WWW.KN.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Различные ресурсы
 


Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |

«М.М.ПРИШВИН ДНЕВНИКИ 1944 -1 9 4 5 М.М. ПРИШВИН Дневники Новый Хронограф Москва УДК 821.161.1-94»1944/1945»Пришвин М. М. ББК ...»

-- [ Страница 12 ] --

Ницше, наверно, думал о звере как о природной творческой силе, заключенной в человеке, а Гитлер по своему обезьянству просто выпустил зверя из клетки и направил его на человека. Не совсем понятно, как эта безумная мысль нашла сторонников. Скорее всего, время такое пришло: время крайней усталости и падения человеческого духа»). Только после кончины писателя в конце авторской машинописной копии военной «Повести нашего вре­ мени» В.Д. Пришвина обнаружила приписку: в новой, изменен­ ной автором концовке спор главны х героев, солдата-фронтовика и народного правдоискателя, не заканчивается «подзаборной молитвой», но прокладывает пути в будущее - без войны, без возмездия («Пусть... Бог найдет тебя и поможет тебе, бедно­ му, снять с себя это мученье твое: все понять, ничего не забыть и ничего не простить». Собр. соч. 2 0 0 6. Т. 3. С. 226). В дневнике Пришвин не делает однозначного вывода, прийти к которому, скорее всего, и невозможно, находясь в пространственновременных координатах военного времени. Он обращается к природе, к физическому макрокосму мироздания и решает про­ блему своего времени в полемике с культурой модерна в лице Блока («3 Декабря 1944.

Помню, Блок, прочитав какую-то мою книгу о природе, сказал мне:

- Вы достигаете понимания природы слиянием с ней? Если да, то как вы можете туда броситься? - За­ чем бросаться, - ответил я. - Броситься можно лишь вниз, а то, что я люблю в природе, то выше меня: я не бросаюсь, а поднима­ юсь. Все живое в природе поднимается от земли к солнцу... и че­ ловек, сливаясь с... природой, тоже растет, возвышается»).

Общий ассоциативный ряд вновь соединяет человека и природу, образуя сложное современное единство мира. Данность природ­ ного циклического времени преобразуется вертикальны м дви­ жением вверх, увлекая за собой человека. Пришвин не откры ва­ ет в природе что-то новое - ему дана способность расшифровы­ вать таящиеся в ней см ыслы, перекодировать устойчивые нор­ мы, разрушать стереотипы. Он не бросается в природу, он с ней в единстве, он сам в природе - или природа в нем. Писатель го ­ ворит на ее языке, сви детельствуя о заданном, упорном, есте­ ственном и вечном движении вверх от земли к небу («12 Ноября 1945.... разве зеленые листики помнят о прошлогодних ли­ стьях, ставших теперь удобрением. Забыть или не быть, но что­ бы им быть, надо забыть»). «Забыть, чтобы бы ть» - в художе­ ственном мире Пришвина это путь, вы ход, кстати, очень труд­ ный. В этом он видит фундаментальные свойства общ ечеловече­ ской культуры - развитие и рост («21 Мая 1944. “Повесть на­ шего времени”... неправильна... смысл нашего времени со­ стоит в поисках нравственного оправдания радости жизни, а не в возмездии... эта сила уже исчерпала себя»). Пришвин рас­ сматривает войну и победу в контексте современной культуры и обнаруживает, что культурная подоплека истории оказы вается едва ли не определяющей («17 Декабря 1945. И вот теперь два мира, тут, в социализме, где мы задыхаемся от человечины, за­ ступившей место Бога, и там, где человека заступило животное, где против социализма - бестиализм... Человек отличается от животного не тем, что он делает орудия и царь природы. Наше время показывает, что эта способность чисто бестиальная: у тигров когти, у волка зубы, у человека орудия, способные уничто­ жить всю планету. Вся разница такого человека от зверя, что человеческая бестия сильней просто обезьяньей. Но чем действи­ тельно отличается человек от зверя, это единственно своей спо­ собностью выходить из времени и пространства, создавать сказку о жизни в некотором царстве-государстве и при царе Го­ рохе.





Вот эта способность человека обходиться без времени и пространства единственно свидетельствует о том, что человек есть царь природы. Ницше... этого-то царя и знал в себе, но страдал бесконечно, видя его унижение и бессилие. Ницше взялся с отчаяния о том, что слово потеряло силу и по слову нашего современного Авраама огонь вечерней зари не поджигает жертву человеческую, приготовленную для Бога. Вот за этой-то силой Ницше и обращается к зверю. И так вышел зверь сам, заступил человека и терзает его. Время теперь все показало. Время это проходит. И новое время начнется, как старое, той же сказкой священной: “чти отца иматерь свою и люби ближнего, как самого себя” Так все повторяется, все приходит в себя, но круг повторе­.

ний не совсем точно складывается с прежним, на какую-то чу­ точку он изменился, и вот эта чуточка выхода из положенного времени и пространства и есть достижение... того, чем от­ личается царь от бестии... чем все живое обретает свое лицо»). Дневник зеркально отражает всю слож ность жизни, но к зеркальному отражению писатель добавляет еще не заметную в зеркале «чуточку» смысла: война окончательно и бесповоротно перевернула старые представления о мире и человеке и постави­ ла культурную задачу: переосмыслив все, вновь вернуться к культуре - с ее устойчивостью и бесконечным обновлением.

Перед лицом новы х вы зовов, связан ны х с появлением атом­ ной бомбы, возникает острая необходимость глубокого перео­ смысления культуры, поскольку если рассматривать ситуацию в старой системе координат, то на самом деле нет победителей и побежденных, правых и виноваты х. Мир бесконечно услож­ нился и вышел на новый виток сознания, материальным экви­ валентом которого и стала атомная бомба («30 Августа 1945, Открытие внутриатомной энергии приписывается датскому ученому Нильсу Бору. Его теория у нас подверглась осмеянию в связи с тем, что ученый - человек верующий. Супруги Кюри, на­ чавшие движение открытий в этом направлении, были тоже почти святые люди. И так праведники науки привели весь мир к границе самоуничтожения так близко, что папа издал энцикли­ ку о конце мира»). Возникает парадокс, вполне соответствующ ий этому новому сложному миру: «святы е люди» создали орудие смерти для всего живого на земле, и человечество так или иначе должно искать и найти выход из этого парадокса («18 Сентя­ бря 1945. Общее мнение, что атомная бомба открывает новую историю человечества»). Все это поставило под сомнение науку и архетипический образ ученого, не просто изучающего законы природы, но открывающего истину, работающего на благо че­ ловека и отдающего этому жизнь. «Праведники науки привели мир к границе самоуничтожения» - еще совсем недавно это был бы оксюморон, а теперь обыденная реальность (« 5 Сентября

1945. Атомная бомба создала особый вихрь в нашем сознании... карамазовский спор с Богом... Все как вихрь атомной бом­ бы»; «10 Сентября 1945.... понятие материи исчезло... энер­ гия стала фазой к переходу в нечто иное»). И перед лицом реаль­ ности, одновременно и обыденной и страшной, Пришвин - не­ истребимый «веселый дух» - ищет оправдания радости жизни.

