=0.28m0.17; r=0.85;

BMR/EMTopt,W=0.33m0.16; r=0.67; BMR/EMTopt,W=0.33m0.13; r=0.79;

Как показывает обзор данных о сравнении расхода энергии на самоподдержание свободноживущими птицами и птицами в клетках, он отличается всего на 10–12%, а уровень базального метаболизма не отличается у тех и других (Дольник, 1995). Следовательно, полученные данные в первом приближении дают представление об энергетической эффективности экологической ниши исследованных видов. Высокий базальный, а, следовательно, и общий метаболизм обуславливает для воробьиных птиц необходимость использовать экологические ниши с большим потоком энергии. Птицы с высоким базальным метаболизмом имеют эколого-энергетические преимущества, открывающие широкие возможности в освоении биосферы, но только для животных с небольшой массой тела.

Поддержано грантами РФФИ №№ 15-04-03975 и 15-04-05953.

Эндотермия – основа высокой активности и сенсорного обеспечения поведения птиц Гаврилов В.М., Голубева Т.Б.

Россия, Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова, Звенигородская биологическая станция им. С.Н. Скадовского;

e-mail: vmgavrilov@mail.ru Исследование энергетической организации птиц позволило выявить общие функциональные принципы эндо-гомойотермии и реконструировать эволюционную историю ее становления. Ключевое значение гомойотермии состоит не только в поддержании высокой температуры тела, но и в увеличении доли аэробного метаболизма и возникновении базальной метаболической мощности, которая обеспечивает функционирование систем организма в состоянии покоя. При этом происходит увеличение теплопродукции, как в покое, так и при активности, и совершенствование системы терморегуляции, не связанной с испарительной отдачей тепла в окружающую среду. Именно базальный метаболизм у эндо-гомойотермных птиц обеспечивает высокий уровень активности, постоянную готовность к действию и увеличение продуктивной энергии. Увеличение активности требует более быстрой обработки сенсорной информации и приводит к мощному развитию периферических и центральных отделов сенсорных систем, особенно слуховой и зрительной.

О том, что первые птицы развивали аэробный метаболизм, можно косвенно судить по величине их глаз и зрительной функции, превосходящей зрение других позвоночных. Процесс обработки сигналов в глазах гомойотермных животных требует для функционирования значительно большее количество кислорода, чем периферия других анализаторов. Глаза и толщина сетчатки у птиц намного больше, чем у рептилий и млекопитающих, но кровеносная система глаз птиц развита слабее, чем у млекопитающих.

Птицы, в процессе развития от более поздних и совершенных рептилий, создали мощные респираторную и кровеносную системы. Произошли они в период, когда содержание кислорода в атмосфере Земли было высоким, поэтому им не понадобилось, как млекопитающим, появившимся ранее и при низком содержании кислорода, избавляться от ядер в эритроцитах. Отсюда хуже развитая капиллярная система и кровеносная система глаза. Респираторные белки, такие как миоглобин, усиливают доставку кислорода к определенным тканям, поэтому в нервной системе и сетчатке и птиц, и млекопитающих, содержится большое количество белка нейроглобина. Помимо глобинов, свойственных всем позвоночным, в глазах цыпленка недавно идентифицирован глобин E (GbE), снабжающий сетчатку, и, прежде всего, фоторецепторы, кислородом. Гены GbE были найдены в геномах зебровой амадины и индейки, но не обнаружены у других классов позвоночных (Blank et al., 2011).

Мы полагаем, что способ метаболической поддержки активности, а именно, возрастание аэробной мощности, является самым существенным результатом и одновременно предпосылкой возникновения гомойотермии. Гомойотермия с обязательным аэробным обеспечением длительной активности потребовала постоянного минимального (базального) уровня метаболизма. Базальный метаболизм образовался, как особое явление и исторически связан с метаболизмом при активном поведении, а не с терморегуляцией. В онтогенезе птиц и млекопитающих развитие слуха и зрения проходит одинаковые этапы, они строго связаны со становлением терморегуляции, как отражением развития эндотермии. Для других сенсорных систем решающим фактором развития также оказалось становление эффективной терморегуляции. Именно это определяет длительность и эффективность критического периода детского импринтинга обеспечение быстрой, стабильной и независимой от температуры среды передачи информации. Достижение высокого уровня и длительной утилизации энергии позволило иметь более продолжительную активность, что, в свою очередь, неминуемо требует более развитого сенсорного обеспечения с быстрой передачей информации. Развитие эндотермии в эволюции обеспечило обязательное обучение с начала функционирования анализаторов, заботу о потомстве на критических стадиях формирования сенсорных и моторных систем и привело к усложнению строения сенсорных систем, в частности, конечного мозга.

Поддержано грантами РФФИ №№ 15-04-03975 и 15-04-05953.

Птицы позднего голоцена Среднего Поволжья (по материалам археологических раскопок) Галимова Д.Н., Аськеев И.В., Аськеев О.В.

Россия, Татарстан, Казань, Институт проблем экологии и недропользования Академии наук Республики Татарстан;

e-mail: archaeozoologist@yandex.ru Материалом для исследования послужили костные остатки птиц из 23 археологических памятников IV–XVIII вв. н. э., расположенных на территории Среднего Поволжья (Республики Татарстан, Марий Эл, Чувашия, Самарская и Саратовская области). Общее число диагностированных костей птиц составило 3883 экз. По определимым костям нами установлены 64 вида птиц из 11 отрядов: 60 видов диких, что составляет 17% от современного числа видов авифауны региона и 4 домашних. Состав и сохранность костных остатков отражают антропогенный генезис их накопления (до 90%).

Домашние птицы. Во всех коллекциях, кроме археологических памятников IV–VIII вв., преобладали костные остатки домашних птиц.

Доминировали остатки домашней курицы – 2117 экз. костей из 21 археологического памятника. На основе измерения костей взрослых особей домашних кур из археологических памятников установлено, что в период X–XV вв. они были меньше, а в XVI–XVIII вв. приближались к размерам современных беспородных кур. Анализ бедренных костей домашних кур из археологических памятников показал высокий процент т. н. «медуллярных костей». Это демонстрирует, что производство яиц являлось важной частью использования домашних кур.

Кости домашнего гуся найдены на 18 археологических памятниках, а домашней утки – на 13. Согласно соотношению количества костей домашнего гуся и домашней курицы со второй половины XIII по XVIII век отмечается увеличение количества костей домашнего гуся. Это указывает на возросшее значение использования домашнего гуся на данной территории. Костные остатки домашней индейки обнаружены на 4 археологических памятниках, в слоях датированных XVIII в., выявлены все возрастные группы и оба пола.

Дикие птицы. Среди диких птиц по обилию костных остатков преобладали представители отрядов гусеобразных (17 видов), соколообразных (11 видов) и курообразных (6 видов). Обычны были и костные остатки представителей отрядов журавлеобразных (3 вида) и воробьеобразных (8 видов), в основном из семейства врановых (6 видов). По экологическим группам доминировали водоплавающие, околоводные, болотные виды; лесные и лесо-луговые виды птиц были так же обычны. Количество костных остатков степных и лесостепных видов было высоким в периоды IV–VIII и XIII–XV вв. Процент синантропных видов птиц возрастает от X–XIII к XVI–XVIII вв.

В остеологических коллекциях ряда археологических памятников отмечены отдельные кости и неполные скелеты потенциально ловчих птиц – балобана, перепелятника, тетеревятника и беркута. Вызывает интерес обнаружение костей белой куропатки (Багаевское селище, Саратовская область, конец XIII–XIV вв.) и красноносого нырка (Торецкое поселение, Республика Татарстан, XV в.).

Нами выявлено, что остатки птиц из средневековых и постсредневековых археологических памятников Среднего Поволжья представляют высокое видовое богатство. Данные по количественному и видовому составу способствуют пониманию путей формирования и развития фауны птиц Европы позднего голоцена.

О гнездовании пеночек в центральных парках Екатеринбурга Галишева М.С.

Россия, Екатеринбург, Городской детский экологический центр;

e-mail: galishev@mail.ru Виды, проявляющие себя как урбофилы, известны среди разных систематических групп: у дневных хищников на Среднем Урале – перепелятник и чеглок, у ночных – ушастая сова. Среди воробьиных хорошим примером является рябинник, за 10–20 лет сформировавший устойчивое городское поселение (Ляхов, Галишева, 2010).

Нами предпринята попытка выявить урбофилов в роде пеночек Phylloscopus. Исследования орнитофауны трёх внутренних парков Екатеринбурга (общая площадь 31 га) проводились с 2006 г. Для определения плотности гнездования применяли метод картирования демонстрируемых территорий самцов (Наумов, 1963). Успешность размножения определяли по случайно найденным гнёздам. Всего обнаружены 15 гнёзд, 13 из которых принадлежали зелёной пеночке, а 2 – теньковке.

В парках Екатеринбурга встречается три вида пеночек. Из них зелёная регулярно гнездится во всех обследованных парках, теньковка – в самом большом по площади – Основинском (14 га), в других парках редко. Весничка встречается только на пролёте. Плотность гнездования зелёной пеночки весьма значительна: 0.8–2 пар/га, теньковки – 0.1–0.4 пар/га.

Гнёзда зелёной пеночки были обнаружены во всех парках, 54% располагались на деревьях (в полудуплах и среди каповых разрастаний), 31% – в земляных нишах и под корнями деревьев. Два гнезда (15%) найдены в старой каменной кладке. Гнёзда, расположенные выше 50 см (максимум 3 м), преобладали над гнёздами в земляных нишах (62 и 38%, соответственно). Как указано у В.Б. Зимина (1998), ориентация летка по сторонам света не имеет значения, важен открытый подлёт к гнезду и хороший обзор из летка. Гнёзда часто располагались в 1–2 м от тропинки, в сторону которой был направлен леток. Сигналы тревоги можно было услышать лишь при реальной угрозе гнезду. Средний размер кладки зелёной пеночки составил 5.5 яиц, эффективность гнездования – 2.7 слетка на пару взрослых птиц, успешность – 48.5 %. Оба гнезда теньковки располагались типично – на кустарнике – на высоте 0.5–1.5 м, и были разорены.

Зелёная пеночка гнездится в центральных парках Екатеринбурга с высокой локальной плотностью, в отдельные годы превышающей максимальную в естественных местообитаниях в 2 раза (Коровин, 2004). Пластичность в выборе мест для гнездования, хорошая защищённость гнёзд в дуплах и стенах, а также скрытное поведение у гнёзд позволяют зелёной пеночке селиться в самых посещаемых центральных парках мегаполиса. Среди птиц рода Phylloscopus зелёная пеночка наиболее приспособлена к существованию в городе.

Благодарим за помощь в наблюдениях и поиске гнёзд орнитологалюбителя Серову И.В. и учащуюся орнитологической школы ГДЭЦ Парфёнову Анну.

Орнитологическая школа как форма исследовательского обучения и пропаганды орнитологии среди детей Галишева М.С.1, Крашенинникова О.В.1, Мещерягина С.Г.1, Овсянникова Н.П.2 Россия, Екатеринбург, Городской детский экологический центр;

e-mail: galishev@mail.ru Россия, Екатеринбург, Институт развития образования;

e-mail: Natao@bk.ru Роль птиц как объекта исследований для учащихся любого возраста трудно переоценить. Будучи важным компонентом городских экосистем, птицы обладают необходимыми для результативных и динамичных наблюдений качествами: повсеместным распространением, простотой обнаружения и высокой активностью. Благодаря природной эстетике, птицы способны вызвать у детей яркие положительные эмоции, стремление изучать, защищать и охранять их.

В городском детском экологическом центре Екатеринбурга пятый год функционирует «Школа юного орнитолога», цель которой – не только пропагандировать орнитологические знания среди школьников, но и научить их получать знания на основе собственных наблюдений за птицами. Важным элементом обучения служит проведение исследований в Харитоновском парке, мониторинг орнитофауны которого ведётся более 60 лет. Занимаясь в Школе, учащиеся поэтапно включаются в процесс исследовательского обучения на всё более высоком уровне. На первом этапе это интерактивные групповые занятия, в каждом из которых содержится элемент исследования, на втором – участие в коллективных наблюдениях и массовых исследовательских акциях. Заключительный этап Школы – летний орнитологический лагерь с обязательным выполнением индивидуальной исследовательской работы. Ежегодно учащиеся выполняют около 15 коллективных и 10–16 индивидуальных исследовательских работ. В течение следующего учебного года они дорабатывают и представляют результаты своих летних наблюдений на конкурсах разного уровня.

Научное сопровождение Школы обеспечивают учёные ИЭРиЖ УРО РАН и Уральского орнитологического общества.

В рамках орнитологической Школы с февраля по май проводятся 4 акции – «Кормушка», «Скворечник», «Найди воробья!» и «Соловьиная трель» Каждая акция состоит из 3 этапов – установочного занятия, собственного исследования и конференции, на которой представляются отчёты о наблюдениях. Заявки на участие принимаются как от небольших смешанных команд или экологических отрядов, так и от школьных классов.

Особый интерес у школьников вызывает массовая исследовательская акция «Найди воробья!». Это – экспресс-исследование динамики численности массовых видов птиц: домового и полевого воробьёв.

В течение двух часов учащиеся осваивают метод синхронного учёта численности птиц и становятся участниками учёта воробьёв Харитоновского парка площадью 7 га. Обычно в акции принимают участие 50-80 человек, которые, пройдя небольшой тренинг, рапределяются по 30 участкам парка и одновременно, в заранее оговорённый промежуток времени, считают всех находящихся на их участке воробьёв.

Многолетние данные дают представление о динамике численности воробьёв парка и опосредованно позволяют судить об экологическом благополучии городской экосистемы в целом.

Анализируя итоги четырёхлетней работы, можно утверждать, что мероприятия «Школы юного орнитолога» интересны и актуальны для учащихся и педагогов города. Так, в 2014 г. в Школе обучались 250 детей из 35 образовательных учреждений. Победители награждаются определителем «Птицы Урала, Приуралья и Западной Сибири» с автографом В.К. Рябицева, что способствует как мотивации к наблюдениям, так и пропаганде орнитологии.

Соотношение полов в популяциях большой синицы Западной Сибири Гашков С.И.1, Кудашова Н.Н.1, Чапкина Т.В., Алексеев А.А., Ковалевский А.В.2, Аверина Е.П., Яковченко Т.А., Ильяшенко В.Б., Клюева А.А., Горшкова Л.А., Бельский Е.А.3, Ляхов А.Г.3, Фоменко С.А., Тимошенко А.Ю.4, Дубинина М.В.

Россия, Томск, НИТГУ; e-mail: parusmajorl@rambler.ru, Россия, Кемерово, КемГУ; e-mail: passer125@yandex.ru, Россия, Екатеринбург, ИЭРиЖ; e-mail: belskii@ipae.uran.ru, Казахстан, Астана, АСБК; e-mail: naur_timoshenko@mail.ru Целью данной работы являлась оценка межпопуляционной изменчивости соотношения полов и характера её динамики в масштабе Западно-Сибирской равнины. Работа проводилась в зимние периоды 2010–2013 гг. в населённых пунктах, расположенных в широтном градиенте с севера Томской области (г. Стрежевой) до юга Западной Сибири (Казахстан, Костанайская область, с. Караменды), а в долготном – от Урала (г. Екатеринбург) до Кузнецкого Алатау (г. Кемерово). Птиц учитывали на нескольких постоянных точках-кормушках и, в отдельных случаях, на маршрутах в три периода: ноябрь, январь, март. Выборку стремились доводить до 500 случаев на точку в каждый учётный период. Собрано более 95 000 случаев регистраций пола в 8 популяциях.

Сравнение 6 популяций в 2010–2011 гг. показало параболический характер динамики доли самцов с севера на юг с минимумом в зоне подтаёжных лесов. На севере, в зоне средней тайги (Стрежевой, n=14 573), самцы в учётах составили 68.6%. В 500 км южнее их доля снизилась до 62.4% (Подгорное, n=407). Ещё в 200 км к югу, в зоне подтаёжных лесов, зарегистрирован минимум – 51.6%, (Томск, n=20 946). Далее, в 150 км к югу, в лесостепной зоне отмечено увеличение их доли до 57.7% (Кемерово, n=4 784), а в 500 км к западу, в Новосибирской области (Куйбышев, n=2 099) до 61.9% (все пошаговые различия статистически высоко значимы – p0.01). Ещё в 1000 км юго-западнее (Казахстан, с. Караменды, n=131) отмечено дальнейшее увеличение доли самцов (67.2%), хотя и незначимое. В последующие зимние сезоны, с учётом ещё 2 популяций (Екатеринбург, Колпашево) общая картина повторялась – минимум самцов устойчиво наблюдался в Томске: 2011–2012 гг.: Колпашево – 57.7%, n=111; Подгорное – 68.2%, n=66; Томск – 48.2%, n=9 469; Кемерово – 58.9%, n=6 819; Екатеринбург – 55.6%, n=6 272. 2012–2013 гг.: Подгорное – 58.1%, n=530;

Томск – 52.9, n=26450; Екатеринбург 53.5%, n=2327).

Межгодовые изменения доли самцов достигали 10%, но только в двух популяциях из четырёх (Томск – на 3.4 и 4.7%; Екатеринбург – на 2.1%) были значимы. Синхронности изменений между томской и соседними популяциями (Подгорное, Кемерово) не наблюдалось, что свидетельствует о большой изолированности азиатских популяций, более оседлых и тесно связанных в зимний период с населёнными пунктами.

В заключение отметим перспективность анализа соотношения полов для понимания популяционных процессов и оценки влияния внешних факторов, при условии расширения исследований в пространстве и времени в режиме мониторинга.

Гнездовая биология оливкового дрозда на Камчатке Герасимов Ю.Н.

Россия, Петропавловск-Камчатский, Камчатский филиал Тихоокеанского института географии ДВО РАН;

e-mail: bird@mail.kamchatka.ru Гнездовую биологию оливкового дрозда (Turdus obscurus) изучали на Камчатке в 1990–2014 гг. Найдены и описаны 1017 гнёзд, в том числе 317 жилых и 700 уже оставленных птицами, либо построенных в предыдущие годы. Измерены 123 гнезда и 300 яиц из 83-х кладок.