Своим словом он структурирует мир, в котором ему самому и его читателю было бы радостно жить и творить (« 2 7 Сентября

1944. Поэт - это вольноотпущенник, это устроитель праздника жизни. Вот почему поэт в вечной вражде с государством: госу­ дарству подчинена работа людей, поэзии - праздники»). При­ швину свойственно бесконечное доверие к жизни и убеж ден­ ность в том, что тому, кто преодолеет «падение духа» в себе са­ мом, по силам справиться с жизнью, верить, надеяться и любить («10 Октября 1945. Если по себе взять, то я должен оправдать вторую природу, которая на моих глазах проглатывает первую.

В этом процессе проглатывания для множества людей проис­ ходит безвыходная драма: цивилизация замещает культуру. Но я думаю иначе: я понимаю это как трагедию, т. е. что умирает то, чему надлежит умереть, как семени, которое, умирая, дает новую лучшую жизнь. Создавая сказку, я должен иметь веру в новые берега, в новую географию, в новую сказку... Я должен написать о мире в смысле: “ умирится же с тобой и покоренная да стихия” Вот когда наступает примирение с Пушкиным. В раз­ »).

ные годы по разным поводам в дневнике то и дело возникала по­ лемика с пушкинским «умирением»: («19 Июля 1944.... эта покоренная стихия про себя никогда не мирится... стихия ни­ чуть не умирилась, а только пережидает и втайне действует»).

И вот теперь ничего не остается, как признать поэтический ге ­ ний Пушкина, принимающего жизнь такой, какая она есть.

«Повесть нашего времени» (или «М ирская чаша», как При­ швин называет ее в эти годы) - уже четвертое произведение писателя, которое не проходит цензурный барьер или проходит его не сразу: в 1940 году это была «Лесная капель», неожидан­ но опубликованная в 1943 году, в 1941 году - рассказ «Голубая стрекоза», также вскоре опубликованный, а в 1943 году были отвергнуты «Рассказы о ленинградских детях», полностью опу­ бликованные уже после кончины писателя в 1957 году («4 Ав­ густа 1944. Весь день занимался фотографией и в этом деле хорошо забылся от переживаний - тоски по литературной дея­ тельности. Как-то случилось вдруг после “Повести”, что исчезла всякая охота писать для печати. Раньше в этом писательстве таилась игра, в которой я всегда надеялся выиграть или сделать такое, чего раньше никто не мог сделать. А тут открылось, что или никакого и нет сюрприза в этой игре, или вообще это не игра, а расчет, на который нету меня ниума, ни охоты»). И вот что ин­ тересно: если определить одним словом, о чем все эти произве­ дения, то вернее всего сказать - о родине. И кажется, что именно эта тема в годы войны и востребована в первую очередь. Одна­ ко Пришвин не вписывается в заданные советской культурой рамки, создавая одно за другим «непроходные» произведения.

Писатель видит, что предельно идеологизированная советская власть использует естественно присущее каждому человеку по­ нятие «родины» как культурно-идеологическую конструкцию, призванную вы звать у всех единое общее сильное чувство. А он уверен, что только личное чувство родины, у каждого свое, ин­ тимно возникающее в глубине души, может повести человека за собой. Такое ч увство он обнаруживает в народной душе и об этом без всякого пафоса пишет («10 Марта 1943. На глазах наших совершаются чудеса: у русского все отнимают, и в то же время в душе его, может быть, впервые отчетливо, ощутимо склады­ вается родина, из ничего сила берется, и последние из последних гонят первейших воинов - немцев, и множество чудесного, непо­ нятного осуществляется и становится видимым». Дневники.

1942-1943. С. 4 4 6 ). Это необъяснимое чувство родины, возни­ кающее вдруг - то ли от знакомого с детства запаха черемухи, то ли от соловьиной трели, - связанное с родной природой, с домом, с любовью и материнством, Пришвин стремился пере­ дать и в книге «Лесная капель», и в рассказе «Голубая стреко­ за», и в «Рассказах о ленинградских детях», и в «Повести нашего времени» («11 Марта 1943.... о “ родине" мне трудно писать потому, что я говорил о ней и писал, когда об этом все молчали и ^ыло уже даже вовсе неприлично говорить о родине без эпитета “социалистическая”. А теперь об этом все могут писать». Д нев­ ники. 1 9 4 2-1943. С. 448).

Конечно, «П овесть» не отвечала ни одному из требований, предъявляемых в то время к литературе («1 Мая 1944. Трудно себе представить такую вещь в советской печати»). В ней стро­ ится противоположная господствующей модель поведения че­ ловека: коллизия классического лю бовного треугольника, пом­ ноженная на военное время, разрешается поверх общепринятых м орально-нравственных барьеров. Все герои повести - рас­ сказчик (народный правдоискатель), Милочка со своей новой любовью и ее неожиданно вернувшийся после ранения с фрон­ та муж - все они носители тех или иных идей, мнений, нрав­ ственны х ценностей, они не просто живут, но думают о жизни, рассуждают о том, почему действую т так, а не иначе - или за них это делает рассказчик. Калинин, к которому Пришвин об­ ращается за содействием в публикации, отправляет писателя с его «слабой повестью» в «посмертное» будущее («17 Декабря

1944. Когда вышибают из рук возможность работать в свободе (от себя), меня охватывает тоска, и делать я ничего не могу. Се­ годня я, даже подойдя к храму, не мог войти в него. Меня пугала там какая-то предустановленная гармония, и я боялся, что моя тоска вступит в борьбу с тою гармонией»). Ситуация с «Пове­ стью» оказы вается вовсе не случайной, а внутренне связанной с общим наступлением на литературу, которое развернулось в стране с конца 1943 года (« 5 Июня 1945. Умер Вересаев. (Оче­ редь: Толстой, Шишков, Тренев, Бедный, Вересаев.) Кто следую­ щий? Авось обратят наконец внимание на условия жизни без воз­ духа»). Для Пришвина очевидно, что все возвращ ается на круги своя («15 Мая 1945.... Пленум ССП. Слушали доклад Тихо­ нова о современной литературе. Доклад был цинично спокойной передачей духа ЦК. В отношении религии были приведены слова Ленина о том. что заигрывание с боженькой всегда приводит к мерзости. Вообще оратор дал понять, что победа - это стена, через которую не перепрыгнешь: писать - пиши, но не дерзай пи­ сать о том, что за стеной»).