Оливковый дрозд на Камчатке населяет различные типы лесов и высоких кустарниковых зарослей, в горы поднимается до высоты 900 м над ур. м. Часть пар успевает вывести птенцов за лето дважды, поэтому, активно поющих самцов можно слышать с конца мая до конца II декады июля, а отдельных – до I декады августа. Полные кладки появляются в конце мая – II декаде июня. Массовое вылупление птенцов происходит с конца II декады июня, вылет – с первых чисел июля. Полные кладки второго цикла размножения появляются в конце II – начале III декад июля, птенцы вылетают из гнезд в I–II декадах августа.

Из найденных гнёзд лишь 2 располагались просто на земле, в остальных случаях птицы для опоры использовали различные виды деревьев и кустарников: ива (32.2% случаев), берёза (28.7%), ольха (13.5), лиственница (5.9), боярышник (5.2), ель (5.0), чозения (3.5), тополь (1.8), черемуха (1.3%). Другие древесные породы использовались реже.

Гнездо, за редким исключением, устраивается на прочной опоре:

развилки стволов, толстые боковые ветки, изгибы ствола, различного вида ниши и полудупла, пни, расщепы, упавшие стволы. Основание гнезда чаще всего складывается из сухого хвоща, иногда с примесью тонких древесных веточек. Основание некоторых гнезд было сложено исключительно из кусочков сухих стеблей шеломайника, у двух – из большого числа пучков нитевидного лишайника, у одного – из ягеля.

Основная конструкция гнезда формируется из сухой травы, обычно это соломины и листья злаков. В материале часто присутствует одна или несколько древесных веточек различных пород. Как дополнение используются корешки (редко они бывают основным строительным материалом) и сухие листья, редко – зелёный мох, береста, сухой плаун, нитевидный лишайник, конский волос. В одном из гнёзд по ободу лотка была уложена длинная леска и привязанная к ней тонкая синяя капроновая веревка. Выстилка гнезд состоит из сухих травинок, листьев, в одной из построек отмечен конский волос. Некоторые гнёзда бывают тщательно отштукатурены кусочками мягкой древесины, в таком случае выстилка в них может быть очень скудной.

Размеры гнёзд (мм): внешний диаметр – 110–155, в среднем 135±11; диаметр лотка – 68–100, в среднем 85±6; высота гнезда – 60–150, в среднем 104±18; глубина лотка – 42–85, в среднем 59±9.

Полная кладка первого цикла размножения состоит из 4–5 яиц, второго – из 3–5 яиц. Размеры яиц (мм): 24.3–31.917.5–22.2, в среднем 27.7±1.320.0±0.7.

Обзор журавлеобразных птиц Якутии: видовое разнообразие, экология, миграции и охрана Гермогенов Н.И.1,2, Дегтярёв А.Г.3, Дегтярёв В.Г.1, Слепцов С.М.1, Егоров Н.Н.1, Секов А.Н.1, Владимирцева М.В.1, Бысыкатова И.П.1 Россия, Якутск, Институт биологических проблем криолитозоны СО РАН;

е-mail: bio@ibpc.ysn.ru, sterkh-yrcu@mail.ru, Россия, Якутск, Институт естественных наук Северо-Восточного Федерального университета им. М.К. Амосова;

е-mail: bio@ibpc.ysn.ru, sterkh-yrcu@mail.ru Россия, Якутск, Департамент биологических ресурсов Министерства охраны природы Республики Саха (Якутия);

е-mail: alazeya@yandex.ru Журавлеобразные представлены в орнитофауне Якутии 12 видами (3.7% фауны): 7 гнездящимися (2.6% гнездовой фауны региона) – стерх (Grus leucogeranus), серый (G. grus), канадский (G. сanadensis) и чёрный журавли (G. monacha), водяной пастушок (Rallus aquaticus), коростель (Crex crex), лысуха (Fulica atra), и 5 залётными (10.4% от числа залётных видов) – даурский журавль (Grus vipio), красавка (Anthropoides virgo), погоныш-крошка (Porzana pusilla), камышница (Gallinula chloropus), дрофа (Otus tarda).

Обстоятельные исследования проведены по стерху – редкому виду мировой фауны, и канадскому журавлю, обитающим в северовосточных тундрах региона. С 1990 по 2008 гг. совместно с российскими и зарубежными партнёрами в прииндигирской тундре окольцован 71 стерх, на 19 из них были закреплены спутниковые передатчики.

Это позволило установить миграционный коридор, сроки и интенсивность миграций якутской популяции вида, места её транзитных остановок в России и Китае. Все ключевые места обитания стерха взяты под охрану. Они оборудованы станциями и пунктами наблюдений, обеспечивающими мониторинг состояния популяции и среды ее обитания по всему ареалу в Северо-Восточной Азии. Выявлены особенности воспроизводства стерха в непредсказуемых и неустойчивых погодно-климатических условиях гнездования. С 90-х гг. ХХ века в её динамике наметился положительный тренд. По сравнению с ранее приводимыми данными, численность птиц в Якутии увеличилась многократно, как на местах гнездования (до 1620–2030 особей), так и в местах интенсивного пролёта (до 2 тыс. особей). На зимовке в Китае (заповедник «Поянху») она достигает 4 тыс. особей. Выявлены новые угрозы стерху и его местообитаниям как на территории летнего обитания и гнездования, так и зимовки. Аналогичные по содержанию и близкие по объему работы проведены по канадскому журавлю (обитает 4–5 тыс. особей), интенсивно расширяющему ареал на запад.

Чёрный журавль, обитающей в Якутии на северном пределе распространения (три изолированных участка в бассейне Средней Лены), относительно обычен: на отдельных отрезках долины р. Мая, протяженностью до 10 км, обитает до 2–3 пар, а общая численность его на Приленском плато оценена приблизительно в 100 пар. Отмечены случаи гибридизации с серым журавлем, численность которого составляет в Якутии 2–4 тыс. особей.

С 2010 г. проводятся исследования пастушка – малоизученной птицы России. На Лено-Вилюйском междуречье (62о с.ш.) установлены плотность его гнездования (27.2–29.8 пар/км2), структура населения: одиночные пары (в среднем 37.2 %), группировки из 2–6 пар (62.8 %), месторасположение гнезд (n=69), сроки гнездования (57), величина кладки (47) и эффективность насиживания. Сведения по таким гнездящимся видам, как коростель и лысуха, ограничиваются данными, опубликованными в 1960–1970-х гг.

Регулярные залёты в Якутии свойственны лишь красавке. По остальным залётным видам мы имеем единичные случаи регистрации, выявленные в основном за последние 7 лет. Все гнездящиеся в Якутии журавлеообразные занесены в региональную Красную книгу, некоторые из них – в Красные книги более высокого ранга.

Зимнее гнездование птиц в Якутии Гермогенов Н.И.1,2, Егоров Н.Н.1, Слепцов С.М.1, Секов А.Н.1 Россия, Якутск, Институт биологич. проблем криолитозоны СО РАН;

е-mail: bio@ibpc.ysn.ru, sterkh-yrcu@mail.ru Россия, Якутск, Институт естественных наук Северо-Восточного Федерального университета им. М.К. Амосова;

е-mail: bio@ibpc.ysn.ru, sterkh-yrcu@mail.ru Зима в среднетаёжной подзоне Якутии длится со II декады октября по II декаду апреля (район Якутска – 192 дня), в северотаёжной – со II декады октября по апрель (район Верхоянска – 202 дня) и в лесотундровой – с октябрь по I декаду мая (район Чокурдаха – 227 дня).

В регионе гнездится 271 вид (86.6% всей местной орнитофауны), из которых 43 вида ведут в таёжной зоне оседло-кочущий образ жизни.

Зимой, когда ночные температуры достигают –20…–30С°, гнездятся 10 видов птиц (3.7% гнездовой фауны). В марте гнездится филин (известны 4 гнезда), в апреле ястребиная сова (4). В марте – мае начинает откладку яиц белокрылый клёст (50.0–66.7% кладок; n=10), в конце марта – начале мая ворон (93.2–100.0; 47) и кукша (75.0–87.6; 93). На апрель или май приходится начало откладки яиц у бородатой неясыти (52.9; 17), кедровки (33.3–100.0; 13), тетеревятника (0–33.3; 4), орланабелохвоста (33.3; 3), по июль оно растянуто у чечётки (1.0–27.3; 637).

Например, в средней тайге, в более ранние календарные и фенологические сроки, чем в других частях ареала, гнездится кукша – 87.6 % пар (n=89). Крупнее здесь и её кладка (2–5, в среднем 3.99±0.06 яиц; n=90). В придолинных лесах вид начинает откладку яиц раньше, чем в водораздельных, – в конце марта (22.7%; n=44) против начала апреля (38.5; 26), имеет более крупные кладки – 4.13±0.09 (n=40) против 3.75±0.1 (28), располагает гнёзда в основном на деревьях (84.5%;

n=73), а на водоразделах – на ивах (67.2; 70). Пары постоянны и строго территориальны, гнездятся на деревьях и кустарниках (n=192) на высоте 0.5–8.0, в среднем 1.6 (ива) – 2.9 (сосна) м, в основном на их южной стороне (50.0%). Перья, пух и ветошь составляет до 22.8 % массы гнезда (n=5), его несущая часть (сухие веточки) – 63%. Численность на участке водораздельной тайги (10.6 км2) весной и осенью составляет, соответственно, 59–84 и 55–87 особей. В ноябре 2012 г.

резиденты составили 71.9%, иммигранты – 18.7% (n=64). Осенью 2009 г. соотношение взрослых самок и самцов (n=25) было равным, у неполовозрелых птиц (29) преобладали самцы (1:1.5), но за год оно выровнялось и у них. На яйцах самка проводит в среднем 96.7% суток.

Птенцы вылупляются в среднем за 1.5 суток, их кормят в конце апреля с 5:25 до 19:45 часов, в среднем через 1.5 часа. Основной корм – пауки (42.4–57.9% объектов, 89.1% проб), 78.3% прилётов с пищей приходится на самца, который подкармливает и самку. Продолжительность пребывания птенцов в гнезде составляет 20–23 дня.

Cлучаи полного и частичного альбинизма у птиц Якутии Гермогенов Н.И.1,2, Сидоров Б.И.2 Россия, Якутск, Институт биологических проблем криолитозоны СО РАН;

е-mail: bio@ibpc.ysn.ru, sterkh-yrcu@mail.ru Россия, Якутск, Институт естественных наук Северо-Восточного федерального университета им. М.К. Аммосова Аномальные отклонения в окраске птиц, обычно проявляющиеся в частичном или полном альбинизме, реже – в меланизме (бородатая неясыть Strix nebulosa), зарегистрированы в Якутии среди совобообразных (1 вид, 1 случай), гусеобразных (4 и 7) и воробьинообразных (7 и 12). Полный альбинизм отмечен нами у чёрной вороны (Corvus corone), отловленной из выводка в августе 2009 г. в Среднеколымском улусе и содержащейся в республиканском зоопарке. Светлое оперение и красный зрачок сочетались у неё с рыжеватым налётом на крыльях, голове, груди и передней части брюшка, светло розовыми клювом и ногами. На птицу постоянно нападали сородичи, и её, потерявшую обычную осторожность, легко отловили сачком. Вероятно, альбинос – птенец белой трясогузки (Motacilla alba), наблюдался в летном выводке (без родителей) в Хангаласском улусе летом 2011 г. Своим поведением он ничем не отличался от других членов выводка, однако чаще других держался отдельно, а при опасности прятался в густой бузине, подолгу не вылетая даже при вспугивании; 10.07 на темени у этой рьтцы отмечены отдельные серые перья, исчезнувшие к 17.07. Последний раз птицу наблюдали 1.08 (в выводке) в 400 м от предполагаемого места нахождения родительского гнезда.

Частичные альбиносы, встречены нами у трёх видов воробьиных.

У лесного конька (Anthus trivialis), кормившего с типично окрашенным партнёром слётков 24–25.06.2011 г. на зарастающей ивами залежи (Лено-Вилюйское междуречье, 27–28 км от Якутска), нижняя часть тела, горло и рулевые были белыми с отдельными тёмными перьями, спина имела пёструю окраску. Уздечка и левая часть лба были помечены рыжим цветом, конечности имели розовый цвет. В последующие годы эту птицу мы здесь не наблюдали. Второй полуальбинос – самец черноголового чекана (Saxicola torquata), три года подряд гнездившийся с самками типичной окраски на берегу оз. ЫтыкКюель (окраина г. Якутск). При первой встрече (июнь 2012 г.) птица отличалась аномально окрашенной головой, большая часть которой была белой, с выделяющимися отдельными тёмными перьями, розоватыми клювом и конечностями. С годами пигментированность перьев на голове и шее у птицы несколько усилилась. В 2013 г.

плотность гнездования чеканов в этой местности выросла с 3 до 5 пар, и самец явно испытывал давление конкурентов. При их появлении на участке и долгом пребывании в непосредственной близости от гнезда он удалялся на 50–100 м в прибрежные заросли тростника. В 2014 г. центр его участка сместился относительно первоначального на 100–150 м. Последние два года птица прилетала на участок 25.05 и держалась на нём до конца августа, удаляясь с выводком (птенцы отклонений в окраске не имели) на 250–300 м. Последний случай регистрации полуальбиноса относится к встрече самца домового воробья (Passer domesticus) в октябре 2014 г. в г. Якутске.

Об изменениях численности редких птиц в дельте Урала и на северо-восточном побережье Каспия Гисцов А.П.

Казахстан, Алматы, Институт зоологии КН МОН РК Для побережья казахстанской части Каспийского моря известно 292 вида птиц, из них в низовьях Урала – более 240 видов. В 1980 г.

в дельте Урала загнездилась белохвостая пигалица (Климов, 1991), а в 1990 г. – султанка и египетская цапля (Березовиков, Гисцов, 1993).

Увеличилась численность ранее здесь редких малой и большой выпей, чаек, квакв, караваек, больших бакланов, некоторых видов крачек и цапель. Численность колпицы в 1987 г. составляла 75 особей, а в 1993 г. – не менее 200 (Русанов, 1992; Гисцов, Березовиков, 1995), но в 2004–2008 гг. численность резко сократилась (Гисцов, 2007).

Вместе с тем, затопление всех прилегающих островов и песчаных отмелей привело к исчезновению гнездовий озёрных и сизых чаек, морских голуб ков, пестроносых, чайконосых и малых крачек и чеграв. Из дельты Урала исчез кудрявый пеликан, гнездившийся в 1986–1988 гг. на о. Зюйд-Вестовые шалыги и в юго-восточной части острова Пешной (Русанов, 1992). Заметно изменились места осенних скоплений фламинго. Если в сентябре 1982 г. от устья Урала до Эмбы отмечали до 20 тыс. особей, то в сентябре 1983 г. от Забурунской косы до устья Урала встречено 50 тыс. (Русанов и др., 1991). В последующие 15 лет места миграционных скоплений фламинго переместились на мелководные участки от Эмбы до залива Комсомолец (Гисцов, 1994). В связи со снижением уровня моря они стали встречаться здесь как в осенний (более 2 тыс.), так и весенний периоды 2002–2005 гг.

Более 30 видов птиц региона занесены в Красную книгу Казахстана, среди них такие важнейшие как: розовый и кудрявый пеликаны, малая белая и желтая цапли, колпица, каравайка, фламинго, краснозобая казарка, пискулька, лебедь-кликун, малый лебедь, белоглазый нырок, савка, скопа, орлан-белохвост, стерх и др. Изменения численности их зависит от разных причин. Для одних (краснозобая казарка, пискулька) это перемещение мест зимовок из Каспия в дельту Дуная и Средиземноморье. На другие виды (султанка, желтая цапля), оказало влияние увеличение техногенного пресса на места их обитания.

В тоже время у малой белой цапли, каравайки и черноголового хохотуна заметно увеличилась численность и расширились места их гнездования. Колония кудрявого пеликана в последние годы обосновалась в восточной части дельты Урала, при этом сохранилась также колония в районе Забурунья в Волжско-Уральском междуречье.

Заметно увеличилась – как на пролете, так и на гнездовании в Северном Прикаспии – численность степного орла, стрепета и журавлякрасавки (Гисцов, 1994, 2004). До последнего времени на гнездовье не отмечен орлан-белохвост, хотя в период пролета и, особенно, на зимовке в северной части Каспия на местах лежек каспийского тюленя его численность достигает 500–600 особей.

Сравнительный анализ наших материалов и литературных источников (Кривоносов, 1979; Пославский и др., 1964; Неручев, 1977 и др.) показывает, что количественный и качественный состав водоплавающих и околоводных птиц в исследуемом районе в период миграций в последнее десятилетие существенно различается. В 70-е гг.

на побережье Каспия от дельты Урала до устья Эмбы весной на 1 км маршрута встречали до 250, а осенью – до 1 тыс. птиц, в настоящее время на мониторинговых станциях в среднем учитывали весной до 715, осенью – до 3886 птиц на 1 км2. Второе место по обилию видов и количественным характеристикам после дельт Волги и Урала занимает пойма Эмбы.

Мониторинг весеннего пролёта гусей в центральной части

Восточно-Европейской равнины в 2004-2014 гг.:

состояние и проблемы охраны Глазов П.М.1, Дмитриев А.Е.1, ПокровскаяО.Б.2, Литвин К.Е.2, Дорофеев Д.С.3, Медведев А.А.1 Россия, Москва, Институт географии РАН;

e-mail: glazpech@mail.ru Россия, Москва, ИПЭЭ им. А.Н. Северцова РАН, Россия, Москва, ВНИИприроды Основные виды гусей, мигрирующие через центр Европейской части России, это белолобый гусь (Anser albifrons), гуменник (Anser fabalis), белощёкая казарка (Branta leucopsis) и серый гусь (Anser anser). Весенняя миграция ихдлится от нескольких недель до 4-х месяцев.

Гуси уже несколько веков неразрывно связаны с искусственными ландшафтами, созданными человеком, – агроландшафтами. Наиболее крупные остановки гусей, как правило, располагаются в местах, где крупные водоёмы окружены сельхозугодьями.

Существенное влияние на особенности миграции гусей оказывают трансформация этих ландшафтов и изменения в использование земель. За последние 10 лет нами отмечено сокращение мест остановок гусей, связанное с деградацией сельскохозяйственных угодий.

Залесённость территорий Верхневолжья (Тверская, Ярославская, Костромская и Ивановская) за последние 20 лет выросла на 8%, пахотные земли сократились на 22–27%, а площадь обрабатываемых земель уменьшилась как минимум в 1.5 раза.