В 1945 году Пришвин пишет повесть «Кладовая солнца» и точно определяет ее жанр: сказка-бы ль. А в конце 1945 года за­ писывает в своей тетрадке, что именно способность «выходить из времени и пространства», «создавать сказку о жизни» сви­ детельствует о том, что человек есть «царь природы». Другими словами, победитель, «царь природы» - это человек творящий или, что по сути одно и то же, человек «играющий» («26 Авгу­ ста 1945. Каждый человек живет сказкой - это сила внутриа­ томной энергии»). Только при условии поворота жизни в сторону свободы победа в войне станет истинной победой, а социализм с его «надо» использует уникальный и, быть может, единственный исторический шанс вернуться в колею мирового развития куль­ туры. Война показала, что побеждает практически уничтожен­ ное в советском обществе, естественное единство свободы и не­ обходимости, «хочется» и «надо», личности и государственной власти (« 18 Июля 1944. У нас... там, на войне... началь­ ники приказывают согласно с нами. Если командир видит, что такой-то солдат знает в чем-то больше его, то с ним посовету­ ется и потом всем уже прикажет, и каждый из нас понимает, что приказ этот нужен»', «12 Ноября 1945. Истинная победа должна явиться через личность, узнавшую свободу в исполненном долге.

Эта свободная личность играет тем, над чем мучились ее предки, эта личность в существе своем есть дитя. И в словах “будьте как дети 9предначертан путь нашего творчества»).

Замысел будущей «Кладовой солнца» возник неожиданно не­ сколькими годами раньше с прямым отсылом к «Синей птице»

М. Метерлинка (1908), т. е. к традиции философской сказки в культуре X X века («28 Июня 1938. Мелькнул сюжетик для рас­ сказа детям о лесе. Тиль-тиль и Митиль. В лесу. Тропинка расхо­ дится вилочкой. Поссорились в споре, по какой идти домой....

Рассказ начинается описанием этих тропинок. Вечный спор, и дети заспорили. И пошли. Одна глава: переживания Тиля, другая Митили. Конец: обе тропы сливаются в одну». Дневники. 1 9 3 8 С.129). В дневнике этому предшествуют лишь неожиданно возникшие в обычном тексте прописные буквы - поляна Рако­ вой Шейки, Л есны х Колокольчиков, Ромашек, Клевера, Иванда-Марьи, передний план Ельника, превращающие реальный лес в сказочный, что потом пригодится в сказке-бы ли. «Кладо­ вая солнца» не волшебная сказка - но в ней имеется ряд релик­ товы х признаков этого жанра: росстань, развилка - выбор пути, один из которых ведет к погибели; поиск места, «где никто не бывал», путь к которому неизвестен; силы добра в образах рас­ тений (болотные елочки, трава белоус), наставляющ их героя на путь истинный; силы зла в образах птиц (ворон, сороки), пред­ рекающих и ожидающих смерти героя, его спасение и победа.

Важную роль в сказке-бы ли играют мифологемы солнца, ветра и воды, выполняющие структурообразующ ую функцию. Эстетические и философские идеи не декларируются, они носятся в воздухе и определяют поведение героев. Пришвин отмечает, что задался целью написать современную сказку* со сказочным со­ держанием настоящего дня - и это удалось ему в полной мере.

Два последующих произведения Пришвина написаны в жанре «роман-сказка» и «повесть-сказка», хотя и то и другое - как, впрочем, и «Повесть нашего времени», возможно, ближе к ро­ ману идей. Это будут его последние вещи: «Осударева дорога»

(1948) и «Корабельная чаща» (1954).

«Кладовая солнца» - сказка, которая не только была опу­ бликована, но и получила первую премию на конкурсе, объ­ явленном Наркомпросом РСФС Р на лучшую худож ественную книгу для детей. Как и надеялся Пришвин, эта сказка его спасла («15 Мая 1945.... в начале революции меня вывели... охот­ ничьи рассказы. Теперь выведут детские»). Судя по дневнику, 1944 год оказался одним из труднейших в жизни писателя. По­ жалуй, сравнить его можно только с 1930-м, когда Пришвин ду­ мал и о самоубийстве, и о том, чтобы уехать из России и бросить писательство («1 Февраля 1944. Искусство, если понять его как женщину, теперь в черном платочке притаилось где-нибудь... в уголку у Скорбящей, и никто-никто-то не знает, что вот оно где пережидает страшное время»). Никогда прежде не было в дневнике такого количества вы м аранны х строк, столько не­ внятны х, проходных записей, такой безнадежной тоски. При­ швин физически чувствует, что оборвалась его связь с читате­ лем (« 3 Августа 1944. Берусь за перо и не вижу длинных темных коридоров, стенок каменных и железных, через которые должно пройти мое слово и там постучаться в сердце моего читателя.

Зачеркнуто: Чудо в том, что слово проходит через железо и камень»), и ему кажется, что надеяться на восстановление этой связи бессмысленно («14 Декабря 1944. Мало кто понимает это состояние души писателя, когда у него отнят читатель»).

Впервые он ощущает свое «злое время», которое ставит ему ви­ димый предел: Пришвину уже 71 год. Физически он в хорошей форме, но тщетно пытается справиться с «условиями жизни без воздуха» («6 Августа 1944. Никогда я не был так чужд и поэзии, и природе, и людям, как теперь. Единственное, что есть у меня это Ляля. Томлюсь, тоскую в безделье полном, все немило, ко все­ му равнодушен, кроме одной Ляли»; «7 Августа 1944. Чувствую, * Ср.: Руднев В. Прочь от реальности: И сследования по фило­ софии текста. - М.: Аграф, 2 0 0 0. С. 9 -3 5.

как унизительно мне унывать и непристойно мне, написавшему такие радостные книги. В своих руках, в своей силе... Но если руки отваливаются? Уходи из дому, подвергни себя испытанию. Люди огорчают, - пропусти это»).

Надо сказать, Пришвина отличает удивительное свойство личности: начиная с первой серьезной жизненной неудачи - ис­ ключения из гимназии в 1889 году и кончая последней - невоз­ можностью опубликовать «П овесть», он не винит власть, среду или вообще что бы то ни было внешнее.

Как ни тяжело ему после визита к Калинину и всего, что тот наговорил ему о «Повести», он сам выбирается из-под «обломков» своей борьбы, ищет в себе внутренние силы, нащ упывает темы, которые позволят ему «больше и лучше» писать («7 Августа 1944. Итак, писатель, ты обречен, напишешь на заказ, как надо (говорят, в один сезон явилось шесть “Грозных” - тебя снисходительно похвалят, да­ ) дут орден и тотчас обратят тебя в мебель советского строя.