Немаловажную роль играет и охранный режим, особенно для охотничьих видов в сезон охоты. Для гусей на местах остановок важно наличие кормовой базы и места отдыха. Все более или менее постоянные места остановок гусей на весеннем пролёте располагаются на территориях ООПТ различного уровня, либо на территориях, недоступных для охотников по тем или иным причинам.

Полевые исследования в Верхневолжском регионе с 2004 г. по настоящее время охватили Ярославскую, Владимирскую, Ивановскую и Костромскую области. С 2012 г. мы расширили регион наших обследований и включили Белгородскую, Московскую и Липецкую области.

Основу исследований составила программа отлова и кольцевания гусей в заказнике «Кологривская пойма» (Костромская область), которая проводится с 2008 г. по настоящее время. Исследования включали изучение перемещения птиц, учёт численности птиц, чтение шейных меток. Всего с 2008 по 2014 гг. были пойманы и окольцованы 298 белолобых гусей и 2 гуменника. Помеченных нами птиц регистрировали в Голландии, Германии, Бельгии, Польше, Литве, Дании, Эстонии, Болгарии, Латвии, Англии, Швеции, Чехии, Франции и Австрии.

Ежегодно мы наблюдаем птиц, окольцованных нами прежде (85%), что доказывает относительное постоянство мест остановок гусей на весеннем пролёте.

Новые данные о гнездовании малого баклана в Восточном Приазовье Гожко А.А., Есипенко Л.П., Лохман Ю.В.

Россия, Славянск-на-Кубани, филиал Кубанского университета;

Краснодар, Кубанский НИИ центр «Дикая природа Кавказа»;

e-mail: gozkoa@yandex.ru Активное заселение малым бакланом (Рhаlасrоcоrах pygmaeus) Восточного Приазовья началось с 1992 г. (Белик, 1994). В конце 1990-х гг. многосотенные стаи малого баклана начали встречаться в дельте Кубани (Заболотный, Хохлов, 1996; Мнацеканов, Динкевич, 2001; Белик, 2002; Хохлов и др., 2004). Колония размером до 1000 пар была отмечена на лимане Восточном близ ст. Черноерковская Славянского района (Емтыль и др., 2003). В 2004 г. эти бакланы отмечены в смешанной колонии аистообразных птиц на Понурском лимане Калининского р-на (Мнацеканов, 2004). В конце 1990-х и начале 2000-х гг.

наблюдалось значительное увеличение численности малого баклана в Восточном Приазовье (Белик и др., 2003). В 2007 г. обнаружена колония из 50 пар в Крапивкиевском лимане Приморско-Ахтарского р-на (Лохман и др., 2007). Всё чаще стали регистрироваться зимующие особи, причём численность стай достигала 1000 особей (Хохлов и др., 2014). Все это способствовало освоению малым бакланом новых гнездовых территорий.

В III декаде мая 2011 г. при обследовании колонии аистообразных птиц в лимане Гнилом Славянского р-на была обнаружена гнездовая колония малого баклана общей численностью около 50 гнёзд.

Гнезда располагались на заломах тростника, среди гнёзд кваквы, малой белой цапли и каравайки, в южной части лимана на площади примерно 7070 м. Высота расположения гнёзд над водой составляла 50–85 см. Строительный материал гнёзд представлен тростником различного размера, нижняя часть – более крупным тростником, лоток выстлан листьями и мелкими стеблями. Отличительной особенность гнёзд малого баклана от гнёзд аистообразных птиц было более плотное строение гнезда и то, что гнёзда с наружной стороны были покрыты налётом белого помёта. Осмотрены 3 гнезда, в двух из которых находилось по 4, а в одном – 6 яиц. Размеры яиц (n=14): 43.5– 49.126.2–31.9 мм. Средние размеры яиц по всем кладкам составили 46.76±0.4329.65±0.39 мм. Индекс формы – 63.43±0.76%.

При обследовании данной колонии в 2012 и 2013 гг. наряду со снижением гнездовой численности аистообразных птиц отмечено и снижение численности малых бакланов. В эти годы его численность не превышала 20 гнездящихся пар. Данное обстоятельство мы связываем с антропогенным фактором, так как неоднократно часть тростниковых зарослей лимана Гнилого, в том числе и гнездовые стации, выжигались рыбаками.

Изменения плотности населения птиц на модельной площадке (Гатчинский район Ленинградской области) Головань В.И.

Россия, Санкт-Петербург, Санкт-Петербургский университет;

e-mail: golovanv@gmail. com Наблюдения за населением птиц проводятся в окрестностях дер.

Красницы с 2000 г. Здесь ежегодно осуществлялись маршрутные учёты в пойменных лугах и лесах на левом берегу р. Суйда (Головань, 2012). Общая площадь участка составляет 4 км2, четверть из неё занята лугом, остальная – различными лесами.

Анализ собранных материалов свидетельствует об изменениях плотности населения, произошедших за 15-летний период. Так, у зарянки, крапивника, мухоловки-пеструшки, малой мухоловки, черныша, вальдшнепа, желны и рябчика она не претерпела существенных изменений. Плотность населения садовой славки, черноголовой и серой славок, вероятно, остаётся примерно на одном уровне.

Значительные колебания численности отмечены у оседлых видов: пухляка, черноголовой гаички и хохлатой синицы. У них снижение плотности населения произошло в 2010 и 2011 гг. Существенное снижение плотности населения отмечено у дрозда-белобровика. В 2012–2013 гг. за сезон регистрировалось не более 2–3 самцов, а гнёзд и выводков обнаружить не удалось. О динамике снижения плотности населения вида наглядно видно по числу находок гнёзд: 2007 – 23, 2008 – 18, 2009 – 12, 2010 – 14 и в 2011 – 3. В этот же период произошло незначительное снижение плотности населения певчего дрозда.

В 2011 г. на обследуемой территории не было встреч ополовника, в то время как в предшествующий период здесь гнездилось до 14–20 пар.

В 2012 г. он вновь появился и ныне регистрируется 5–6 пар. В 2011 г.

наблюдалось значительное снижение численности всех трёх фоновых видов пеночек (теньковки, веснички и трещотки). Ныне же их численность на обследуемой территории восстанавливается. В этот же период произошло уменьшение численности серой мухоловки, но в целом в Ленинградской области она обычна. На зарастающей гари плотность населения сорокопута-жулана сократилась втрое, а в пойме реки его численность остается почти на том же уровне (2–3 пары).

Серая куропатка появилась в 2008 г., но после обильных снегопадов в декабре 2010 и январе 2011 гг. она исчезла. С 2010 г. не встречается малый подорлик, гнездившийся здесь до этого в течение ряда лет.

Из переставших здесь гнездиться видов следует упомянуть лугового конька, жёлтую трясогузку, северную бормотушку, обыкновенного сверчка и чибиса. После 2009 г. 1–2 пары чибисов гнездятся лишь на Кауштинском болоте.

Плотность населения вяхиря в течение последних 4–5 лет возросла до 3–4 пар/км2. Наблюдается неуклонный рост численности чёрного дрозда. Если в начале исследования плотность его населения была вдвое ниже, чем у певчего дрозда, то в последние годы они встречаются почти одинаково часто; из когда-то малочисленного вида он стал фоновым. Заметно возросла и численность садовой камышевки.

Плотность населения этого вида достигает 40 пар/км2.

Типы онтогенеза птиц: эволюция, развитие анализаторов и экологические ниши видов Голубева Т.Б.

Россия, Москва, МГУ им. М.В. Ломоносова;

e-mail: tbgolubeva@list.ru Портман (1935) и Гофман (1962) считали, что эволюция типов развития птиц шла по пути роста родительской заботы и увеличения незрелости при рождении. Предполагалось, что эволюционный процесс при возникновении птенцового типа развития был направлен на снижение физиологического напряжения организма самки в репродукционный период. Энергетическая ценность яйца (q) изменяется у птенцовых воробьиных c изменением его массы (m) как q=1.124 m0,9438 ккал/яйцо, а у полувыводковых и выводковых как q=1.910 m0,9574 ккал/ яйцо (Kendeigh et al., 2012), что показывает для выводковых большую энергетическую цену яйца. Большой расход энергии самок выводковых на продукцию яиц компенсируется меньшим расходом при вождении выводка, у птиц с птенцовым типом онтогенеза меньшая стоимость яиц уравновешивается большим расходом на выкармливание птенцов в гнездовой и послегнездовой периоды. Выводковость всегда связана с всеядностью и «собирательством», тогда как для выкармливания птенцовых родителям необходимо добывать пищу, используя полёт и зрение.

Зрение у птиц развито лучше, чем у других позвоночных. Слух и зрение играют огромную роль и в повседневной жизни птиц, и при становлении поведения в раннем онтогенезе. У выводковых чувствительные периоды развития слуха и зрения короткие и приходятся на пребывание эмбриона в яйце, у незрелорождающихся – продолжительные и в условиях гнезда, под воздействием факторов внешней среды. Критический период детского акустического и зрительного импринтинга у выводковых очень короток, у полуптенцовых и птенцовых растянут. Переломным моментом формирования поведения, к которому привязан критический период импринтинга, является момент установления эффективной терморегуляции. Он характеризуется тем, что птенец способен поддерживать температуру тела выше 37°С в диапазоне термонейтральной зоны взрослых (Голубева, 2006).

Характеристики любых физиологических реакций зависят от температуры, у птиц латентные периоды реакций наиболее короткие среди позвоночных.

Зрительная афферентация включена, прежде всего, в пищедобывательное поведение. Уже на уровне сетчатки отчетливо выявляются корреляции способов добывания пищи и строения глазного дна.

Бифовеальные птицы имеют две области острого зрения (area) с ямкой (fovea) в каждой из них. Центральная ямка обеспечивает острое зрение и фокусировку в части поля монокулярного зрения каждого глаза, темпоральные ямки обеспечивают бинокулярное зрение. Почти все бифовеальные птицы – активные воздушные охотники. Это птенцовые или полуптенцовые птицы. Птицы, имеющие только полосу острого зрения, полосу и ареа или только ареа, обычно гнездятся на земле, питаются на земле или, как утки, цедильщики в воде, – зрелорождающиеся.

Функция бинокулярного зрения у большинства птиц – контроль позиции клюва и лап по отношению к объектам, которые требуется поймать или с ними манипулировать. Обитание в лесу, полёт и охота в сложном трёхмерном пространстве, гнездование на деревьях требуют незрелорождения: созревание эндотермии, зрения и слуха должно происходить в постнатальном онтогенезе и иметь длительные критические периоды. Для выполнения этой задачи необходима соответствующая родительская забота. Освоение птицами воздушного пространства, переход к воздушной охоте должны были сопровождаться незрелорождением.

Поддержано грантами РФФИ 15-04-03975 и 15-04-05953.

Изучение филогеографии белой куропатки с использованием митохондриального маркёра cox1 Гомель К.В., Хейдорова Е.Э., Никифоров М.Е.

Беларусь, Минск, Научно-практический центр НАН РБ по биоресурсам;

e-mail: ural-science@yandex.by Выяснение характера и путей формирования фауны как в отдалённом прошлом, так и в историческое время – одна из ключевых проблем зоогеографии. В последнее время новые возможности фауногенетических реконструкций связаны с быстро развивающимся новым направлением – филогеографией, исследующей распространение генотипов во времени и пространстве с использованием молекулярных маркёров.

На сравнительном материале с использованием в качестве генетического маркёра первой субъединицы цитохромоксидазы сох1 (COI;

1550 п.н.) проведено тестирование генетических различий популяционных группировок белой куропатка (Lagopus lagopus).

Анализ полученных последовательностей, расчёт индексов нуклеотидного () и гаплотипического (h) разнообразия, построение филогенетических деревьев проводили с помощью пакета программ MEGA ver. 5.2 (Kumar et al., 2008). Выбор модели филогенетических построений осуществляли с помощью встроенной программы ModelTest. Для сравнительного анализа генетической изменчивости были привлечены известные в Genbank последовательности генов cox1 и ND2 от птиц тех же видов из различных географических регионов. Парсимониальные филогеографические сети, отражающие генеалогию маркёрных генов cox1 и ND2 в пределах исследованных групп птиц различных видов, были построены с помощью программы TCS ver. 1.21 (Clement et al, 2000).

Митохондриальный ген сох1 оказался достаточно информативным маркёером для выяснения филогеографической структуры ареала белой куропатки. По результатам исследования образцов из евразийской части ареала вида можно заключить, что расселение белой куропатки в постледниковый период происходило из одного центра, характеризующегося большой протяжённостью. Этим объясняется родственность достаточно удалённых друг от друга последовательностей из восточного и западного кластеров, а также последовательностей из Квебека (Канада). Наличие изоляционного барьера в виде Уральских гор и обширной водной преграды (Тихий океан) разобщило западную и восточную, а также евразийскую и американскую популяции белой куропатки. Следует отметить, что «звездообразная структура» западной и восточной линий свидетельствует о значительном и быстром возрастании генетического разнообразия вследствие относительно недавнего расселения и расширения ареала белой куропатки.

Отсутствие значимой генетической дистанции между азиатскими последовательностями из Монголии, Сахалина и Хабаровска и канадскими образцами из Нунавута и Манитобы и при этом существенная дифференциация последовательностей из Квебека может свидетельствовать о различных путях заселения белой куропаткой североамериканского континента. Территорию Квебека населяют потомки западной евроазиатской группы, Канадского архипелага и Манитобы – восточной.

Специфика распределения синантропных колоний чайковых птиц в селитебных стациях города Минска и буферной зоны Гончаров Д.А.

Беларусь, Минск, Зоомузей, Биологический факультет БГУ;

e-mail: dmgonch62@mail.ru За период 2010–2014 гг. в селитебных стациях Минска выявлены 13 колониальных поселений чайковых, а также 5 колоний, локализованных на искусственных водоёмах пригородной зоны и расположенных на расстоянии, не превышающем 2.6 км от русла р. Свислочь.

Главными факторами, определяющими выбор мест гнездования чаек, оказались близость прилегающих водоёмов, свалок бытовых отходов на периферии города, а также характер кровельного покрытия, имитирующего естественный островной биотоп, недоступный для людей и наземных хищников.

Чайковые, гнездящиеся на искусственных водоёмах пригородной зоны, характеризовались меньшим видовым разнообразием (Larus ridibundus, Sterna hirundo, Chlidonias niger), чем заселяющие крыши зданий (Larus canus, L. argentatus, L. cachinnans, L. fuscus, L. ridibundus, Sterna hirundo и гибридные формы комплекса «argentatus cachinnansfuscus»). Причём, в самой крупной селитебной колонии отмечено первое в Белоруссии гнездование клуши (L. fuscus) (Goncharov, Neubauer, 2012).

Установлено, что в трёх поливидовых тектобионтных колониях преобладает группа «argentatuscachinnans», достигающая максимальной численности до 2600 пар (кожевенный завод пос. Гатово) и плотности гнездования до 5.97 гн./100 м2. Две другие смешанные колонии характеризуются меньшим количеством (до 101 пары) и более низкой плотностью размещения гнёзд (от 2.20 до

3.13 гн./100 м2). Репродуктивный успех чайковых птиц в городских колониях несколько ниже известных показателей для естественных экосистем и составляет для комплекса «argentatuscachinnans»

36.6%, что связано, вероятно, со значительной постэмбриональной смертностью птенцов при падении с крыш (отсутствие «чувства края»).

Среди гнездовых поселений чайковых птиц города 38.46% составляют моновидовые колонии (n=5), образованные речной крачкой или сизой чайкой. В смешанных колониях (n=3) сизая чайка уступает большим белоголовым чайкам как по численности (11–163 пар), так и по плотности гнездования (0.40–0.67 гн./100 м2), причём успех размножения сизой чайки в этом случае ниже, чем в моновидовых кодлониях, в связи с гибелью птенцов при агрессивном поведении крупных чаек. В отличие от всех гнездящихся на кровлях чайковых, речная крачка проявляет явную стенотопность, образуя исключительно моновидовые колонии с численностью до 60 пар на галечниковом или, реже, моховом субстрате. Озёрная чайка гнездится на крышах (n=3) микроколониями спорадично, в то же время на отдельных водоёмах города её колонии достигают более 3000 пар.

Общий тренд чайковых, заселяющих селитебные стации, проявляется в выборе участков гравийно-галечникового субстрата с элементами рудеральной растительности, близких к естественным местообитаниям; реже используются открытые места с рубероиднобитумным покрытием. При замене кровельного галечникового покрытия на рубероидное лишь сизая чайка устраивает гнёзда на открытом рубероиде, проявляя максимальные адаптационные возможности. В то же время 73% от общего числа гнёзд в колониях хохотуньи и серебристой чайки, а также комплекса «argentatus-cachinnans-fuscus» располагались преимущественно на галечниково-щебенистом субстрате, чаще всего под прикрытием техногенных конструкций (зенитных фонарей, венттруб, кожухов вентиляторов и т.д.). Такие укрытия служат зрительными экранами, снижающими территориальные конфликты пар, и, тем самым, увеличивающими плотность гнездования и, следовательно, численность колонии.

Гнездовой консерватизм и избыточная ёмкость прежних селитебных местообитаний чайковых птиц Минска ограничивают их расселение на кровли соседних зданий; наблюдается лишь флуктуация численности с трендом количественного увеличения в уже сформированных колониях. Кроме того, в городских условиях отмечается тенденция перехода поливидовых колоний в моновидовые в результате вытеснения большими белоголовыми чайкам остальных видов. В результате нарушения стабильности гнездовых биотопов, связанного со сменой кровельного покрытия или с сукцессионными изменениями прибрежной растительности на искусственных водоемах буферной зоны, происходит деградация синантропных колоний.

Влияние трофического фактора на пространственное распределение и динамику численности птиц, гнездящихся в приземном ярусе леса Гордиенко Т.А.1, Ивлиев В.Г.2 Россия, Казань, Институт проблем экологии и недропользования АН РТ;

e-mail: eiseniata@gmail.com Россия, Казань, Татарстанское отделение СОПР;

e-mail: vita1939@mail.ru К числу основных факторов, определяющих пространственное распределение и динамику численности животных, подавляющее большинство экологов относят обеспеченность кормами. Исследование населения птиц и почвенных беспозвоночных (герпето- и педобионтов) проведены в широколиственном лесу и сосняке зелёной зоны г. Казани в 1997–012 гг.

Наибольшее обилие почвенных беспозвоночных и герпетобионтов отмечено в широколиственных насаждениях. Это обусловило здесь более высокую численность большинства видов птиц, обитающих в приземном ярусе. На биотопическое распределение некоторых представителей этой экогруппы в значительной степени, видимо, может оказывать освещённость местообитания. Так, обилие обыкновенной овсянки и лесного конька в менее кормном сосняке выше, чем в широколиственном лесу.

Учёт численности почвенных беспозвоночных и герпетобионтов показал, что на обеих лесных территориях многолетнее изменение их обилия в общих чертах идёт синхронно и прямо зависит от погодноклиматических условий. Сопоставление многолетних рядов обилия дождевых червей и перелётных видов дроздов выявило полное совпадение циклических колебаний с этим основным объектом питания только у чёрного дрозда в сосняке. При этом неуклонное увеличение его обилия (равно как и певчего дрозда) происходило на фоне отсутствия тренда численности дождевых червей. Циклические колебания обилия белобровика и кормности местообитания были противофазны.

Сходная «зеркальная» взаимосвязь отмечена между динамикой численности певчего дрозда и дождевых червей.

Многолетние учёты численности герпетобионтов проведены в период первого её максимума (конец мая – начало июня). Сравнительный анализ многолетних рядов обилия птиц-обитателей приземного яруса леса в период питания исключительно беспозвоночными (первая половина лета) с данными по относительной численности герпетобионтов показал, что в период весенних миграций и гнездования обилие наиболее обычных из этой экологической группы видов лишь в некоторых случаях изменяется параллельно с колебаниями относительной численности объектов их питания. Чаще это происходило в широколиственном лесу. В наиболее прогреваемом сосняке динамика численности герпетобионтов и птиц носила противофазный характер.

Такое несоответствие обусловлено происходящим в зависимости от погодно-климатических условий года биотопическим перераспределением, на что указывает «зеркальное» изменение обилия этих видов и гидротермического коэффициента.

Таким образом, во время весенних миграций и гнездования обилие кормящихся в приземном ярусе леса птиц в значительной степени зависит от кормности местообитания. Вместе с тем, трофический фактор не определяет характер многолетних колебаний их численности. Важную роль в этом процессе играют погодно-климатические условия.

Изменчивость тонкой структуры песни воробьинообразных как отражение акустических взаимодействий Горецкая М.Я.

Россия, Москва, МГУ имени М.В. Ломоносова;

e-mail: MariaGoretskaia1@mail.ru Вариабельность песен у Passeriformes давно привлекает исследователей. Представители одних видов (пеночка-трещотка Phylloscopus sibilatrix, зебровая амадина Taeniopygia guttata и др.) исполняют единственный, практически неизменный вариант, который повторяют многократно, изменчивость песни других – птица-лира (Menura novaehollandiae), соловьи (Luscinia sp.) и др. – практически беспредельна (Catchpole, Slater, 2008). У многих видов одни и те же фразы могут встречаться в разных типах песен, а внутри типа песен может варьировать число элементов (Slater, Ince, 1979; Martens, 1980;

Kroodsma, 1982; Catchpole, 1986; Searcy et al., 1995; Hailman, Ficken, 1996). У зяблика (Fringilla coelebs) число сходных элементов варьирует от 2.7 до 7.9 в пределах одной фразы (Slater, Ince, 1979), подобные вариации в строении фраз отмечены и у болотного короткоклювого крапивника (Cistothorus palustris; Kroodsma, 1989). Показано, что птицы способны замечать изменение внутри одного типа и реагировать на них (Searcy et al., 1995).

В данной работе мы исследовали вариабельность внутри наиболее изменчивых фраз и в комбинаторике фраз у разных видов птиц, относящихся к разным семействам, чтобы прояснить, являются ли эти изменения случайными вариациями в работе вокальной системы птиц, или они возникают направленно и несут полезную информацию для других членов поселения.

Изучена изменчивость тонкой структуры песни у трех видов пеночек: пеночки-трещотки, пеночки-веснички (Phylloscopus trochilus) и зелёной пеночки (Ph. throchiloides viridanus), а также зяблика и серого сорокопутового дрозда (Colluricincla harmonica). Для пеночкивеснички, пеночки-трещотки, зяблика и серого сорокопутового дрозда показано, что увеличение числа сходных элементов в начальных фразах песен связано с взаимодействиями с соседями своего, а иногда и другого вида. Вывялены различия в реакции самцов пеночкитрещотки на воспроизведение песен, содержащих стандартную и удлиненную вторые фразы. Отмечено увеличение длительности (по числу элементов) первой фразы песен пеночки-веснички в поселениях этого вида, характеризующихся высокой плотностью. Для зелёной пеночки, пеночки-веснички, зяблика и серого соркопутового дрозда показано увеличение изменчивости в комбинировании фраз в песнях и увеличение длительности песен во время песенного взаимодействия с соседями своего вида. Направленность изменений структуры песни в сходных ситуациях оказалась общей для разных видов птиц. Результаты позволяют предположить, что данный способ реагирования может быть достаточно широко распространён среди воробьиных птиц и отражает общие принципы изменения песен во время акустических взаимодействий.

Работа выполнена при поддержке грантов РФФИ № 11-04-00062а и № 14-04-00108/14.

Пролёт птиц на мелиоративной системе польдерного типа Горошко З.А., Кусенков А.Н.

Беларусь, Гомель, ГГУ имени Ф. Скорины;

e-mail: sin.gor@mail.ru Исследования проводились на мелиоративной системе «Поколюбичи», расположенной в пойме р. Сож к северу от г. Гомеля, в 3 км от черты города. Мелиоративная система польдерного типа с принудительным шлюзованием (площадь свыше 600 га) была создана в 1980-е гг. Польдер отделен от р. Сож дамбой длиной около 6 км. Около 400 га польдера находятся в охранной зоне, на территории которой запрещена весенняя охота.

Ранней весной польдер заливается талыми водами, создаются благоприятные условия для пролётных водно-болотных видов птиц.

К моменту разлива р. Сож на польдере вода остаётся только в понижениях, занимающих 5–10% от площади польдера.

За время исследований зарегистрированы 14 видов птиц отряда Anseriformes и 26 видов птиц отряда Charadriiformes.

Среди представителей отряда Anseriformes – Anas platyrhynchos, A. penelope, A. querquedula на пролёте обычные виды. Единично отмечены A. acuta, A. strepera, Cygnus olor и C. cygnus. Доминируют Anser fabalis (42.8%) и A. albifrons (52.8%), которые регистрируются на исследуемой территории с конца II декады марта по III декаду апреля. При наступлении неблагоприятных условий (похолодание, дождливая погода) птицы концентрируются на польдере. Так, с 13 по 20.04.2008 г. были отмечены свыше 3 тысяч, а с 23 по 29.03.2014 г. – свыше 10 тысяч птиц.

Преобладающим пролётным видом среди ржанкообразных является Philomachus pugnax, несколько меньше отмечено Larus ridibundus и Vanellus vanellus, соответственно – 65.5; 13.3 и 9.6%.

Пик пролёта Philomachus pugnax проходит во II–III декаде апреля, а Larus ridibundus и Vanellus vanellus многочисленны в III декаду марта – I декаду апреля. Польдер является важной территорией для миграции Limosa limosa, Tringa totanus. Немногочисленны на пролёте такие виды как Pluvialis apricaria, Charadrius hiaticula, Haematopus ostralegus, Tringa erythropus, Numenius arquata. Единично отмечены Calidris ferruginea и Larus minutus.

На польдере птицы держатся с марта по I декаду апреля ежегодно и, если во время половодья вода достигает дамбы, то птицы держатся здесь весь апрель. При невысоком уровне воды в апреле основная масса ржанкообразных и мелкие виды отряда гусеобразных останавливаются на пролёте в пойме за дамбой, а гуси – на польдере.

Таким образом, польдерная система является ключевой территорией для мигрирующих птиц в весенний период. Однако существует проблема, так как рядом находятся охотничьи угодья, и браконьеры выпугивают гусей с охранной зоны, создавая беспокойство не только для них, но и для всех остальных видов птиц. Выходом из данной ситуации является запрещение охоты на всей территории польдера.

Влияние многолетних климатических циклов на популяции птиц и их местообитания в степной Даурии (ЮВ Забайкалье, СВ Монголия, СВ Китай) Горошко О.А.

Россия, Забайкальский край, заповедник «Даурский», Институт природных ресурсов, экологии и криологии СО РАН;

e-mail: oleggoroshko@mail.ru Даурия – географический регион, охватывающий степи юговосточного Забайкалья, северо-восточной Монголии и сопредельных территорий Китая. Нами ежегодные исследования (мониторинг популяций птиц, изучение биологии, миграций и др.) ведутся здесь с 1990 г.

(наиболее детально – в российско-монгольской Торейской котловине).

Важная климатическая особенность Даурии – чередование ярко выраженных многолетних засушливых и влажных климатических периодов. Продолжительность полного цикла около 30 лет. Последний пик засушливого периода был в 1983 г., влажного – в 1995–1998 гг.

Крайне засушливыми выдались 2000–2008 гг. и первая половина 2009 гг. Во второй половине 2009 г., а также в 2010–2013 гг. количество осадков несколько увеличилось. Даурия – одно из важнейших в Восточной Азии мест гнездования, линьки и концентрации в период миграций птиц, в том числе более 20 глобально угрожаемых видов.

Масштабные колебания количества осадков влекут за собой коренные трансформации экосистем (особенно водно-болотных). Степи Даурии включают сотни мелководных озёр. Особенно много водоёмов в пределах обширной Торейской котловины. К 2009 г. высохло около 95% озёр, включая Барун-Торей (его площадь в 2000 г. была 590 км2).

Видовой состав и численность птиц (как гнездящихся, так и пролётных, линяющих и зимующих) меняются в широких пределах и, в целом, во влажные периоды выше, чем в засушливые. Численность отдельных видов может меняться в сотни раз, в благоприятные периоды они могут быть массовыми видами, в неблагоприятные – практически полностью исчезать. В засушливые периоды многократно снижается численность рыбоядных птиц, обитателей тростниковых зарослей, влажных лугов. Одновременно увеличивается численность и разнообразие птиц, приуроченных к открытым грязевым и песчанокаменистым отмелям, солончакам. Например, утки значительно более многочисленны во влажные периоды, а многие кулики (виды родов Calidris, Charadrius) – в засушливые. В засушливые периоды ареалы степных видов смещаются в северном направлении и в лесостепь.

Происходит практически непрерывное перераспределение населения птиц на местном, региональном и межрегиональном уровнях. Например, с 2000 г. наблюдается быстрое исчезновение больших бакланов в южной степной зоне Даурии и их массовое появление в северной лесостепной зоне региона и на Байкале. Меняются пути и сроки пролёта, места миграционных остановок, структура популяций и биология птиц (соотношение количества гнездящихся и негнездящихся особей, плотность гнездования, биотопическая приуроченность, состав кормов, размер кладок, успешность размножения и др.). В целом, многолетние засушливые периоды крайне неблагоприятны для большинства гнездящихся и пролётных птиц, в том числе, и для ключевых глобально угрожаемых видов: сухоноса, даурского и японского журавлей, дрофы, реликтовой чайки (приведены данные по многолетней динамике популяций этих и ряда других видов). В засухи резко возрастает влияние не только природных лимитирующих факторов (недостаток мест обитания, ухудшение кормовой базы, пресс хищников), но и антропогенных (беспокойство, степные пожары).

Серый журавль в Северном Подмосковье Гринченко О.С.

Россия, Москва, Институт водных проблем РАН;

e-mail: olga_grinchenko@mail.ru На севере Московской области серый журавль (Grus grus) – редкий гнездящийся, нередкий летующий и пролётный вид. Гнездится на ольхово-берёзовых болотах в долинах рек и ручьёв, на зарастающих заболоченных вырубках, вблизи старых торфяных карьеров и залитых торфополей. Предпочитает пойменные ольхово-ивовые низинные болота и черноольшаники в притеррасной части пойм рек Дубны и Сулати. На кормёжку нередко вылетают на открытые места – поля, луга, болота.

Первые сведения о журавлях, населявших Дубненские болота, приведены в повести М.М. Пришвина «Журавлиная родина» (1929).

Тогда серый журавль считался обыкновенным гнездящимся видом. В середине XX в. во всей Центральной России многие болота и заболоченные леса были осушены, что привело к двукратному падению численности журавлей. В Дубненской низине и её окрестностях численность гнездовой популяции, скорее всего, сократилась более чем в 4 раза. На это указывает анализ карты 1850 г. с обозначенными болотами и современной картосхемы размещения территориальных пар серого журавля.

В настоящее время на севере Московской области, по данным ежегодных наблюдений и опросов, гнездится от 71 до 84 пар. Из них в Дубненской низине – 29–35 пар, в том числе в границах заказника «Журавлиная родина» – 14–16, здесь плотность населения составляет 1 пару на 343–419 га. На Ольховско-Батьковском болоте и в верховьях р. Сулати в 2014 г. отмечено 12 территориальных пар, плотность населения в пойме Сулати составляет 1 пару на 96 га. Общая численность в последние 5–10 лет выросла, в т.ч. журавль появился в местах, где его раньше не наблюдали.

В течение всего лета в окрестностях заказника «Журавлиная родина» встречают стаи холостых птиц, численностью от 16 до 96 особей.

Первые семьи с лётными птенцами появляются на полях в I декаде августа. В это же время, или немного позже, начинается формирование осеннего миграционного скопления. В начале XX в. большого предотлётного скопления здесь не существовало. Крупные стаи появились в 1960-е гг., когда на месте лесов и осушенных болот появились сельскохозяйственные поля.

Постоянные наблюдения за Дубненским миграционным скоплением проводят с 1979 г. Наибольшая численность в скоплении зарегистрирована в 1987 г. – 3250 особей, наименьшая в 1998 г. – 600 особей. Численность птиц в скоплении в 1995–2004 гг. снижалась, что было связано с сокращением площадей зерновых культур в тот период. В последние десять лет численность несколько возросла и в последние годы составляла: 1131 особей в 2011 г., 1099 в 2012 г., 1326 в 2013 г., 1220 в 2014 г.

Биологические инвазии птиц как потенциал для формирования городских популяций на юго-востоке Балтийского региона Гришанов Г.В., Гришанова Ю.Н.

Россия, Калининград, Балтийский федеральный университет им. И. Канта;

e-mail: ggrishanov@kantiana.ru Важной частью современной динамики экосистем являются процессы расселения видов на новые территории и их экспансия в урбанизированные местообитания. Принято считать, что именно глубоко трансформированные местообитания городских экосистем являются благоприятной средой для вселения инвазионных видов (Хански, 2010). Проведён анализ современного состояния популяций гнездящихся видов птиц, проникших на территорию юго-восточной части Балтийского региона (Калининградская область) в ходе биологических инвазий. Оценивались успешность освоения ими урболандшафта и стадия формирования городских популяций. Проанализированы виды-вселенцы различных местообитаний, расширение видовых ареалов которых происходило в разное время, но быстрыми темпами.

Лебедь-шипун. В Калининграде в 80–90 гг. ХХ в. гнездились 12–14 пар при общей численности вида в городе 230–250 особей. В ХХI в. ежегодно гнездится 10–13 пар на периферии города. В городах области гнездятся единичные пары. Вне городов численность растёт, помимо традиционных биотопов вид интенсивно осваивает заболачивающиеся мелиоративные каналы и затапливаемые ольховые леса.

Хохлатая чернеть. В Калининграде гнездятся единичные пары, 2–4 ежегодно. В городах области гнездование неизвестно. Вне города численность снижается на протяжении последних десятилетий.

Красноголовый нырок. В Калининграде гнездится 6–10 пар.

В городах области гнездование неизвестно. Вне города численность снижается на протяжении последних десятилетий.

Кольчатая горлица. В регионе обитает исключительно в населённых пунктах. Экспоненциальная фаза расселения протекала в 70-е и 80-е гг. ХХ в., в 90-х гг. отмечено значительное снижение, в ХХI в. – глубокая депрессия численности. В 2010–2014 гг. в Калининграде гнездится не более 4 пар. В городах области и крупных посёлках гнездятся единичные пары. Общая численность за последние десятилетия снизилась многократно.

Зеленая пеночка. В Калининграде гнездится ежегодно 5–7 пар, в городах области – единичные пары. В лесных местообитаниях распространёна широко, но немногочисленна.

Горихвостка-чернушка. В Калининграде гнездится на всей территории города, гнездовая плотность 8–20 пар/км2. Общая численность гнездящейся популяции превышает 850 пар. В городах и посёлках области повсеместно обычный гнездящийся вид. Расселяется в квазиприродные местообитания по фрагментам урболандшафта, отдельным строениям.

Европейский вьюрок. В Калининграде численность растёт в течение последних десятилетий. Гнездится 350–370 пар. В городах области обычный, местами многочисленный вид (парки приморских городов).

Таким образом, из наиболее характерных видов, инвазии которых в новые сообщества-реципиенты происходили быстрыми темпами, в Калининграде и городах Калининградской области специализированную городскую популяцию сформировала только горихвосткачернушка. Условно городские популяции характерны для лебедяшипуна и европейского вьюрка. Остальные виды птиц-вселенцев городских популяций не образуют, их численность в городах крайне низка, распространение локально. Не играют существенной роли эти виды и в сообществах вне городских территорий. В ходе инвазий не установлено случаев подавления вселенцами аборигенных видов.

Серый журавль в Республике Мордовия Гришуткин Г.Ф., Спиридонов С.Н.

Россия, Мордовия, п. Смольный, национальный парк «Смольный»;

e-mail: parksmol@moris.ru В гнездовой период серый журавль (Grus grus) в Мордовии придерживается крупных лесных участков в бассейнах рек Мокши, Суры и Алатыря и их притоков. Гнездится преимущественно на разных типах болот и по заболоченным лесным участкам, иногда в небольших островных лесах. Наиболее полно изучены популяции в Мордовском заповеднике, расположенном в северо-западной части республики, и национального парка «Смольный» в северо-восточной Мордовии. В заповеднике обитает 10–12 пар, национальном парке – 7–8. Средняя дата появления весной в заповеднике в 1988–1995 гг. (n=8) – 2.04, в парке в 1997–2014 (n=17) – 3.04. За период исследований найдены 4 гнезда в заповеднике и 3 в национальном парке. В гнёздах было 1 (n=2), 2 (n=4) и 3 (n=1) яйца. Число птенцов в выводках от 1 до 2, чаще 2.