Напишешь искренно, как сам понимаешь время - изругают за индивидуализм, взлетишь выше всего временного, напишешь то, что переживает душа человека - тебя обвинят в аполитич­ ности»). И вот именно в такой момент Пришвин обращается к работе над романом о строительстве Беломорско-Балтийского канала, который был задуман в 1933 году и с тех пор не оставлял его - к самой безнадежной с точки зрения возможности публи­ кации работе (« 2 9 Сентября 1944. Эта тема есть плод всей моей жизни, и встречу раскольников с большевиками придумать невозможно. А если мне это дано в моем таланте... то нель­ зя зарывать его в землю»). Он искренне считает, что история с премией только подтверждает правильность его писательской и жизненной стратегии: писать свободно, без оглядки на гене­ ральную линию или социальный заказ - и будь что будет, а по­ бедителя не судят («1 Декабря 1945. Особенный успех “Кладо­ вой солнца”указывает на время - вот что теперь нужно: полная свобода от предначертаний политики. Радость моя от успеха этой вещицы... затянулась несколько, и пора выйти из поло­ жения рака, заменяющего рыбу»). Полная свобода - ни больше ни меньше - в такое-то время! И как ему все это удается, никто до сих пор так и не может понять...

В апреле 1945 года Пришвину была заказана статья в «Лите­ ратурную газету» - и этот короткий текст лучше всяких слов и рассуждений демонстрирует умонастроение писателя и его фа­ тальное неумение и нежелание не только подстраиваться, фальшивить, лгать, льстить - в данном случае ничего этого можно было не делать. Он не может писать банально, одномерно, одно­ значно, не может пользоваться общепринятыми клише и ло­ зунгами, чтобы выразить свою мысль, - не может думать о том, чтобы «прошло», и не хочет, и никогда этого не делает («7Мая

1945. Моя статья в “ Литературке” (“Простое слово. Берлин взят”) не пошла, и тем сказано, что пока в литературе все точно по-старому»). Пришвин всегда пишет о том, что на самом деле чувствует, и в этом нет ничего «антисоветского» - но это никуда не годится и совершенно никому не нужно. Пришвина не публи­ куют, но и не уничтожают. И дело тут, похоже, в языке, который делает его одновременно и неуловимым и неприемлемым: о чем бы он ни писал, язык с головой вы дает свободного русского чело­ века - придраться трудно, принять невозможно (« 3 Мая 1945.

Почему так трудно сказать что-нибудь мне, старому русскому писателю, от обрадованного сердца... по всему необъятному нашему отечеству молнией несутся простые два слова: Берлин взят. Такие простые два слова, так просто их повторять, но как трудно мне, старому русскому писателю, из всей глубины своей жизни получить соответствующее личное отношение к этим двум словам. Старушка, услыхав, просто перекрестилась - и все.

А я, писатель, как я могу поднять всю свою большую трудную жизнь и найти в своих словах соответствие двум словам, опре­ деляющим борьбу двух великих народов. Простите, друзья, не в силах я кстати найти свое слово, я буду искать... чтобы оно было так же просто, как движение руки старушки, отвечающее движению ее сердца... Умаляюсь перед великими событиями, не могу обычными словами умных людей или изысканными словами художников слова... Я умаляюсь»).

Трудно представить себе, сколько выпало на долю человека, родившегося в 1873 году и запомнившего себя 8-летним маль­ чиком, который слышит, как няня кричит: «Царя убили. Теперь пойдут мужики на господ с топорами». Дальше было много все­ го: гимназия, побег в Америку (в край непуганы х птиц), встре­ ча с Василием Васильевичем Розановым, учителем географии в Елецкой гимназии; увлечение Боклем, Марксом, разочарование в народничестве, гим назическая дружба с Н.А. Семашко, ис­ ключение из гимназии за грубость Розанову, отъезд в Сибирь, Тюменское реальное училище - революционные идеи в возду­ хе, Рижский политехникум, марксистский кружок, тюремное заключение, отъезд в Германию, университет, разочарование в социал-демократии, первая лю бовь, поворот от идей к реаль­ ности, к личности, к себе самому; несколько лет агрономиче­ ской работы, семья, переезд в Петербург, революция 1905 года, журналистика, хлы сты, религиозно-философское общество и вторая встреча с Розановым, первые путешествия и первые кни­ ги, Первая мировая война, поездки на фронт, две революции, полемика с Блоком в 1918 году, Граж данская война, полемика с Пильняком в 1922 году, НЭП, коллективизация, 3 0-е годы, репрессии и предвоенная жизнь, лю бовь, церковь, война и по­ следние годы в подмосковной деревне Дунино - вот важнейшие вехи биографии Пришвина. Где в такие годы «место поэта» над схваткой или внутри ее? Так или иначе, дневник Пришвина демонстрирует не только опыт духовного выж ивания, но и воз­ можность выбора: свобода или несвобода («14 Августа 1945.

... впервые так отчетливо понимаю себя и нашу семью в Хру­ щеве, именно как свободных от классовых и сословных традиций.

Меня задевал социализм никак не с той стороны. Мне кажется, что я так иродился со смутным чувством неприкосновенности к священной стороне своей личности. Это первый и единственный источник моего протеста революции...»). Едва ли мы ошибем­ ся, если самыми частотными словами пришвинского дневника назовем свободу, личность, творчество и лю бовь. Свобода среди них - одно из важнейших. Во все годы и при всех обстоятель­ ствах писатель выбирает свободу - но и тут у Пришвина непро­ сто («2 Июля 1945. Давно ли от слова “Бог”в устах Рузвельта у нас в душе вставала заря. Теперь в устах Трумэна слово “Бог”пе­ рестало звучать. Еще хуже со словом: свобода. Совсем не звучит.

И даже... бьет обратно. Настоящая же свобода - это значит теперь жизнь про себя: в этом смысле заключенный в тюрьму может быть больше личностью, более свободным, чем “ освобож­ денный”человек»). Ж изнь писателя - испытание на способность сохранить эту тайную внутренню ю свободу, с которой он, тем не менее, снова и снова в каждом произведении выходит в люди.

Ежедневно своей жизнью и творчеством, без всякого пафоса и геройства Пришвин утверж дает реальность сущ ествования лич­ ности в государстве, где именно личность принципиально не предусмотрена.

Крайне интересным сюжетом двух последних военных лет, да и военного дневника в целом, представляю тся взаимоотноше­ ния СССР с Америкой и размышления Пришвина об Америке. Он полагает, что расстановка сил, сложившаяся в результате мировой войны, создает реальные предпосылки для взаимодействия американской и советской культуры («28 Апреля 1945....

внимание к творчеству личности как таковой есть совершенно реальная величина американской культуры, так нужная нам, и тоже так же социализм как общественный корректив личных устремлений есть тоже величина реальная.... Как бы хоте­ лось, чтобы этот начавшийся порядок всасывания нами личного начала жизни и ими нашего социализма привел к единству управ­ ления хозяйствам] всего человечества»', «12 Ноября 1945. Ис­ тинная победа должна явиться через личность, узнавшую свободу в исполненном долге»). В канун победы Пришвин строит модель сущ ествования человека в послевоенном мире («10 Июня 1944.

Но теперь, с выпадением фашизма, стало совершенно ясно, что современность... выражается в столкновении частного лица (личности) с государственно-коллективным началом: тут вся изюмина современности. Теперь спрашивается, довольно ли про­ лито крови, чтобы частное лицо (Америка) и коллектив (СССР) могли длительное время состоять в “ дружбе” и полагает, что ?») индивидуализм и коллективизм, традиционно противопостав­ ленные в культуре как несовместимые, взаимодействуя, создадут новое сознание «гражданина всего мира» («10 Октября 1945.