Кадастровая оценка гнездящихся пар в Мордовии, проведённая в результате картографического анализа пригодных для гнездования территорий, имеющихся литературных и собственных сведений, экстраполяции данных с территорий заповедника и национального парка, составляет 80–100 пар.

Журавли в основном пролетают территорию республики транзитом. Известно несколько небольших (до 200–250 птиц) и средних (до 50 птиц) скоплений на 15 участках (поля, сенокосы, участки пойм) на территории 8 районов республики. Наиболее крупные скопления расположены в северной части национального парка, южнее и северозападнее заповедника, в пойме р. Сура.

Индекс благоприятности года как инструмент мониторинговых исследований Грищенко В.Н.

Украина, Черкасская обл., Канев, Каневский заповедник;

e-mail: vgrishchenko@mail.ru При проведении мониторинговых исследований изучаются основные характеристики популяции, прежде всего – изменения численности и продуктивность размножения. Данные за ряд лет дают возможность оценить состояние популяции и спрогнозировать её дальнейшую динамику. Однако при этом приходится учитывать разные параметры, нередко имеющие противоположные тенденции. Например, численность вида в данный год снизилась, но при этом успешность размножения была высокой. Как оценить итог – благоприятным был этот год для вида или нет? Если подобный дисбаланс повторяется в течение нескольких лет, какие факторы перевешивают – положительные или отрицательные? Причём регистрируемые числовые характеристики имеют и разную степень флуктуации. Для сравнения важно иметь интегральный показатель, который позволил бы объединить оценку разных параметров.

С 1992 г.

нами проводится мониторинг популяции белого аиста (Ciconia ciconia) на территории Украины. Данные ежегодно собираются на сети пробных участков во всех регионах страны. Регистрируется число гнездящихся пар и число слётков в гнездах, что даёт возможность контролировать динамику численности (средний прирост числа гнездящихся пар на участках) и определять репродуктивные показатели (среднее число птенцов на гнездившуюся и успешную пару, доля неуспешных пар). Дополнительная информация – сроки миграций и гнездования.

В качестве интегрального показателя нами был предложен индекс благоприятности, основанный на нормированных отклонениях основных параметров (Грищенко, 2009). Нормированным называется отклонение варианты от средней, отнесённое к стандартному отклонению (Лакин, 1990). Оно показывает, насколько данное значение признака отстоит от середины вариационного ряда, независимо от его числовой величины.

Индекс благоприятности рассчитывается по формуле:

Iб=tч + tс – tп, где tч, tс и tп – нормированные отклонения, соответственно, среднего прироста численности, среднего числа слётков на гнездившуюся пару и средней даты прилёта. Нормированное отклонение сроков прилёта берётся с отрицательным знаком, поскольку ранний прилёт – положительный фактор. Прилетевшие раньше аисты, как правило, выводят больше птенцов, однако в данном случае более важен другой аспект. Ранний прилёт – свидетельство благоприятных условий зимовки и отсутствия серьёзных проблем на путях пролёта. От этого в значительной степени зависит состояние птиц, вернувшихся в места гнездования.

Разумеется, одно число не может вместить в себя все многообразие факторов, воздействующих на популяцию, но предложенный индекс вполне адекватно отражает её состояние. Так, нами отмечены три так называемых «катастрофических года», когда из-за неблагоприятных условий зимовки у белого аиста резко снижались численность и успешность размножения, прилёт запаздывал. Индекс благоприятности показывает на графике глубокие «провалы» для этих лет, хорошо иллюстрируя их кризисный характер. Минимален он для 1997 г., который был для аистов наихудшим за все годы наблюдений, причём не только в Украине, но и по всей Европе. Индекс позволяет сравнивать разные по успешности годы и отличать неуспешные годы от катастрофических.

Распространение и численность дрофы-красотки в Казахстане Губин Б.М.

Казахстан, Алматы, Международный фонд дрофы-красотки;

e-mail:gubin_b@mail.ru Дрофа-красотка (Chlamydotis macqueenii) со статусом 2 категории занесена в Красную книгу республики Казахстан, а также в Красные книги Узбекистана, Туркменистана и России. В Казахстане населяет южную половину республики в пределах пустынной и полупустынной зон за исключением горных и занятых водой территорий. Здесь чётко выделяются восточная и западная популяции, разделённые акваторией Аральского моря.

В казахстанской части Кызылкума и сопредельных с ним районах за 140 ч полётов на самолете АН-2 в период осенней миграции 2–20.10.1984 г. зарегистрированы 118 джеков (Губин, 1986), что в пересчёте на пригодную для обитания площадь даёт 1480–1500 особей для Кызылкума и 880–900 особей для Арысского массива.

В Мангистауской области на авиаучёте 10–26.08.1989 г. за 78 ч учтены 216 джеков (Губин, 1991) с плотностью населения 0.005–0.19, в среднем 0.04 ос./км2. Экстраполируя эти данные на всю пригодную площадь области, получаем как минимум 6.5 тыс.

С созданием Кендерли-Каясанской, Арысской и Карактауской, Жусандалинской и Южно-Казахстанской государственных заповедных зон республиканского значения с общей площадью около 10 млн.

га и развертыванием работ Национального орнитологического центра из эмирата Абу-Даби в Казахстане начали проводить ежегодный мониторинг численности этой птицы с использованием автотранспорта высокой проходимости и современных средств наблюдения.

За 2002–2005 гг. работ в пределах Мангистауской области общий автомобильный пробег по местам обитания дрофы-красотки составил 11 555 км, в т.ч. 4 045 км на п-ове Бузачи, 5 589 км на Южном Мангышлаке и 1 921 км на Устюрте. В итоге на п-ве Бузачи численность дроф на учётах колебалась в пределах 33–151 особи при плотности населения 0.08–0.19 ос./км2 и составила при экстраполяции на пригодную для обитания птиц площадь 120–2230 особей.

На Мангышлаке при колебаниях плотности 0.08–0.24 ос./км2 с учётной численностью 43–144 особи общая минимальная калькуляционная численность джека была примерно одинаковой летом и осенью 2002 г. (954 и 869 особей) и в начале лета 2004 г. (952 особи). Весной 2003 и 2005 гг., в наиболее благоприятный период учёта дрофыкрасотки, минимальная расчётная численность составила 2113 и 2493 особей на пригодной для обитания вида площади 13 484 км2.

На казахстанской части Южного Устюрта летом 2002 г. при плотности населения 0.05 ос./ км2 на пригодной для обитания площади 21 175 км2 калькуляционная численность составила 1095 птиц, в северной части в конце сезона размножения 2004 г. при плотности 0.07 ос./км2 на площади 16 764 км2 численность дрофы-красотки составила как минимум 1103 особи. Осенью, 12–22.09.2002 г., на маршрутах протяжённостью 981 км по всей территории Устюрта с плотностью населения 0.10 ос./км2 в пересчёте на пригодную для обитания площадь Устюрта 55185 км2 общая численность соответствовала 5732 джекам.

Таким образом, калькуляционные расчёты позволяют говорить, что на п-ове Бузачи минимальная численность дрофы-красотки равнялась 911–2232 особям, на равнинах Южного Мангышлака – порядка 869–2493 особей и на равнинах Устюрта в пределах Мангистауской области – до 5732 джеков. Всего в Мангистауской области без учёта малопригодных мест и песчаных массивов держались 7.5–10.5 тысяч дроф-красоток, что практически соответствует данным, полученным при проведении авиационного учёта численности.

В Жусандалинской заповедной зоне в 1996–2003 гг. при плотности населения 0.18–0.60 ос./км2 колебания калькуляционной численности составили в зависимости от сезона проведения полевых работ 526–1900 особей.

В Юго-Западной Бетпакдале в 2001–008 гг. при плотности населения 0.05–0.38 ос./км2 численность красоток равнялась 422–7677 особям, а при средних значениях 0.37 ос./км2 на маршрутах общей протяженностью 20 437 км – 3439 птиц.

На подгорных равнинах хребта Сырдарьинский Каратау за 6 выездов в 2001–2008 гг. автомобильными маршрутами покрыто 2612 км.

При плотности 0.02–0.34 ос./км2 колебания расчётной численности на всю пригодную для жизни вида площадь были в промежутке 105–439 особей.

В Кызылкуме за 9 выездов 2003–2007 гг. на автомобильных учётах протяжённостью 7617 км плотность менялась в пределах 0.04–

0.29 ос./км2 и общая численность на всю площадь обитания соответствовала 151–5300 особей.

На Арысском массиве за 6 учётов в 2001–2008 гг. на маршрутах протяжённости 883 км плотность составляла 0.03–0.69 ос/км2, а расчётная численность менялась в пределах от 76 до 620 джеков.

У восточной оконечности озера Балхаш и прилегающих к Актогаю равнинах в пределах Алматинской и Восточно-Казахстанской областей в 2010 г. на маршрутах протяжённостью 2096 км учтено 157 особей. При плотности населения 0.38 ос./км2 калькуляционная численность колебалась в пределах 1570–2150 дроф-красоток.

По приведённым данным видна порой большая разница в численности вида по отдельным регионам, что получалось по причине проведения учётов в разные сроки как по сезонам, так и по активности самих птиц. К тому же, с интенсификацией соколиных охот на зимовках и в местах размножения дрофы-красотки птицы резко начали менять своё поведение, всё чаще предпочитая затаиваться при появлении автомашин на дистанциях до 6 км. Основываясь на всех недочётах применяемых методик учёта, можно говорить о как минимум двукратном недоучёте. В связи с этим показательны примеры того, что на ограниченных по размерам площадях мы при создании маточного поголовья для Чимкентского питомника по разведению дрофы-красотки находили больше гнёзд, чем видели птиц. Так, в 2009 г. силами двух отрядов были найдены около 150 гнёзд этой птицы в Западной Бетпакдале, где самки порой гнездились в 150–300 м одна от другой.

Из орнитологических наблюдений в Губинском районе, Северо-Восточный Азербайджан Гумбатова С.Э., Аскерова С.А.

Азербайджан, AZ1148, Баку, Бакинский университет;

e-mail: seva-zool@hotmail.com; sabina_askerova@mail.ru Наблюдения проводились на территории учебно-практической базы Бакинского государственного университета в Губинском районе (село Икинджи Нугяди, 500 м. над ур. м.) 17–20.05 и 7–18.07.2014 г., а также около селений Хыналыг (13.07), Афурджа (16.07) и оз. Чанлыбель (15.07). Наблюдения и учёты проводили ежедневно, общая протяжённость пеших маршрутов 18 км. Зарегистрированы 40 видов птиц. Участок 1 (длина маршрута 500 м) граничит с приусадебными наделами сельчан, отличается наличием старых фруктовых деревьев с вкраплениями огородов. Здесь самыми многочисленными видами оказались обыкновенная горихвостка – 6, иволга и чёрный дрозд – по 10 особей. Только здесь отмечены поползень, дубонос, большой пёстрый дятел. Участок 2 (длина маршрута 1 км) – вдоль горной речки;

здесь меньшее количество фруктовых деревьев, преобладание ежевики и кустарников, в целом, каменистые прибрежные полосы. Самые многочисленные виды: белая трясогузка – 18, чёрный дрозд – 15, серая ворона – 12 и большая синица – 10, только здесь отмечены южный соловей и сплюшка – по 6 особей. Участок 3 (длина маршрута

1.5 км) – горные луга, которые являются местом выпаса скота. Растительность по периферии с одной стороны кустарниковая, с другой – буково-грабовый лес, местами с преобладанием дуба. Преобладали:

жулан – 18, деревенская ласточка – 14 и сизый голубь – 9. Только здесь отмечены малый подорлик – 3, ястреб-тетеревятник – 1, осоед – 3, орёл-карлик – 2, степной орёл – 1, пеночка-теньковка – 6, желтобрюхая пеночка – 1, а выше по реке отмечена ястребиная славка – 4.

Долговременная динамика локальных авифаун на примере оз. Сулуколь, Западно-Казахстанская область Давыгора А.В.1, Шпигельман М.И.2 Россия, Оренбург, Оренбургский педагогический университет;

e-mail: davygora@esoo.ru Казахстан, Уральск, ОО «Западно-Казахстанское экологогеографическое общество»;

e-mail: c71305@mail.ru Сравнение исторического и современного состава локальных авифаун позволяет получить более полные и точные представления о содержании, направленности и причинах регионального фауногенеза.

При этом значительный интерес представляют районы, детально исследованные фаунистами прошлого. Одним из таких участков в УралоЭмбинском междуречье является оз. Сулуколь и прилегающие территории (верховья р. Утвы, оз. Сорколь, ур. Кандыкты, р. Калдыгайты, пески Аккум), получившие большую известность благодаря исследованиям, проведённым здесь в последней четверти XIX в. Н.А. Зарудным (1883, 1888, 1889, 1897). Наши наблюдения в данном районе проведены в течение 30 дней в 1991–1993, 1996, 2010 и 2014 гг.

Сравнение данных свидетельствует, что за вековой период в локальной авифауне накопились существенные изменения. Из видов, отмеченных на гнездовании в прошлом, нами не встречены Podiceps auritus, Circus cyaneus, Falco columbarius pallidus, Philomachus pugnax, Numenius tenuirostris, Larus ichthyaetus, L. canus, Delichon urbica, Anthus pratensis, Acanthis flammea и др.

Вместе с тем обнаружены новые виды. Часть из них появилась в итоге пульсаций границ гнездовых ареалов: Melanocorypha calandra, Calandrella brachydactyla, Sylvia curruca halimodendri и др. Другие вошли в состав местной авифауны в результате значительных по масштабам расселений: Hieraaetus pennatus, Charadrius alexandrinus, Streptopelia decaocto, Luscinia megarhynchos hafizi, Petronia petronia, Emberiza bruniceps.

Особую категорию составляют некоторые виды и факты, упоминаемые в ранних работах Н.А. Зарудного (1883, 1888). Часть из них была приведена в результате неточного определения: Stercorarius skua, Anthus richardi, а для значительного числа «северных» видов куликов ошибочно указано гнездование, что специально разобрано автором в обобщающей по Оренбургскому краю работе (Зарудный, 1897).

Наконец, некоторые гнездовые регистрации и залёты принадлежат к артефактам: Haliaeetus leucoryphus, Phalaropus lobatus, Larus argentatus, Stercorarius parasiticus, Stercorarius pomarinus, Motacilla cinerea. Их достоверность поставлена под сомнение более поздними авторами. Тем не менее, было бы большим упрощением считать все эти регистрации недостоверными, учитывая, что исследования Н.А. Зарудным проводились в отличных от современных ландшафтно-экологических, погодно-климатических и хозяйственноэкономических условиях. Анализ причин долговременных изменений локальной авифауны свидетельствует о сложном сочетании исторических, экологических и антропогенных факторов.

Жаворонки как объекты картографического изучения и анализа структуры их ареалов Даниленко А.К., Даниленко Е.А.

Россия, Москва, ул. 26 Бакинских Комиссаров, д. 12, корп. 3, кв. 40;

e-mail: evgeny.danilenko@yandex.ru Разработана методика составления карт структуры ареала вида на природной основе, раскрывающая закономерность пространственного размещения его населения. Задача решалась на территориях Северного Казахстана и равнинной части Алтайского края в 1956, 1957, 1960, 1962–1965, 1968 и 1969 гг., где объектом выступала широко распространённая группа птиц, представленная шестью видами жаворонков (полевой, чёрный, белокрылый, малый, солончаковый и рогатый), составляющих основу птичьего населения большинства доминирующих природно-территориальных комплексов (ПТК). Выбор жаворонков определялся наличием по ним массового материала: особи, или 19.8% от всех видов птиц, учтённых в 12518-и контурах, пересекаемых автомобильным маршрутом во время учёта с общей протяжённостью 33012 км.

Основной предмет исследования заключался в изучении: особенностей картографирования вида на границе и периферии его ареала;

роли и значения карты местообитаний животных в отражении населения вида на картах; принципов и приёмов экстраполяции материалов количественных учётов и практического применения положений методики к видам птиц, обладающих различными территориальными связями во времени и пространстве.

Исследование базировалось на представлениях о взаимосвязи и взаимообусловленности всех компонентов ландшафта. Ландшафтнозоогеографический подход позволил рассматривать и отображать на карте совокупность местообитаний и населения вида. В качестве основы использовалась карта местообитаний животных – специализированный по отношению к животному населению вариант ландшафтной карты. Количественные характеристики населения вида собирались в пределах конкретных ПТК. Если ареал – одна из необходимых характеристик вида, то ПТК – единственная арена существования пространственных группировок его населения. Поскольку неоднородность ареала определяется не только признаками самого вида, но и населяемой им территорией, то при изучении его структуры возникает необходимость выделения частей, играющих различную роль в годовом цикле жизни вида. Следовательно, под структурой ареала необходимо понимать выявление не только области различных уровней обилия вида, но и их приуроченности к определенным территориям, на которых складываются различные условия его существования.

С помощью разработанной автором методики установлена неоднородность ареала вида, в котором выделяется центральная часть, оконтуренная тремя периферическими полосами – внутренней, срединной и внешней. Детально описаны конфигурация и протяжённость полос у разных видов жаворонков, приведены характеристики типов распределения и обилия населения вида в каждой из полос. Описаны сезонная динамика обилия, продолжительность пребывания и характер использования территории видами на северных и южных отрезках внутренней и срединной периферических полос, приведены пределы экстраполяции первичных данных на типологически сходные местообитания в зависимости от структурных элементов ареала вида.

При проведении экстраполяции в установленных рамках получены карты распределения и численности жаворонков после гнездовых кочёвок, а для некоторых видов – на конец гнездового периода для обследованной территории.

Созданные на основе этих концепций карты ареалов – не иллюстрации к текстовым описаниям, а самостоятельные научные произведения – инструмент объективного познания их пространственной структуры.

О зимовке чёрного дрозда в Москве Даниленко Е.А., Даниленко А.К.

Россия, Москва, ул. 26 Бакинских Комиссаров, д. 12, корп. 3, кв. 40;

e-mail: evgeny.danilenko@yandex.ru Впервые за 40 лет регулярных наблюдений на юго-западе Москвы 17.01.2011 г. нами зарегистрирован самец чёного дрозда. Птица находилась в густых заснеженных ивовых зарослях, произраставших на берегу речки, на которой зимовали утки. В литературе (Калякин и др., 2011) встречи чёрных дроздов в «холодное время года» в Москве трактуются как их зимовка, однако, ни одно из свидетельств не гарантирует благополучного исхода зимовки чёрного дрозда, которому, как и другим перелётным видам, необходим корм и укрытия от хищников и непогоды. Регулярные наблюдения продолжались в тех же местах в 2011–2014 гг. Сразу было установлено, что дроздов оказалось несколько, и обитали они зимой на территории около 13–15 га. Иногда на кормёжке зимой наблюдали одновременно более десяти особей.

Наблюдения в целом составили более трёхсот часов, из них около половины в – «холодное время года», за которое в сумме были зарегистрированы более тысячи особей. Нет сомнений, что среди зимующих сейчас в Москве чёрных дроздов есть птицы, благополучно зимовавшие здесь и в предыдущие годы.

За период наблюдений выяснили: сроки формирования зимовки;

места кормёжки и кормовые объекты; время вылета на кормёжку и отлёта на ночевку; число птиц, одновременно кормящихся зимой; места отдыха и ночёвок; поведение зимой; взаимоотношения с другими видами птиц; реакцию птиц на людей и собак; гибель от хищников.

В результате наблюдений впервые были прослежены сроки формирования и благополучное протекание зимовок чёрных дроздов в Москве, определены размеры территории, занимаемой птицами в период зимовки.

Некоторые особенности гнездования сплюшки в низкогорьях окрестностей Алматы Дворянов В.Н.

Казахстан, Алматы, Общество любителей птиц «Ремез»;

e-mаil: dvorianov 36052@mail.ru Низкогорье Заилийского Алатау (800–2000 м над ур. м.) – это горная степь с богатым травостоем и отдельными, но многочисленными рощицами из плодово-ягодных деревьев. Горностепная зона до высот 1400–1500 м по природно-климатическим и кормовым условиям наиболее благоприятна для жизни сплюшки (Otus scops). Здесь совка стабильно обычна, а местами многочисленна. Её численность в первую очередь связана с обилием или редкостью яблонь. На старых яблонях часто образуются подходящие для гнездования дупла. Из-за особенностей горного рельефа, восточнее Алматы на этих высотах выпадает больше осадков, чем в горах к западу от города, что благоприятно сказывается на развитии лесной растительности. Встречаются здесь и заброшенные колхозные сады. В этих местах большинство сплюшек гнездится в дуплах, и количество их достигает наибольшей концентрации. К западу от города яблони более редки, поэтому там примерно 80–90% сплюшек гнездятся в сорочьих гнёздах. Дупло или скворечник обеспечивают гарантию, что молодняк благополучно вылетит из гнезда. В сорочьих гнёздах кладки яиц и птенцы погибают довольно часто. Особенно губительны бывают для практически открытых гнёзд сильные продолжительные ливни. Сплюшки, в отличие от сорок и ворон, не выдерживают натиска такой стихии, бросают гнёзда, и происходит массовая гибель их птенцов и кладок от переохлаждения.

Как результат – повторные поздние кладки, которые в свою очередь по ряду причин чаще подвергаются нападению хищников и даже сорок, чем более ранние.

На высотах 1500–1800 м сплюшки, как правило, тоже обычны, но если в конце мая выпадет снег и удержится на склонах около недели, то все совки на год-два исчезают полностью, после чего начинается медленное восстановление их численности.

В зоне еловых лесов (1800–2500 м) выпадение снега в конце мая – начале июня более заурядное явление, и сплюшки здесь практически не гнездятся.

Из-за потепления климата прилёт сплюшек в окрестности Алматы сместился почти на месяц. Так, в 50–60-е гг. и в начале ХХ в. первое появление совок весной, за редким исключением, отмечалось последними числами апреля – началом мая (Гаврин, 1962). В настоящее время птицы прилетают к нам в I декаде апреля. Если погода тёплая и без осадков, то и в первых числах месяца. Все сплюшки, при отсутствии каких-либо непредвиденных помех, к откладке яиц приступают во II декаде мая. Благодаря этому, период выкармливания и докармливания птенцов приходится на массовый вылет в июне хрущей и появление в большом количестве прямокрылых. Кроме того, полтора месяца между прилётом и началом гнездования дают сплюшкам возможность «определиться» с размером кладки. Тёплая, дождливая весна сулит богатый травостой и благоприятные условия для насекомых. Число яиц в такие годы в большинстве гнезд сплюшек 4–5, изредка 6. В засушливые годы часто бывает всего лишь 2–3 яйца.

Распространение и численность грача в приграничном Оренбургско- Казахстанском регионе Дебело П.В.1, Левыкин С.В.2 Россия, Оренбург, Оренбургский университет;

e-mail: ecology@mail.osu.ru Россия, Оренбург, Институт степи Уро РАН;

e-mail: orensteppe@mail.ru Происходящие с середины ХХ столетия значительные изменения экологической ситуации в регионе, в частности, создание обширной сети полезащитных и придорожных лесополос, существенно сказалось на размерах и структуре ареала многих дендрофильных видов птиц, в т.ч. и грача. На территории Актюбинской и смежных районов Костанайской областей в прошлом было известно только 5 крупных и несколько мелких колоний в верховьях рек Эмбы, Уила и по Иргизу (Гаврин, 1974). На автомобильном маршруте по маршруту Оренбург-Актюбинск-Хромтау-Комсомольское-оз. Айке-пос. Торгайоз. Сарыкопа-Карабуток-Актюбинск-Бадамшинский-Орск общей протяжённостью около 2 тыс. км. 29.05–5.06.2012 г.

выявлены 20 новых мест гнездования, в т.ч.:

– у пограничного пункта Жайсан в примыкающей лесополосе, где гнездились около 250 птиц, ещё скопление не менее 500 особей наблюдали в 12 км южнее по трассе к Актюбинску (вероятно, гнездились где-то поблизости);

– в окрестностях г. Актюбинска 2 колонии по 50 гнёзд отмечены в полосах у дорог к Каргалинскому вдхр. и г. Хромтау. Около 20 особей наблюдали в рекреационной зоне Актюбинского вдхр. и 70 особей – в долине р. Орь, у п. Богетсай (возможно, гнездились в ближайшей полосе);

– вблизи п. Комсомольское колонии по 50, 80, 120 и 170 гнёзд отмечены на пути к пос. Ушкатты, около 500 гнёзд (самая крупная колония) по трассе на г. Костанай, 70 гнёзд у п. Актысты и 40 гнёзд на кладбище у п. Айке;

– между посёлками Ушкатты и Кызылту в колониях было по 50, 100 и 200 гнёзд;

– по трассе Карабутак – Богетсай учтены 3 колонии по 25–40 и 4 колонии по 50–70 гнёзд (всего 330).

Помимо этих жилых колоний восточнее г. Актюбинска отмечены крупные скопления у пос. Уркач (120 особей), пос. Ярославский (80), на полевом стане у пруда южнее оз. Шалкаркарашатау (280), в долине р. Кабырги (20) и у пос. Тауш по трассе к оз. Сарыкопа (40), но мест гнездования вблизи не найдено. Кроме того, повсеместно встречались небольшие группы бродячих грачей (всего 150 особей).

Подавляющее большинство колоний располагалось на высокоствольных участках лесополос по западинам, долинам рек и балок с хорошо развитой разнотравно-злаковой растительностью и обилием насекомых (прямокрылых, жуков и др.). Ещё 3 колонии находились на окраинах населённых пунктов. В полезащитных полосах с примыкающими посевами зерновых культур колонии не обнаружены.

Вероятно, обеспеченность животным кормом молодых в период гнездования (помимо наличия удобных мест для гнездования) является важнейшим фактором, определяющим пространственное размещение колоний. Семена злаков начинают играть важную роль в питании грачей после вылета молодых и во время послегнездовых кочевок.

Ярусное распределение птиц в различных типах леса в Окском заповеднике Денис Л.С.

Россия, Рязанская обл., Спасский р-н, Окский заповедник;

e-mail: denisa_ls@mail.ru Лесные массивы – биотопы, наиболее обильно населённые птицами. При анализе населения отмечено, что большая плотность в смешанных и лиственных лесах, больше специфичных видов – в хвойных.

Проведенные в 2000–2014 гг. работы на пробных площадях в трёх лесных биотопах (сосновом, дубовом и ольховом) Окского заповедника позволили выявить следующие особенности. Наибольший видовой состав в дубраве и сосняке – 49, в ольшанике – 37 видов. Общими для всех площадок оказались 28 видов. Распределение птиц по территории происходит как горизонтально (границы гнездовой территории), так и вертикально (высота расположение гнёзд). Ярусное распределение в каждом биотопе имеет свои особенности. В сосновом лесу преобладают виды, гнездящиеся в кроне (выше 2 м над землей) и дуплогнездники – долевое участие 35.4 и 32.2%, соответственно; высока доля птиц, гнездящихся на земле – 24% от общего населения птиц. Доля птиц травяного и кустарникового яруса, от 0.5 до 2 м над землёй, - 7.8%. В ольшанике наибольшая доля кронников – 44.4%, дуплогнёздников – 36.9%, птиц кустарникового яруса – 12.6%, гнездящихся на земле – 6.1%. В дубраве наибольшее участие дуплогнёздников – 36.8%, несколько меньше кронников – 29%, гнездящихся в кустарниковом ярусе и на земле имеет близкие значения: – 16.3 и 19.7%, соответственно. Среди кронников наибольшую долю на всех площадках имеет зяблик – 23–33% от общего населения птиц. Всего отмечены около 600 гнёзд птиц всех типов гнездования. Наиболее консервативны в выборе месторасположения гнезда в ольшанике мухоловка-белошейка – на березе, высота 12–15 м, в дубраве – серая мухоловка – полудупла на дубе, высота 4–8 м. Мелкие дуплогнёздники используют ниши и дупла, выдолбленные дятлами, морозобоины, в основном на высоте 2–6 м, лазоревка в дубраве выше – до 8 м. Наиболее разнообразно ярусное распределение у дроздов: на земле, в основании веток около стволов деревьев, ниши и полудупла в сухих стоящих стволах дубов на высоте до 6 м, на можжевельнике. Самое высокое расположение гнёзд у дерябы – до 12 м. Дрозды и садовая славка используют различные породы деревьев, подрост и подлесок во всех биотопах. Также ведёт себя зяблик в сосняке и дубраве. Ширина экологической ниши (индекс Симпсона – S), относительно использования ярусов кроны, у зяблика в сосняке – 4.81, в дубраве – 4.17, в ольшанике –

2.2. Для певчего дрозда ширина экологической ниши в сосняке S=3.12, в дубраве – 3.01, в ольшанике – 1.61. У садовой славки близкие значения S во всех биотопах: сосняк – 2.96, дубрава – 2.57, ольшаник – 2.92.

Отметим, что ярусное распределение для многих видов имеет специфический характер. Наиболее пластичны в выборе мест гнездования зяблик и певчий дрозд в сосняке и дубраве, садовая славка во всех биотопах.

Зимующие водоплавающие и околоводные птицы дагестанского побережья Каспийского моря Джамирзоев Г.С.1, Букреев С.А.2 Россия, заповедник «Дагестанский»;

e-mail: dzhamir@mail.ru Россия, Институт проблем экологии и эволюции им. А.Н. Северцова РАН;

e-mail: sbukreev62@mail.ru На дагестанском побережье Каспийского моря зимует 70 видов водоплавающих и околоводных птиц, условно разделенных нами на регулярно зимующих (36 видов): малая поганка (Tachybaptus ruficollis), черношейная поганка (Podiceps nigricollis), чомга (P. cristatus), кудрявый пеликан (Pelecanus crispus), большой баклан (Phalacrocorax carbo), малый баклан (Ph. pygmaeus), большая белая цапля (Casmerodius albus), малая белая цапля (Egretta garzetta), серая цапля (Ardea cinerea), серый гусь (Anser anser), лебедь-шипун (Cygnus olor), лебедь-кликун (C. cygnus), кряква (Anas platyrhynchos), чироксвистунок (A. crecca), серая утка (A. strepera), свиязь (A. penelope), шилохвость (A. acuta), широконоска (A. clypeata), красноносый нырок (Netta rufina), красноголовый нырок (Aythya ferina), хохлатая чернеть (A. fuligula), гоголь (Bucephala clangula), луток (Mergellus albellus), большой крохаль (Mergus merganser), водяной пастушок (Rallus aquaticus), камышница (Gallinula chloropus), лысуха (Fulica atra), чибис (Vanellus vanellus), черныш (Tringa ochropus), бекас (Gallinago gallinago), вальдшнеп (Scolopax rusticola), черноголовый хохотун (Larus ichthyaetus), малая чайка (L. minutus), озёрная чайка (L. ridibundus), хохотунья (L. cachinnans), сизая чайка (L. canus); встречающихся на зимовке нерегулярно (19 видов): чернозобая гагара (Gavia arctica), серощёкая поганка (Podiceps grisegena), большая выпь (Botaurus stellaris), кваква (Nycticorax nycticorax), рыжая цапля (Ardea purpurea), белолобый гусь (Anser albifrons), пискулька (A. erythropus), огарь (Tadorna ferruginea), пеганка (T. tadorna), белоглазый нырок (Aythya nyroca), морская чернеть (A. marila), савка (Oxyura leucocephala), длинноносый крохаль (Mergus serrator), султанка (Porphyrio porphyrio), шилоклювка (Recurvirostra avosetta), гаршнеп (Lymnocryptes minimus), большой кроншнеп (Numenius arquata), короткохвостый поморник (Stercorarius parasiticus), морской голубок (Larus genei) и случайно зимующих, отмечающихся единично (15 видов): красношейная поганка (Podiceps auritus), краснозобая казарка (Branta ruficollis), розовый фламинго (Phoenicopterus roseus), малый лебедь (Cygnus bewickii), чирок-трескунок (Anas querquedula), морянка (Clangula hyemalis), синьга (Melanitta nigra), турпан (M. fusca), галстучник (Charadrius hiaticula), большой улит (Tringa nebularia), травник (T. totanus), перевозчик (Actitis hypoleucos), чернозобик (Calidris alpina), песчанка (C. alba), большой веретенник (Limosa limosa).

Преобладают среди зимующих птиц представители отрядов Anseriformes (29 видов) и Charadriiformes (21); остальные представлены небольшим числом видов: Ciconiiformes – 6, Podicipediformes – 5, Gruiformes – 4, Pelecaniformes – 3, Gaviiformes – 2, Phoenicopteriformes – 1.

Общая численность колеблется в разные годы от 35 до 188 тыс.

особей, она выше в умеренные и суровые зимы, нежели в мягкие, что объясняется большей локализацией скоплений птиц в такие зимы. Доминирующим видом является хохлатая чернеть (от 30 до 60%), однако в экстремально суровые зимы, когда по побережью образуется ледостав, она уступает крякве и чайкам – хохотунье и сизой. Среди редких и исчезающих видов максимальная численность отмечалась у кудрявого пеликана – до 3–4 тыс. особей, малого баклана – до 500, пискульки – до 250, белоглазого нырка – 50, большого кроншнепа до 200, шилоклювки – до 300, черноголового хохотуна – до 500.

Морфометрия гнезд и оологические показатели некоторых мелких воробьиных птиц в Южном Дагестане Джигерова Ф.М.

Россия, Дагестан, Махачкала, ПИБР ДНЦ РАН;

e-mail: f.mirzekulieva@yandex.ru Исследования проводили в Сулейман-Стальском районе, на территории Касумкентского заказника, в гнездовой период 2013–2014 гг.

Проведены измерения гнёзд по следующим параметрам: высота гнезда (H), диаметр гнезда (D), глубина лотка (h), диаметр лотка (d). Для дуплогнёздников измеряли диаметр летка и глубину дупла, для длиннохвостой синицы – диаметр гнезда, высоту гнезда и диаметр лётного отверстия. Произведены также стандартные замеры яиц: длина (L) и ширина (B). При сборе и обработке материала применялись традиционные методы (Новиков, 1953; Романов, Романова, 1959; Михеев, 1975; Hoyt, 1979; Лакин, 1990).

Получены данные по морфометрии 164 гнёзд. Для видов с большей выборкой (n5) определены максимальные и минимальные параметры гнёзд. Средние параметры гнёзд составили: для чёрного дрозда – 116107.896.276.2 мм; максимальные и минимальные значения – 90–15060–12570–12055–100 мм (n=106), певчего дрозда – 119979362 мм; максимальные и минимальные значения – 85– 13080–10580–11550–75 мм (n=5), дерябы – 14011010565 мм (n=1), дубоноса – 10073.37571.6 мм (n=3), жулана – 1047574.749, мм; максимальные и минимальные значения – 75–12065–10560– 9040–60 мм (n=17), пеночки-теньковки – 80503045 мм (n=1), обыкновенной горихвостки – 75557046 мм (n=2), большой синицы – 46.169.1 мм; максимальные и минимальные значения – 55–7540–105 мм (n=6), московки – 50220 мм (n=1), лазоревки – 55275 мм (n=1), длиннохвостой синицы – 6910850 мм (n=2), зарянки – 95607045 мм (n=1), черноголовой славки – 80506540 мм (n=1), крапивника – 70806075 мм (n=4), обыкновенного скворца –

75197.5 мм (n=2), белой трясогузки – 110758550 мм (n=2), деревенской ласточки – 125708555 мм; максимальные и минимальные значения – 120–13050–8085–9040–60 мм (n=9).

Определены оологические показатели 216 яиц. Средний размер яиц составил: для чёрного дрозда (n=106) – 30.222.3 мм, жулана (n=47) – 23.616.6 мм, певчего дрозда (n=7) – 29.923.2 мм, дубоноса (n=8) – 27.824.1 мм, дерябы – 29.220.5 мм (n=4), обыкновенной горихвостки – 19.614.5 мм (n=6), черноголовой славки (n=5) – 20.414.4 мм, белой трясогузки (n=6) – 18.513.8 мм, крапивника (n=10) – 17.313.1 мм, деревенской ласточки (n=15) – 19.314 мм.

Для большинства видов данные по морфометрии гнёзд и оологическим показателям получены впервые для Касумкентского заказника и Южного Дагестана.

К вопросу об оценке численности чёрного аиста в Полесском регионе Беларуси Дмитрёнок М.Г., Пакуль П.А.