... взять Ленина... нет ни Бога, ни черта, а учет, расчет, лы­ синки, бородки, пиджаки - где ведут борьбу против самой лично­ сти, переделывая ее на свой лад в стахановца, в генерала, в героя.

... Социализм смотрит на личность человека... как на сти­ хийную силу, которую надо превратить в управляемую энергию.

При содействии науки социализма живой человек (личный) уми­ рает, превращается в безликого Робота... кто же будет управ­ лять этим железным существом.... В капитализме сейчас какникак, а содержится личность, в социализме своя правда: принцип ответственности этой личности перед обществом»). Пришвин уверен, что узел экономических, национальных, культурных и религиозных интересов всех стран влияет на модель будущего мироустройства не меньше, чем политические и военные инте­ ресы («6 Июля 1944. Гитлер правильно говорил, что это будет большая война. В том смысле большая, что в нее включаются идеи всего мира или что в ней участвуют все боги»). Пришвин не так уж много пишет о подвигах, геройстве, врагах или лишениях в военные годы - все это и так ясно. Он писатель, который пы­ тается понять истоки небывалой по масштабу битвы народов и сквозь сиюминутные реалии усматривает в происходящем столкновение важнейших образов и идей мировой культуры: Востока и Запада («8 Ноября 1944.... вся Европа под немцами пришла в тупик... может быть, именно потому, *шо немцы разбиты, Ев­ ропе открывается теперь путь на Восток: не люди пойдут (а мо­ жет быть, даже и люди), а их мысль, покидающая изжитое тело Европы»), мужской и женской ипостаси («8 Ноября 1944. Немцы имели в виду “ женственную нацию”Россию, но шли по расчету, шли за приданым. И вот женщина эта им показала»), языческой и иудео-христианской культуры («8 Ноября 1944. Немцы это язычество” эту самость земную окончательно раскрыли в сво­, “ ей звериной сущности. Материальное личное счастье, корысть так вырывается со зверской настойчивостью...»; « 6 Июля 1944.... по числу жертв... и по роли еврейских капиталов в Америке видно, что еврейский вопрос (и смежное с ним христиан­ ство) является коренным вопросом войны...»).

Победа в войне, по Пришвину, обнажила целый комплекс этических проблем:

жажда жить требовала оправдания в мысли, и об этом Пришвин пишет свою «Повесть нашего времени». Как ни пыталась совет­ ская власть поставить искусство на службу государству, это ей так и не удалось: искусство, как и личность, невозможно уни­ чтожить, оно живет и развивается по своим внутренним зако­ нам вопреки любым запретам. Только само время и влияет на ис­ кусство и нуждается в нем. Война изменила систему культурно­ исторических координат, и в «Повести нашего времени» главной духовной доминантой становится современная христианская по­ лемика, которая далеко не сводится к декларации канонических истин. «Повесть» касается проблем, которые в открытую перед советским читателем, кажется, уже давно никто не ставил («14 Ноября 1945. Единственная моя вещь, написанная о человеке и его "не забыть”... Это христианская повесть. И вот почему она встретила такой нехороший прием»', «13 Ноября 1945. Мо­ ральный мир человека лежит у нас под ногами, и никто не смеет к нему прикоснуться, как к атомной бомбе: тронешь, и может за­ гореться планета»). Впереди забрезжила жизнь, а вокруг море слез («12 Мая 1944.... почти каждая женщина - сосуд страда­ ний и горя»). Пожалуй, никогда еще с такой остротой, как в кон­ це войны, не стоял в русской культуре пришвинский вопрос не просто о радости - что так часто ставили ему в укор, мол, «война на носу, а он радуется», - но о радости как выходе из трагедии, что Пришвин всегда знал и о чем писал («4 Декабря 1944.

... на место долга становится смысл жизни, и без этого смысла становится жить невозможно»). Теперь он думает об общекультур­ ной сущности язы чества, вбирающего в себя священную детскую естественную радость жизни, понимая, что в ней есть духовная опора, необходимая человеку на его жизненном пути, особенно теперь, когда после выполненного долга - умереть, перед челове­ ком встает новый долг - снова жить, долг после долга («13 Мар­ та 1944. Читал роман Тете с Христиной и фон Штейн и понял все свое писание о природе тоже как “ пантеизм" т. е. признание, родового чувства священным (“ язычество")... “ язычество" Гете есть не язычество в смысле религиозном, а “ классицизм " Не “. язы­ чество", а поэтический эгоизм. (Христос таких язычников гладит по головке и, ставя другим в пример, говорит:

- Будьте как дети)»', «25 Июня 1944. Вульгарное мироощущение учит нас, что Пан уми­ рает во Христе... Пан, вступив на путь изменений во Христе, обретает независимость своей радости даже от смерти»).

И конечно, нельзя не сказать о чувстве юмора, которое не раз выручало Пришвина в жизни (« 2 2 Февраля 1944. Способность к юмору помогала моему юродству...») и которое по разным пово­ дам то и дело вспыхивает и в дневнике этих лет. Он посмеивается над самим собой, записывает шутки, анекдоты, народные рассказы («27 Августа 1944. Мужики говорят: “С дураками свяжешься - ду­ раком и сам будешь. Вот за то и немец пропадает, что он с нами, ду­ раками, связался"»). Иногда юмор писателя обнажает амбивалент­ ность политической ситуации в обществе, снимает ее серьезность, выявляет абсурдный смысл («4 Сентября 1945. Познакомился с N. и подумал: это контра - надо пореже видеться. Познакомился с М - явная контра, надо опасаться. Познакомился с П. - махровая.

контра - опасноIИ вдруг осенило: да ведь все же контры!»). В дру­ гой раз смех вызывает серьезная мысль, неожиданно выраженная в гротескно-природном образе («17 Декабря 1945. Наша отече­ ственная война была похожа на сплоченное наступление рогатых животных на волка: волк - это немец, а сплоченные коровы - это мы»). А то вдруг послышится как будто булгаковская ирония (5 Ав­ густа 1944. - У нас нет наследственной собственности. - Что вы говорите! Какая же другая сила движет у вас жизнью людей?»).

Юмор возвращает уверенность в себе, помогает сбросить напряже­ ние и дает надежду на то, что все обойдется («30 Декабря 1945.

Довоевались до атомной бомбы и теперь все ее боятся»).