Беларусь, Минск, ГНПО «НПЦ НАН Беларуси по биоресурсам»;

e-mail: marinabiitern@rambler.ru, anderer@tut.by Чёрный аист в Беларуси – малочисленный вид, распространённый по всей территории страны, занесён в Красную книгу Беларуси с 1981 г. Здесь обитает около 12% европейской популяции вида. Последняя оценка численности чёрного аиста в Беларуси сделана в конце прошлого столетия, и базируется в основном на данных анкетных опросов работников лесного хозяйства (Самусенко, 1987; Никифоров, 1997). Однако наш опыт показывает, что лесники за гнёзда чёрного аиста часто принимают крупные гнёзда хищных птиц, многие труднодоступные гнёзда не учитываются. До наших исследований специальные учёты вида проводили в северной части Беларуси (Byshnev, 1993; Ivanovsky, 1993) и в нескольких заповедниках на юге страны.

Учёты проводили путём поиска гнёзд вида, что в крупных лесных массивах весьма трудоёмко. Начиная с 2003 г. в Полесском регионе начаты работы по мониторингу чёрного аиста на трёх стационарных площадках. При сопоставлении полученных данных с данными анкетных опросов выдвинуто предположение, что численность вида в Беларуси занижена (Dombrovski et al., 2008).

В 2013 г. мы попытались более точно оценить численность вида на территории одной из шести областей Беларуси. Нами проведены учёты территориальных пар чёрного аиста в 11 из 16 районов Брестской области, площадь учётных площадок в каждом из районов составила от 40 до 510 км2 леса (всего 3090 км2). Площадки выбирали случайным образом независимо от типа леса, учёты численности проводили визуальным методом (Dmitrenok et al., в печати). Всего учтена 71 территориальная пара чёрного аиста, средняя плотность на площадках составила 2.3 пары на 100 км2 леса (от 0.4 в Барановичском до 4.2 в Пинском р-не). Мы сравнивали результаты наших учётов с официальными данными лесхозов. Для ряда районов выявлены существенные различия. Например, в Кобринском р-не, где лесопокрытые площади составляют 495.4 км2, численность вида нами оценивается в 4–5 (учтены 2 пары на 231.3 км2) гнёзд, тогда как по данным лесхоза там имеется 11 гнёзд черного аиста; в Пинском р-не (площадь лесов

1043.52 км2) по данным лесхоза 14 гнёзд, а по нашим оценкам здесь живёт около 45 пар (учтены 11 пар).

Существенно выделяется среди прочих площадка, расположенная в заказнике Средняя Припять (Столинский р-н Брестской обл.).

Девятилетний мониторинг популяции вида показал высокую и стабильную численность чёрных аистов на данном участке (20–22 пары, плотность 32.7 пары/100 км2 леса).

Использованная нами методика учёта чёрного аиста на больших площадях даёт основание считать, что на территории Брестской области обитает около 344 пар чёрного аиста, средняя плотность на область составляет 1.05 пары/100 км2. В будущем подобная работа планируется и в остальных областях Беларуси.

Состояние гнездовой популяции большого подорлика в Ривненском заповеднике (Украина) в 2012-2014 гг.

Домашевский С.В.1, Домбровский В.Ч.2, Франчук М.В.3, Скирпан Н.В.4 Украина, Киев, Украинский центр исследований хищных птиц;

e-mail: domashevsky@gmail.com Беларусь, Минск, Институт зоологии НАН Беларуси;

e-mail: valdombr@rambler.ru Украина, Сарны, Ривненский природный заповедник;

e-mail: rpz-10@ukr.net Украина, Львов, Львивский национальный университет им. И.Я. Франка;

e-mail: kolya1992@gmail.com Ривненский природный заповедник расположен в Ривненской (Ровенской) обл. в приграничном регионе с Беларусью (северо-западная Украина). В 2012–2014 гг. здесь были окольцованы 6 птенцов большого подорлика и 3 гибридных птенца из смешанной пары с малым подорликом. Успешность гнездования, рассчитанная как отношение успешных пар к их общему числу, за этот период составила 69.2% (n=13). Орлы размещали гнёзда на сосне обыкновенной и ольхе чёрной (11 и 2 случая). При успешном размножении в гнёздах было по одному птенцу и лишь в одном случае – два. Общая численность большого подорлика, гнездящегося в заповеднике, составила 7–9 пар.

Состояние гнездовой группировки этой популяции можно считать стабильно успешным. Орлы поселяются в труднодоступных участках низинных и верховых болот. В питании большого подорлика были обнаружены лягушки, обыкновенный уж, небольшая утка, канюк, тетерев, пастушок, погоныш, бекас, мелкая воробьиная птица, кутора, ондатра и полёвки: водяная, обыкновенная и экономка.

Эстуарий рек Хайрюзова и Белоголовая – ключевое место для мигрирующих куликов Западной Камчатки Дорофеев Д.С.1, Добрынин Д.В.2, Казанский Ф.В.3 Россия, Москва, Московский филиал ФГБУ ВНИИэкология;

e-mail: dmitrdorofeev@gmail.com Россия, Москва, БИЗНЕС-ПАРК «Румянцево»;

e-mail: ddobrynin@scanex.ru Россия, Камчатка, Кроноцкий биосферный заповедник;

e-mail: f.kazansky@gmail.com Западное побережье Камчатки нельзя отнести к районам, регулярно обследуемым орнитологами. Связано это, в первую очередь, с труднодоступностью этих мест и не самыми благоприятными климатическими условиями для работы. Между тем, вдоль побережья Западной Камчатки пролегает отрезок одного из наиболее протяжённых миграционных путей птиц в мире – Восточноазиатско-Австралийского.

На данный момент численность почти всех видов куликов, пользующихся этим пролётным путём, снижается (Bamford et al., 2012).

Основной причиной снижения численности мигрирующих видов куликов считается активное строительство портовых сооружений в Китае, в местах зимовок и промежуточных миграционных остановок (MacKinnon et al., 2012). Как показали данные индивидуального и спутникового мечения, для преодоления столь значительных расстояний, от Чукотки до Австралии и Новой Зеландии и обратно, птицам требуется несколько промежуточных остановок (Wilson, Barter, 1998).

Практически все виды куликов, гнездящиеся на территории Камчатки и Чукотки, зимуют в странах Азии и Австралии. В конце сезона размножения многочисленные стаи этих птиц можно встретить на береговых осушках Охотского моря.

В 2011–2012 гг. нами проведены учёты птиц на литорали в объединённом эстуарии рек Хайрюзовой и Белоголовой. Учёты показали, что в настоящее время численность миграционных скоплений различных видов куликов в объединённом эстуарии названных рек доходит до 15 000–18 000 особей на пике численности. Всего было учтен 21 вид куликов, в скоплении доминировали большие песочники (Calidris tenuirostris), большие (Limosa limosa) и малые (L. lapponica) веретенники, чернозобики (Calidris alpina) и песочники-красношейки (C. ruficollis). Из редких видов необходимо отметить присутствие дальневосточного кроншнепа (Numenius madagascariensis) и лопатня (Eurynorhynchus pygmeus).

Основываясь на данных космоснимков Landsat 7 и Landsat 8, мы провели работы по оценке площади литоральных осушек эстуариев рек, находящихся на западном побережье Камчатки. Эти снимки обладают средним пространственным разрешением (размер пиксела 30 Х 30м) и значительной шириной охвата кадра (180 180 км), достаточным для выявления сгонно-нагонных зон и приливно-отливных осушек на таких протяжённых объектах, как западный берег п-ова Камчатка. Оцененная по спутниковым данным площадь литорали в эстуарии Хайрюзова-Белоголовая составляла на 8.08.1999 г. порядка 43 км2. С помощью этой же методики были определены площади литоральных осушек на всех крупных реках западной Камчатки – Пенжине, Таловке, Тигиле, Воямполке, Морошечной. Все они оказались меньше площади осушек литорали в эстуарии рек Хайрюзова и Белоголовая. Помимо этого, была выявлена неоднородность в структуре литоральной осушки и выделено 4 различных по составу и происхождению части осушки.

Основываясь на полученных данных, можно сделать вывод, что эстуарий рек Хайрюзова и Белоголовая является ключевым местом для многих мигрирующих видов куликов и заслуживает более детального исследования и организации на этой территории особо охраняемой природной территории.

О гнездовании малой поганки на юге Верхнего Приамурья Дугинцов В.А.

Россия, Благовещенск;

e-mail: dugincov1955@mail.ru Впервые в регионе гнездовая пара малых поганок (Tachybaptus ruficollis) была найдена мной в 2008 г. на мелководном озере, расположенном в 1.5 км к северо-западу от с. Дроново Благовещенского района. В 2012 г. 6 пар гнездились на оз. Монументское, в 2 км к западу от Благовещенска, а 5 пар – на небольшом зарастающем водохранилище у с. Ивановка Ивановского района.

Проведены наблюдения за 6 парами поганок на оз. Монументское (левобережная пойма Амура в 500 м от берега реки). В озере преобладают глубины 0.6–0.8 м, в некоторых местах они достигают 1.4 м.

Дно густо поросло погруженными водными растениями. Сообщества прибрежно-водных растений, лентой шириной от 2–3 м до 25–30 м, опоясывают берега по периметру. Прибрежные мелководья создают благоприятные условия для формирования небольших (до 2 м2) разреженных куртин тростника и рогоза. Из 6 учтённых гнёзд 4 были устроены в разреженных куртинах тростника, одно – в густых зарослях тростника, залитых водой, ещё одно – на открытой воде в 4 м от берега, на глубине 12 см. Размеры гнёзд: наибольший диаметр основания на уровне воды – 32–39 см, наименьший – 28–36 см; наружный диаметр лотка – 19–21, наибольший внутренний диаметр – 10.5–11, наименьший – 9.5–10.5 см. Глубина лотка – 2–3 см. Над водой гнёзда возвышались на 3–10 см.

Как строительный материал поганки использовали водные и водно-болотные растения. Поганки, гнёзда которых были устроены в разреженных куртинах и на открытой воде, маскировали постройки зелёными листьями. Когда шквалом было сорвано много листьев черёмухи, птицы незамедлительно собрали часть плавающих листьев и обложили ими гнездо.

Свежеснесённые яйца малых поганок имеют чисто-белую окраску с матовым оттенком и слегка шероховатой поверхностью скорлупы. Цвет скорлупы в ходе насиживания в разных кладках изменяется от тёмно-кремового до охристого, становится неоднородным. Яйца удлинённо-эллипсоидные, с видимой разницей длины у разных пар.

Размеры (n=29): 35.2–40.224.8–26.7 мм. Разница в длине яиц в разных кладках достигала 5 мм, тогда как ширина их изменялась незначительно – 1.9 мм. Минимальный размер кладки – 2 яйца, максимальный – 7 яиц. Завершённых кладок с 2, 3, 5 и 7 яйцами было по одной, две кладки содержали по 6 яиц. Из 29 яиц вывелись 28 птенцов, в одном эмбрион погиб на последних стадиях развития.

Ранняя незавершённая кладка из двух яиц найдена 19.06, наиболее поздняя незавершённая кладка (2 яйца) обнаружена 8.07. Таким образом, растянутость сроков начала откладки яиц составила не менее 18–20 дней. Вторых кладок не отмечено. Визуальное изучение окраски взрослых птиц и анализ фотографий позволяют отнести птиц к восточноазиатскому подвиду T. ruficollis poggei (Reichenow, 1902).

Очерк сравнительной экологии северной и тусклой зарничек в зоне симпатрии, по материалам из Байкальского региона Дурнев Ю.А.

Россия, Санкт-Петербург, Рос. педуниверситет им. А.И. Герцена;

e-mail: baikalbirds@mail.ru Таксономическое положение двух резко различающихся форм зарнички – северной (Phylloscopus inornatus inornatus) и тусклой (Ph.i. humei) до сих пор однозначно не установлено. По данным наших 40-летних исследований, узкая полоса симпатрии северной зарнички, широко распространённой в подзоне северной тайги всей Центральной и Восточной Сибири, и тусклой зарнички, имеющей в горах Прибайкалья крайнюю северную точку своего ареала, находится в горных хребтах, образующих южный борт Байкальского рифта от югозападной оконечности Байкала до горного массива Мунку-Сардык на северном берегу Хубсугула.

В период сезонных миграций северная зарничка встречается здесь повсеместно. Миграции тусклой зарнички проходят в субальпийском поясе через горные перевалы, поэтому в межгорных впадинах она встречается исключительно редко. Северная зарничка в гнездовое время населяет исключительно лиственничные леса; тусклая зарничка гнездится в полосе кедрово-пихтовых лесов у их верхней границы на Хамар-Дабане и в кедрово-лиственничных высокогорных парках Мунку-Сардыка; размножается она и в кустарниковых тундрах обоих горных хребтов.

Постройка гнезда у северной зарнички происходит в первых числах июня. Гнездо в виде маленького шалашика с боковым входом располагается в нишах напочвенного мохового покрова, чаще всего у валежины, под упавшей сухой веткой и в других подобных укрытиях.

Постройка весьма неаккуратная, её наружная часть свита из тонких сухих травинок, прошлогодних полупрозрачных стеблей хвоща, волокон почерневшего луба, веточек зелёного мха; в выстилке лотка используются только тончайшие стебельки трав.

Тусклые зарнички строят гнезда в середине июня. Гнезда располагаются в почвенных нишах невысоких вертикальных обнажений по склонам, вдоль троп, следов старых селей, среди зарослей рододендронов (золотистого, Адамса, мелколистного), филлодоце, сиббальдий, шикш, черники, кладоний и других высокогорных растений. Гнездо целиком скрыто в нише, компактное, аккуратно свитое из тонких сухих травинок (преимущественно Poa sibirica); лоток хорошо утеплённый, с большим количеством зимней шерсти северного оленя, кабарги, изюбря.

В питании птенцов северной зарнички доминируют двукрылые (72% встреч), гусеницы бабочек (45%), личинки пилильщиков (40%), тли (25%), пауки (15% встреч). Рацион птенцов тусклой зарнички представлен гусеницами бабочек (56% встреч), имаго длинноусых двукрылых (50%), личинками жуков (43%), равнокрылыми хоботными (32%), мелкими пауками (21% встреч).

Наши данные по особенностям высотного распределения Ph. i. inornatus и Ph. i. humei показывают, что северная зарничка гнездится в лесах среднегорья, а тусклая занимает гнездовые участки начиная с верхней границы лесного пояса до кустарниковых тундр включительно. Таким образом, в значительной части совместного обитания зарничек речь идет о «плоской» или «кажущейся» симпатрии, на самом деле птицы населяют разные высотные пояса.Тем не менее, в верховьях левых притоков Среднего Иркута (хребет Мунку-Сардык) мы обнаружили локальную территорию, где гнездовые участки обоих подвидов образуют сложную мозаику, зачастую перекрываясь. Никаких признаков гибридизации форм зарничек (включая т.н. «гибридные» песни) за период наблюдений нами не отмечено.

Особенности динамики ареалов воробьиных птиц Северного Прикаспия в начале XXI в., по материалам заповедника «Чёрные Земли»

Дурнев Ю.А.1, Бадмаев В.С.2, Манджиев Х.Б.2 Россия, Санкт-Петербург, Рос. педуниверситет им. А.И. Герцена;

e-mail: baikalbirds@mail.ru Россия, Калмыкия, биосферный заповедник «Чёрные Земли»;

е-mail: zapovchz@mail.ru Заповедник «Чёрные Земли» создан в 1990 г. для сохранения и изучения природных степных и полупустынных комплексов северозападной части Прикаспийской низменности и Кумо-Манычской впадины. За 24-летний период орнитологических исследований (1990– 2013 гг.) на степном участке площадью 93.5 тыс. га получены сведения о распространении, численности и экологии 157 видов птиц, некоторые из которых представляют определённый интерес в плане обсуждения общей динамики природной среды Северного Прикаспия.

Так, гнездовой ареал чёрной каменки (Oenanthe picata) ещё недавно простирался к северу до 40–42° с.ш.: линия Красноводск – Большой Балхан – западные предгорья Тянь-Шаня (Степанян, 2003). В Чёрных

Землях в районе кордона Ацан-Худук этот вид наблюдали с 2013 г.:

первые самки чёрной каменки отмечены 20–21 апреля; очень тёмных и ярких самцов морфы opistholeuca наблюдали на кордоне с 26 апреля. Максимальное число чёрных каменок отмечено 29 апреля: в этот день среди построек и мусорных контейнеров кордона держались до 10 особей обоих полов. Количество наблюдавшихся чёрных каменок, особенности их появления и пребывания в Чёрных Землях говорят, на наш взгляд, о неслучайном характере этой встречи, хотя никаких других сведений об этом виде в Северном Прикаспии пока нет.

Анализ многолетней динамики ареала черноголовой овсянки (Emberiza melanocephala) показывает, что в 1930-е гг. она активно расселялась в Прикаспии с запада на восток и до середины 1960-х гг. в небольшом числе гнездилась в глинистых полупустынях Заволжья в окрестностях Джаныбекского стационара Института лесоведения РАН; с 1966 г. овсянка здесь не наблюдалась (Линдеман и др., 2005;

Быков и др., 2009). В Чёрных Землях черноголовая овсянка гнездится стабильно: первые самцы появляются на степном участке в конце апреля; по утрам отдыхающие на ильмах кордона Ацан-Худук самцы активно поют. С 4–5.05 в низкорослых джузгунниках южнее и восточнее кордона встречаются территориальные самцы и, хотя образование гнездовых пар в 2013 г. нам наблюдать не удалось, этот вид в Западном Прикаспии пока сохраняет очаг обитания.

Желчная овсянка (Emberiza bruniceps) остаётся пока исключительно редким видом Чёрных Земель: ярко окрашенных взрослых самцов лишь дважды (29 и 30.04.2013 г.) наблюдали на территории кордона Ацан-Худук. Самцы кормились в рудеральной зоне кордона и «вполголоса» пели на земле. Известно, что в 1920–1930-е гг. желчная овсянка активно расселялась в Прикаспии и последующие два десятилетия была обычной гнездящейся птицей Джаныбекского стационара Института лесоведения РАН; затем она практически исчезла, но с 2005 г. стала отмечаться вновь (Линдеман и др., 2005; Быков и др., 2009). Не исключено, что и наши встречи этой овсянки в Чёрных Землях связаны с отмеченной в Заволжье тенденцией.

Вероятно, отмеченные изменения ареалов этих динамичных видов воробьиных птиц являются своеобразным индикатором разнонаправленных изменений природной среды Чёрных Земель: дальнейшей ксерофитизации растительных сообществ, закрепления подвижных песков и формирования местообитаний рудерального характера.