Закончилась О течественная война. В конце войны Пришвин переживает, быть может, самый глубокий творческий кризис со времен революции, когда он, сложившийся русский писатель, начинает свой новый круг жизни в изменившейся России. Как и тогда, он снова стоит перед выбором пути, раздумывая о «месте поэта» в послевоенном мире. Как и прежде, в полном одиноче­ стве перед лицом своего современника, своего читателя, он ду­ мает о литературе («13 Мая 1945. Русские цари были заняты за­ воеваниями, расширением границ русской земли. Им некогда было думать о самом человеке. Русская литература взяла на себя это дело: напоминать о человеке. И через это стала великой лите­ ратурой. Русский писатель русской истории царского времени это заступник за униженных и оскорбленных. В советское время заботу о человеке официально взяло на себя государство, и пи­ сатель сделался чиновником особого комиссариата “ сталинской заботы о человеке”, именуемого Союзом писателей. (К вопросу о выступлении моем на предстоящем пленуме ССП.)»). Творчество было и остается для Пришвина единственны м способом жизни, и теперь он собирается с духом, чтобы бороться с властью тем единственным делом, на которое способен - писать («6 Ноября

1945. Есть у них всех, у Ленина, Сталина что-то скопческое, сектантское, абсолютно противоположное универсальной (оргийной) сущности искусства»). Неслучайно именно в этот по­ воротный момент в жизни страны Пришвин вы ходит на свою «осудареву дорогу» («18 Июля 1937. Мы все строим какой-то канал». Дневники. 1936-1 9 3 7. С.683).

«Осударева дорога» - роман о строительстве БеломорскоБалтийского канала - до сих пор вы зы вает со стороны боль­ шинства исследователей и читателей Пришвина неприятие и бесчисленные вопросы. Историю его создания условно можно разделить на два этапа: до и после поездки на канал в 1933 году.

Количество и разнообразие записей о государственной власти и личности в дневнике писателя с очевидностью доказывают, что постоянный, напряженный интерес к общественной и по­ литической жизни всегда был у Пришвина таким же глубоким, как интерес к природе. Целый ряд дневниковы х записей в раз­ ные годы, начиная с 1905, связан с комплексом идей будущего романа («8 Сентября 1922.

Если даже мне удастся совершенно очистить свою душу от эгоизма, у меня останется одна тема:

Евгений из “Медного Всадника”» Дневники. 1 9 2 0 -1 9 2 2. С. 267). В 1933 году Пришвин узнает, что Беломорско-Балтийский канал им. И.В. Сталина, соединяющий Белое море с Онежским озером, проходит по части «государевой дороги» Петра Первого. Актуа­ лизация исторической ретроспективы для Пришвина усугубляется еще и тем, что свою первую поездку в составе этнографиче­ ской экспедиции в 1906 году он совершил на Север в те же края.

След просеки, проложенной в лесу по приказу Петра Первого, Пришвин еще застал, сфотографировал и снимок опубликовал в своей первой книге. Не поехать на канал и не посмотреть на все своими глазами писатель просто не мог («21 Июля 1937. Сэтим каналом я как писатель, в сущности, сам попал на канал». Д нев­ ники. 1936-1937. С.268; «9 Декабря 1946. Вечером была К. М. с мужем. Страшный разговор о лагерной жизни. Узнал, что Петр ехал по “осударевой дороге” а за ним везли виселицу». РГАЛИ).

, После поездки он приступает к работе над романом о свободе и необходимости, о личности и власти (в его терминологии, «хо­ чется» и «надо»), а также окончательно определяет географиче­ ское и историческое пространство романа. Таким образом, в 30-е годы Пришвин не уклоняется от труднейшей современной темы, которая только в наши дни получила название «лагерной», а в то время была даже не запретной, а просто невозможной, немыс­ лимой. Писатель чувствует в этой до сих пор не зарастающей бо­ розде историческое напряжение, воспринимает ее как зримый образ остро волнующей его темы. «Осударева дорога» стано­ вится для Пришвина символом русского долга, государственной необходимости, пронизывающей русскую историю («13 Марта 1943.... этот тяжкий вопрос о жертве Дальним для Ближне­ го»', «16,17,18 Марта 1943. «” Люби ближнего”- это значит, ко­ нечно, люби Дальнего в Ближнем». Дневники. 1 9 4 2 -1 9 4 3. С.450, 456). В этом важнейшем из ницшеанских вопросов заклю ча­ ется, по Пришвину, квинтэссенция современности. В дневнике то с большей, то с меньшей частотой появляю тся бесконечные записи на тему романа, вы страиваю тся сюжетные коллизии, мелькают персонажи, сменяют друг друга заглавия и эпиграфы.

В 1939 году у писателя возникла идея создания «книги о кни­ ге» (термин М. Бахтина), то есть идея о романе, встроенном в структуру дневниковы х записей, которые он называл «леса к роману». Именно в контексте дневника становится очевидной связь пришвинского романа с текстами предшествующих куль­ турных традиций. Это - «Медный всадник» Пушкина, «Ф ауст»

Гете, «Антигона» Софокла, «Бож ественная комедия» Данте. По­ степенно роман обретает форму, наполняется содержанием, и Пришвин вряд ли подозревает, что роман уже не отпустит его до конца жизни, что впереди годы м учительны х сомнений, не­ понимания, критических отзы вов, требований переделки, бесконечных возвращений к, казалось, уже законченному тексту и невозмож ность бросить работу над ним. Это и был его «тележ­ ный» путь в литературе: «27 Мая 1944. И так странно было слышать пение скворца среди всех этих ужасов мира. Казалось, будто он пел в каком-то пьяном угаре, пренебрегая опасностью.

И я понимал его по себе: тоже ведь и я пишу... Но так, значит, и произошла на свете вся поэзия, в безумном порыве преодолеть радостью хоть на мгновенье ужас мира. И так у нас создалась поэзия как защита против невыносимого ужаса мира. Так и пом­ ните, граждане, что поэзия не сладкое блюдо для вас, а детище страданий и ужаса».

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

–  –  –

... в моей «Лесной капели» я дал вовсе не пейзаж... - в осно­ ве пейзажа у Пришвина всегда лежит лирическое переживание, воспоминание, мечта - то, что невозможно сочинить и что он сам испытал; в «Лесной капели», что характерно и для творче­ ства писателя в целом, пейзаж обнаруживает трудноуловимую связь между душой художника и природой, которая выражается в цепочке ассоциаций; писатель создает образ мира в глубоком, одновременно простом и сложном, изменчивом единстве чело­ века и природы. (Ср.: «Какое чудесное утро: и роса, и грибы, и птицы... Но только ведь это уже осень. Березки желтеют, трепет­ ная осина шепчет: “Нет опоры в поэзии: роса высохнет, птицы улетят, тугие грибы все развалятся в прах... Нет опоры...” И так надо мне эту разлуку принять и куда-то лететь вместе с листья­ ми». Собр. соч. 2 0 06. Т. 3. С. 1 1 -1 2 ).

–  –  –

К рассказу «Победа»... - рабочее название «Повести нашего времени» (1945).

... преодоление обычного (ветхого) закона любви (как у Олега с Лялей). - Встречу с Олегом Полем Валерия Дмитриевна счита­ ла важнейшим событием, определившим ее дальнейшую жизнь.