Материалы по экологии питания сибирской чечевицы в горных хребтах Прибайкалья Дурнев Ю.А.1, Фёдоров А.В.2 Россия, Санкт-Петербург, Рос. педуниверситет им. А.И. Герцена;

e-mail: baikalbirds@mail.ru Россия, Бурятия, Баргузинский биосферный заповедник;

e-mail: barguzin_zap@mail.ru Сибирская чечевица (Carpodacus roseus) до настоящего времени остаётся одним из наименее исследованных видов птиц, обитающих в Сибири и на Дальнем Востоке. В границах Байкальского региона она встречается постоянно, в осенне-зимний период ведёт номадный образ жизни в поисках участков леса с достаточным для её питания урожаем семян хвойных деревьев. На таких территориях формируются локальные гнездовые группировки сибирской чечевицы, которые после благополучной зимовки приступают здесь же к размножению. Видовой рацион в нивальный период составляют только семена основной лесообразующей хвойной породы данного биотопа – пихты, ели, лиственницы, сосны, кедра или кедрового стланика. При этом стратегия поиска семян весьма разнообразна: осенью чечевицы «выгрызают» их из ещё закрытых шишек; в сухие морозные зимы птицы выдергивают «крылатки» из-под оттопыренных чешуек; в конце зимы собирают семена с поверхности наста, а по мере таяния снега начинают находить их в лесной подстилке.

Локальные гнездовые поселения сибирской чечевицы в прибайкальских горах мы обнаруживали за 40-летний период наблюдений не более 7 раз, число гнёзд в них изменялось от 3 до 14. Наиболее обстоятельные исследования нам удалось провести в пихтовом среднегорье центральной части Баргузинского хребта, у верхней границы кедрово-пихтового лесного пояса Хамар-Дабана и в хвойных лесах предгорного шлейфа Байкальского хребта в районе мыса Покойники. Анализ крупных (от 78 до 124 проб) выборок копроматериалов птенцов старшего возраста, собранных с краёв массивных гнездовых чаш, показывает, что чечевицы выкармливают потомство самыми разнообразными насекомыми, формирующими массовые концентрации.

Так, в Баргузинском хребте основу рациона птенцов в конце мая и начале июня составляли имаго подёнок и веснянок, в массе вылетающих из горных речек. В Хамар-Дабане в трофике поздних выводков доминировали крылатые самки и самцы муравьёв-древоточцев. На западном берегу Байкала у подножия Байкальского хребта в III декаде июня взрослые чечевицы выкармливают гнездовых птенцов и слётков ручейниками, покидающими в это время воды озера. Содоминирующие группы корма поражают своим разнообразием: в них отмечены личинки и имаго всех основных семейств насекомых, характерных для таёжных лесов Прибайкалья. Зелёные семена разнообразных ив, душистого тополя, одуванчиков присутствуют примерно в 1/3 обследованных копроматериалов. С началом осени стайки сибирских чечевиц некоторое время отмечаются в интразональных растительных сообществах с достаточным количеством доступных сезонных кормов – в опушечных и приречных зарослях рябины, яблони Палласа, облепихи и сорного разнотравья.

Таким образом, в отношении трофики сибирская чечевица является видом, узко специализированным к потреблению в нивальный период высококалорийных, но крайне нестабильных в отношении урожая семян хвойных древесных пород. Обилие локальных участков с собственными вариантами микро- и наноклиматов и динамики плодоношения хвойников делает горы Прибайкалья экологически оптимальной частью современного ареала сибирской чечевицы. Возможно, здесь расположен и центр происхождения этого типичного тажного вида.

Эколого-поведенческие адаптации закрытогнездящихся птиц в урбанизированных ландшафтах Егорова Г.В., Мовчан Э.А.

Россия, Московская обл., Орехово-Зуево, «Московский областной гуманитарный институт»;

e-mail: egorovagalv@mail.ru Одной из важных проблем современной экологии является изучение приспособлений животных к обитанию в городской среде. В городском ландшафте организмам требуется ускоренное развитие адаптаций, которые позволяют приспосабливаться к нестабильности городской среды. У разных групп организмов чувствительность к определенным факторам индивидуальна.

На поведение закрытогнездящихся птиц в городе влияет дефицит мест гнездования, что усиливается тем обстоятельством, что представители разных видов дуплогнездников часто поселяются в сходных условиях. В начале гнездового периода чаще всего наблюдаются столкновения между различными закрытогнездящимися видами. Одним из средств защиты гнездовой территории могут служить угрожающие демонстрации. Наиболее активно агрессивное поведение у птиц проявляется в период распределения особей по гнездовым территориям, наиболее бурные защитные реакции вызывают гнездовые конкуренты.

В каждом конкретном случае защитные реакции зависят, прежде всего, от близости нахождения источника опасности, а выраженность этих реакций – от этапа репродуктивного цикла. В естественных условиях столкновения между гнездовыми конкурентами происходят, как правило, реже, чем в среде, претерпевающей антропогенные изменения.

Отмечено что, закрытогнездящиеся виды птиц в условиях города в целом проявляют поведенческие реакции, характерные для данного вида на определенных стадиях репродуктивного цикла. По результатам экспериментов, проведенных параллельно в условиях естественных и урбанизированных ландшафтов можно сделать вывод, что территориальное поведение птиц в городе меняется по сравнению с естественными условиями.

Питание длиннохвостой неясыти и филина в условиях неволи на примере зоопарка Удмуртии Ежова О.В.

Россия, Удмуртская Республика, Ижевск, зоопарк Удмуртии;

e-mail: sterna08@mail.ru Изучение количественных потребностей в кормах сов в условиях природы не всегда возможно, поэтому животные, содержащиеся в зоопарках, могут стать удобной моделью для определения изменений особенностей питания и массы порции у сов в течение года.

Цель нашей работы – проанализировать особенности питания длиннохвостой неясыти (Strix uralensis) и филина (Bubo bubo) в условиях неволи на примере зоопарка Удмуртии. В работе описан рацион, используемый для кормления этих сов в нашем зоопарке, определена средняя величина суточного количества корма, соотношение массы порции с массой тела птицы, выявлены возможные факторы, влияющие на динамику потребления кормов, для длиннохвостой неясыти определён предпочитаемый вид кормов.

Материал собирали в коллекции зоопарка Удмуртии, в которую в разные периоды времени входило от 3 до 6 длиннохвостых неясытей и от 3 до 5 филинов. Ежедневно учитывали количество и вид задаваемых кормов, а в вольере собирали недоеденные остатки пищи. В 2009–2014 гг. раз в месяц проводили контрольное взвешивание кормов, на основании которого определяли среднюю массу одной особи каждого вида корма (отдельно для мышей, отдельно для крыс и отдельно для цыплят).

В среднем за 6 лет рацион длиннохвостой неясыти в зоопарке Удмуртии значительно отличается от норм, описанных в книге рационов Московского зоопарка (Горваль, 2009), отличия носят как качественный, так и количественный характер. При отсутствии цыплят на одну птицу в среднем давали 5.8 мыши 1–6-месячного возраста вместо предлагаемых 12, или 4.8 мыши 7–12-месячного возраста вместо предлагаемых 6. Для филинов количество съеденного корма (в среднем 1.2 крысы в сутки) также значительно ниже предлагаемых в литературе норм.

Масса корма, поедаемого за сутки длиннохвостой неясытью, равна 107±27 г, что составляет в среднем примерно 11.2% от массы тела, масса корма, поедаемого за сутки филином – 256±98 г (примерно 10.2% от массы тела одной особи).

Поедаемость кормов увеличивается в зимний период в среднем на 25.6%, выявлена значимая отрицательная корреляция между массой кормов, поедаемых за сутки и среднесуточной температурой воздуха (r= –0.36, p0.05).

Для длиннохвостой неясыти мыши являются более предпочитаемым видом корма по сравнению с суточными цыплятами.

Адаптации гусей в условиях антропогенного ландшафта юга Центральной Сибири Емельянов В.И.

Россия, Красноярск, Сибирский федеральный университет;

e-mail: fabalis@mail.ru На рубеже веков очертания ареалов и состояние гусей Центральной Сибири, как гнездящихся (серый гусь, горный, сухонос, восточный таёжный гуменник), так и пролётных (восточносибирский тундровый, западные таёжный и тундровый гуменники, пискулька, некоторые локальные группировки белолобого гуся) видов и подвидов существенно изменились, а их численность имеет отрицательную динамику. Процесс деградации популяций гусей, главным образом азиатских, повлёк за собой и угасание важнейших миграционных путей в различных частях региона.

Между тем, на фоне устойчивого уменьшения обилия группировок, ещё недавно составляющих важный охотничий ресурс, в настоящее время проявляются и достаточно выраженные адаптации гусей на воздействия антропогенного характера. Вследствие этого можно наблюдать стабилизацию (на низком уровне) численности некоторых локальных группировок. Замедлился процесс исчезновения ранее редких форм и видов. Изучение этого явления, безусловно, важно и представляет интерес как в теоретическом, так и прикладном аспектах.

Работы проводили в 1980–2014 гг. на ключевых участках обитания гусей в Красноярском крае, Хакасии и Туве с использованием методического комплекса (Савченко, 2009). Визуальные, визуальнооптические (дневные и ночные) наблюдения составили более 10 тыс.

часов. Общая протяжённость пеших, автомобильных и авиаучётов составила более 60 тыс. км.

В процессе исследований у гусей (рода Anser) были выявлены приспособительные реакции к воздействиям постоянного характера.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |   ...   | 11 |
Похожие работы:

«Технология развития критического мышления(ТРКМ) на уроках биологии Учитель биологии Переладова Н.А. Соавторы-разработчики В основу этого подхода к обучению положены труды ученых с мировым именем: Джени Л. Стил Д. Дьюи Кертис С. Мередит...»

«Межгосударственная кластерная интеграция. Санкт-Петербургский Кластер Чистых технологий для городской среды. Interstate cluster integration. Saint-Petersburg Cleantech Cluster for urban environment. Миссия Кластера Mission of the Cluster Cделать Санкт-Петербург...»

«Экологическое занятие Подготовила и провела воспитатель высшей категории Васильева С.А "Лесное царство" Цель: закрепить знания о лесе, как о экосистеме.Задачи: — дать детям представление о том, что лес – это живой организм, который мы должны беречь, учить анализировать и делать выводы о не...»

«1. ЦЕЛИ ОСВОЕНИЯ ДИСЦИПЛИНЫ В курсе экология человека раскрывается биосоциальная природа человека, основные законы его развития в природной и социальной среде. Цель курса – раскрыть особенности взаимного влияния человека на среду своего обитания и этой среды на челове...»

«А. С. АХИЕЗЕР Жизнеспособность российского общества Вынесенное в заголовок статьи понятие "жизнеспособность" является, быть может, центральной характеристикой любого общества. В России последних лет тема жизнеспособности, равно как и выживаемость, привлекает...»

«Небанковская кредитная организация акционерное общество "НАЦИОНАЛЬНЫЙ РАСЧЕТНЫЙ ДЕПОЗИТАРИЙ" Руководство пользователя WEB-кабинет Системы управления обеспечением WEB-кабинет Системы управления обеспечением Список изменений № верДата подготовКраткое описание сии ки версии 1...»

«1. ПЛАНИРУЕМЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ОСВОЕНИЯ УЧЕБНОГО ПРЕДМЕТА Предметные компетенции формируются в рамках определённого предмета. В процессе преподавания химии формируется представление о химии как неотъе...»

«Том 8, №2 (март апрель 2016) Интернет-журнал "НАУКОВЕДЕНИЕ" publishing@naukovedenie.ru http://naukovedenie.ru Интернет-журнал "Науковедение" ISSN 2223-5167 http://naukovedenie.ru/ Том 8, №2 (2016) http://naukovedenie.ru/index.php?p=vol8-2 URL статьи: http://naukovedenie.ru/PDF/28E...»

«Суслопаров Михаил Александрович КОНСТРУИРОВАНИЕ РЕКОМБИНАНТНЫХ АНТИГЕНОВ И ВЫЯВЛЕНИЕ ГЕНЕТИЧЕСКИХ МАРКЕРОВ ДЛЯ ДИАГНОСТИКИ ГЕРПЕСВИРУСНЫХ ИНФЕКЦИЙ ЧЕЛОВЕКА 03.00.06 –вирусология АВТОРЕФЕРАТ на соискание ученой степени доктора медицинских наук Кольцово – 2008 Работа выполнена в Федеральном государственном учр...»

«Ученые записки Крымского федерального университета имени В. И. Вернадского Биология, химия. Том 2 (68). 2016. № 3. С. 28–35. УДК 581.14:661.162.66(635.656) ДЕЙСТВИЕ ПРЕПАРАТА ЦИРКОН НА РОСТ И РАЗВИТИЕ РАСТЕНИЙ КУКУРУЗЫ В УСЛОВИЯХ ОСМОТИЧЕСКОГО СТ...»

«НАЗАРЕНКО Александр Владимирович СИСТЕМА ПОВЫШЕНИЯ КАЧЕСТВА КОМПЕТЕНТНОСТНО-ОРИЕНТИРОВАННОГО ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОПЕДАГОГИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ 13.00.08 – Теория и методика профессионального образования ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени...»

«ООО "ИНСТИТУТ РЕСТАВРАЦИИ, ЭКОЛОГИИ и ГРАДОСТРОИТЕЛЬНОГО ПРОЕКТИРОВАНИЯ" Муниципальный заказчик: Комитет архитектуры и градостроительства администрации городского округа "Город Калининград". ДОКУМЕНТАЦИЯ ПО ПЛАНИРОВКЕ ТЕРРИТОРИИ Проект планировки с проектом межевания в его составе территории в границах улиц А. Невского...»

«Самарская Лука: проблемы региональной и глобальной экологии. 2010. – Т. 19, № 4. – С. 127-135. УДК 598(470.12) ИСТОРИЯ ИЗУЧЕНИЯ РЕПТИЛИЙ НА ТЕРРИТОРИИ ВОЛОГОДСКОЙ ОБЛАСТИ © 2010 Д.Н. Ползиков* Вологодский госуд...»

«МЭФ "КАСПИЙСКИЙ ДИАЛОГ, 2017". ПОСТРЕЛИЗ. 14 апреля 2017 года в Москве в МГИМО МИД России состоялся Юбилейный Десятый Международный Экономический Форум "Каспийский диалог". Форум "Каспийский диалог" проводится в Москве с 2008 года (до 2011 года – Каспийский энергетический форум) при поддержке и...»

«ЛАДЫГИН Константин Владимирович ТЕХНОЛОГИЯ УЛЬТРАЗВУКОВОЙ ОЧИСТКИ ОБРАТНООСМОТИЧЕСКИХ МЕМБРАН ПРИ ОБЕЗВРЕЖИВАНИИ ФИЛЬТРАТА ПОЛИГОНОВ ТВЕРДЫХ БЫТОВЫХ ОТХОДОВ Специальность 03.02.08 – Экология (в химии и нефтехимии) АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соиска...»

«Министерство образования Республики Беларусь Учреждение образования "Гомельский государственный университет имени Франциска Скорины" ГИДРОЭКОЛОГИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ РЕК БАССЕЙНА ДНЕПРА (В ПРЕДЕЛАХ ГОМЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ)...»

«Валерий Борисович Гусев Хозяин черной жемчужины Серия "Дети Шерлока Холмса", книга 40 Текст предоставлен издательством "Эксмо" http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=177962 Хозяин черной жемчужины: Эксмо; Москва; 2009 ISBN 978-5-699-33383-7 Ан...»

«Министерство образования Республики Беларусь Учреждение образования "Международный государственный экологический университет имени А. Д. Сахарова" А. С. Шиляев С. П. Кундас А. С. Стукин ФИЗИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ПРИМЕНЕНИЯ УЛЬТРАЗВУКА В МЕДИЦИНЕ И...»

«Хайрутдинов Ильдар Зиннурович ЭКОЛОГИЯ РЕПТИЛИЙ УРБАНИЗИРОВАННЫХ ТЕРРИТОРИЙ (НА ПРИМЕРЕ г. КАЗАНИ) 03.02.08 – экология (биологические науки) Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата биологических наук КАЗАНЬ – 2010 Работа выполнена на кафедре зоологии позвоночных биолого-почвенно...»

«ПОЛИТБЮРО 2.0: реновация вместо демонтажа Август 2017 Перечень докладов о Политбюро 2.0 21.08.2012 Большое правительство Владимира Путина и "Политбюро 2.0" 21.01.2013 Политбюро 2.0 накануне перезагруз...»

«Конференция учащихся муниципальных образовательных учреждений города Калуги "СТАРТ В НАУКУ" Секция: Экология Если не мы, то кто же? (Спасение лесной орхидеи) Автор: Мозгин Тихон, ученик 2 "А" класса МБОУ "Средняя общеобразовательная школа № 13" г. Калуги Научный руководитель: учитель начальных классов Демичева Елена...»

«Светлова Марина Всеволодовна КОМПЛЕКСНАЯ ОЦЕНКА ЭКОЛОГО-ГЕОГРАФИЧЕСКОГО ПОЛОЖЕНИЯ ПРИМОРСКИХ ТЕРРИТОРИЙ (НА ПРИМЕРЕ МУРМАНСКОЙ ОБЛАСТИ) Специальность 25.00.36 – Геоэкология (Науки о Земле) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата географических наук Науч...»

«Новикова Любовь Александровна СТРУКТУРА И ДИНАМИКА ТРАВЯНОЙ РАСТИТЕЛЬНОСТИ ЛЕСОСТЕПНОЙ ЗОНЫ НА ЗАПАДНЫХ СКЛОНАХ ПРИВОЛЖСКОЙ ВОЗВЫШЕННОСТИ И ПУТИ ЕЕ ОПТИМИЗАЦИИ 03.02.01 – ботани...»

«03.06.01 Физика и астрономия Направления № Научное направление Коды по ГРНТИ научноисследовательс 29.35; 29.37; 29.19; Физика кой 29.33; 29.19 деятельности Университет, позиционируя себя на российском и Стратеги...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" Институт биологии Кафедра зооло...»

«АДМИНИСТРАЦИЯ АКСАЙСКОГО РАЙОНА ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 12. 10. 2016 459 г. Аксай Об утверждении административного регламента по предоставлению муниципальной услуги "Устранение технических ошибок в правоустанавливающих документах о предоставлении земельного участка, принятых органами местного самоуправления" В соответствии с Земельным к...»








 
2017 www.kn.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.