Философские взгляды Олега, сформировавшиеся, в частности, в русле философии любви Вл. Соловьева (Ср.: «Смысл любви», 1893 г.), становятся понятными в свете широкого круга идей культуры начала X X века, которая так или иначе осознает проблему «полэрос» как фундаментальную. Философ ско-богословский труд Олега Поля «Остров Достоверности», написанный в 1926 году им, уже монахом Онисимом, живущим среди пустынников Кав­ каза, обращен к Валерии Дмитриевне. Работая над автобиогра­ фическим романом «Невидимый град», Валерия Дмитриевна не могла преодолеть страх, что ее будущий читатель не поймет тра­ гических метаний Олега в его попытке совместить несовмести­ мое - личную любовь и монашеское призвание, не увидит в их отношениях отсвета широкого круга идей культуры начала XX века, в которой парадоксальность решения проблемы «пол-эрос»

определялась, прежде всего, разведением полюсов физической и духовной жизни, декларацией приоритета духовной жизни, культом утонченной подавленной чувственности и драмы, ко­ торая разворачивалась под напором физического мира в каждой отдельной судьбе. Свою лю бовь они пытались осущ ествить как совместное, чисто духовное творчество, напряженное духовное делание, строительство иного мира здесь, на Земле. В письмах и записных книжках 1 9 2 6 -1 9 2 7 гг. Олег писал: «Я не помышлял о человеческой любви и молил Господа дать силу вступить на путь, который наставники наши назвали ангельским образом жития.

Я решил искать восполнения неполноты своего бытия только в Господе - не у человеков. Ты отреклась от естественного стрем­ ления женственной природы искать полноты и устойчивости бы­ тия в этом мятущемся, изменчивом мире через мужественное до­ полнение. Ты обрела мужественность во Христе. И когда мы оба замкнулись в одиночестве, возложив упование на Господа, Он в храме Своем привел нас к таинственной встрече. Но неужели же только такая любовь есть прославленная лю бовь человеческая?

Неужели благочестивые христиане-супруги не Христовой любо­ вью любят друг друга? Наша лю бовь есть дар Господа последним временам. Не могла она прийти в мир раньше, ибо она - пред­ закатный дар. В этих словах моих нет превозношения. Знаю, что нищ я совершенно, и одежды не имею, чтоб войти в чертог Христов, но одно богатство у меня несомненное - это любовь к сестрице моей. Это дар будущей Жизни. Не за заслуги послал его Господь, а только по непостижимому милосердию Своему. Лю­ бовь земная страшится смерти, которая ставит ей преграду. Но царственно-человеческая лю бовь может заверш иться только за вратами смерти. Днем брачного пира ее назначается день всеоб­ щего воскресения... Оттого-то расцветание этой любви есть знак последних времен. Она - лю бовь предзакатная. Она - как полет журавлей, означает прозрачную осень перед судом и вос­ кресением (или паутинки «бабьего лета»). Ты сказала: “Самое дерзновенное произведение, которое я задумала, - это наша лю­ бовь”. И я понял тебя. Наша лю бовь - вызов князю мира сего.

Ибо это не одна только лю бовь к духовной сущности, но полно­ весная. Есть в ней томление и по преображенной плоти... За­ лог грядущего воскресения - страсть бесстрастная. Нашу лю ­ бовь я воспринимаю, как послушание Христово» (Невидимый град. С. 2 8 9 -2 9 0 ).

... и вы, инженеры душ... - выражение обычно приписывает­ ся Сталину, который использовал его 26 октября 1932 года на встрече с писателями в доме у Максима Горького, однако многие вспоминают (в частности, В. Ш кловский), что Сталин повторил понравившееся ему вы сказы вание Ю. К. Олеши.

... рассказывал... «йепопею» о происхождении гимна Ми­ халкова. - Имеется в виду государственны й гимн Советского Союза (1943 г., слова С. В. М ихалкова и Г. А. Эль-Регистана, муз.

А. В. Александрова). С р.: «22 Декабря 1943. Гимн, сочиненный

М ихалковым и Эль-Регистаном, произвел тяжелое впечатление:

столь великие дела на фронте нашли столь жалкое выражение в поэзии!» (Д невники. 1 9 4 2 -1 9 4 3. С. 661).

... похож на чурбана из басни Крылова. - По-видимому, аллю ­ зия на басню И. А. Крылова «Лягуш ки, просящие царя» (1809).

... некий «вредитель» вроде Зощенки. - П овесть М. М. Зо­ щенко «Перед восходом солнца» была напечатана в журнале «Октябрь» (№ № 6 -9,1 9 4 3 ) и вы звала шквал критической брани

- книга была названа «галиматьей, нужной лишь врагам нашей родины». 11 декабря 1943 года на заседании в ЦК ВКП (б) с резкой критикой повести Зощенко выступил А.

А. Ф адеев, а в январе 1944 года в том же духе на расширенном пленуме Союза со вет­ ских писателей (ССП) - Н. С. Тихонов: «П овесть Зощенко - я в­ ление глубоко чуждое духу, характеру советской литературы. В этой повести действительность показана с обывательской точки зрения уродливо искаженной, опошленной, на первый план вы ­ двинута мелкая возня субъективны х чувств». В начале декабря 1943 года ЦК ВКП(б) принимает постановления «О повышении ответственности секретарей литературно-худож ественны х жур­ налов» и «О контроле над литературно-худож ественными журналами», где повесть «Перед восходом солнца» объявляю т «по­ литически вредным и антихудож ественны м произведением».

На расширенном заседании ССП против Зощенко выступают А. Ф адеев, Л. Кирпотин, С. Маршак, Л. Соболев, В. Ш кловский и другие. Поддерживают писателя Д. Ш остакович, М. Слоним­ ский, А. Мариенгоф, А. Райкин, А. Вертинский, Б. Бабочкин, В.

Горбатов, А. Крученых. В конце концов, писателя вы водят из редколлегии журнала, лишают продуктового пайка, выселяю т из гостиницы «М осква» - квартира пострадала от бомбежки.

h ttp ://w w w.litra.ru /fu llw o rk /g e t/w o id /0 0 2 3 9 3 6 1 2 0 3 3 3 2 0 2 0 5 5 1 /;

http://w ww.fedy-diary.ru/?page_id=5746 http://funeral-spb.narod.

ru /n e c ro p o ls /s e s tro re c k /to m b s /z o s h c h e n k o /z o s h c h e n k o.h tm l.

26 ноября 1943 года в письме Сталину Зощенко пишет: «Доро­ гой Иосиф Виссарионович, я не посмел бы тревож ить Вас, если бы не имел глубокого убеждения, что книга моя, доказывающ ая могущество разума и его торжество над низшими силами, нужна в наши дни. Она может бы ть нужна и советской науке» (Лите­ ратурный фронт. История политической цензуры 1 9 3 2 -1 9 4 6 гг.

Сборник документов. Составитель Д.Л. Бабиченко. - М.: Энци­ клопедия российских деревень. 1994. С. 8 2 -8 3 ).

С. 7... солдат-пораженец, указавший Керенскому на свою мо­ гилу..- ср.: «Б/д. Однажды Мережковский говорил на одном со­ брании христианской секции религиозно-философского общ-ва о богочеловеке и человекобоге, вдруг один бывший среди публи­ ки рабочий положил ногу на стол, показывая всем на вид свой дырявый, грязный, истоптанный сапог. “Что вы на это скаже­ те?” - спросил рабочий.

Мережковский в гневе закричал на него:

“П адаль!” Я хорошо понимаю, что сказанное слово “падаль»” было как религиозно-философское понятие, т. е. что о смертной плоти-материи говорил рабочий, о том же, что спустя несколько лет говорил Керенскому солдат, отказы ваясь идти в бой: “Я умру в бою, мне ничего не достанется”» (Ранний дневник. С. 307).

... почему и сказал Вольтер о Боге... - ср.: «Случись, что Бога нет, Его б пришлось создать» - Вольтер «Послание к автору но­ вой книги о трех обманщиках (1769), стих 22. Речь идет об ано­ нимной книге «Ж изнь и дух Бенедикта Спинозы» (1719, ранее была распространена в рукописных копиях), которая впослед­ ствии вышла под заголовком «Трактат о трех обманщиках» под обманщиками подразумевались Моисей, Иисус и Магомет, основатели трех великих религий.

... рассказ Мамина «Бойцы»). - Имеются в виду очерки Д. Н.

Мамина-Сибиряка «Бойцы» (1883). Ср.: « 2 2 Декабря 1943.

Мамин: истинными завоевателями и колонизаторами всей Си­ бирской Окраины были не Строгановы, не Ермак и сменившие его царские воеводы, а московские волокиты, воеводы, подья­ чие, земские старосты, тяжелые подати и разбойные люди, ко­ торые заставляли “брести врозь” целые области»; «23 Декабря

1943. Очерк Мамина “Бойцы ” является ключом к социальным вопросам России. Понять эту войну - надо понять сущ ность о т­ ношений солдат и начальников» (Дневники. 1 9 4 2 -1 9 4 3. С. 662).

... отправляем жалобу Александрову на Александрова. - В октябре 1943 г. Пришвин делает попытку опубликовать свои «Рассказы о прекрасной маме» в «Новом мире». Ср.: «26 Дека­ бря 1943. Приехал Замошкин с печальным известием, что со­ вершается погром литературы и что в спешке зарезали и мои ни в чем не повинные рассказы о прекрасной маме. Зарезал их Александров, а официально редактор “Нового мира”. Мне со­ ветуют теперь написать жалобу на “Новый мир” этому самому Александрову» (Дневники. 1 9 4 2 -1 9 4 3. С. 662).

С. 8... сложением Союза русского народа... - имеется в виду идеология Союза русского народа, правомонархической, кон­ сервативной общ ественно-политической организации (1 9 0 5 как будто Бог любил всех, но каждого больше. - Ср.: из пись­ ма Олега Поля другу: «Однажды В. написала мне: “Бог любит не всех одинаково, но каждого больше”. Это - откровение о тайне личности» (Невидимый град. С. 301).

С. 9... оказалось, это взяли город Бердичев. - В эти дни про­ должалась Ж итом ирско-Бердичевская операция (24 декабря 1943 г. - 14 января 1944 г.), войска Красной армии сломили укре­ пленную оборону противника и 5 января освободили Бердичев и ряд других городов и населенны х пунктов.

С. 11... и палец короткий и жирный тянется к моему сте­ бельку. - Ср.: «Его толстые пальцы, как черви, жирны». Ман­ дельштам О «Мы живем, под собою не чуя страны» (1933). Нет.

сомнений в том, что Пришвин не знал стихотворения М андель­ штама, поэтому ни о влиянии, ни о цитации говорить не прихо­ дится, но «диалог между текстами» (М. Бахтин) очевиден. При­ швин и М андельштам встречались дважды: в первый раз в 1923 году (ср.: Дневники. 1 9 2 3 -1 9 2 5. С. 2 2 -2 3, а также очерк Сопка

Майра / / Цвет и крест. С. 5 3 5 -5 3 9 ), во второй раз в 1937 году (ср.:

«16 Октября. Встретился Мандельш там с женой (конечно) и сказал, что не обижается приписка: и не на кого обижаться:

сами обидчики обижены». Дневники. 19 3 6 -1 9 3 7. С. 771).

... Фадеев... его выгнали из секретарей Союза... - А.А. Фадеев занимал должность председателя правления Союза писателей с 1938 по 1944 год. По-видимому, в результате «боев на литера­ турном фронте», которые продолжались с декабря 1943 года, на IX пленуме Союза писателей в начале февраля 1944 года произо­ шла отставка А.А. Ф адеева и назначение Н.С. Тихонова. Однако уже два года спустя Ф адеев вновь был назначен председателем правления ССП и исполнял свои обязанности до 1954 года.

С. 12... не чувствую себя живым трупом. - Аллюзия на пьесу Л. Н. Толстого «Живой труп» (1900).

... «крест и тень ветвей»... в душе Татьяны Лариной. Слова из романа в сти хах А. С. Пушкина «Евгений Онегин»

(1 8 2 3 -1 8 3 1 ).

С. 13 Удар ЦК по писателям был страшен...- по-видимому, речь идет о ряде мероприятий, последовавш их за письмом Г.Ф. Александрова, А.А. Пузина, А.М. Еголина секретарю ЦК

ВКП(б) Г.М. М аленкову от 2 декабря 1943 г., которое сообщало:

«За последнее время в литературно-худож ественны х журна­ лах “Октябрь”, “Знамя” и др. допущены грубые политические ошибки, выразивш иеся в опубликовании антихудож ественны х и политически вредных произведений». В этот же день 2 де­ кабря 1943 года секретариат ЦК ВКП (б) принял закрытое по­ становление «О контроле над литературно-худож ественными журналами», обвинив управление пропаганды и агитации ЦК в «слабом контроле» за выпускаемой в стране литературой.

Под удар политических проработок попали многие писатели, поэты, критики — авторы «идеологически вредны х» произ­ ведений, в частности И. Сельвинский, М. Зощенко, Н. Асеев и др. За этим постановлением последовало постановление секре­ тариата ЦК ВКП(б) «О повышении ответственности секретарей литературно-худож ественных журналов» от 3 декабря 1943 г., постановление Президиума Союза советских писателей СССР «О журнале “Октябрь” за 1943 г.» от 22 декабря 1943 г. - Л ите­ ратурный фронт. История политической цензуры 1 9 3 2 -1 9 4 6 гг.

Сборник документов. Составитель Д.Л. Бабиченко. - М.: Энци­ клопедия российских деревень. 1994. С.8 8 -1 0 4.

Рикошетом задело меня (отвергли рассказы о детях!). - Име­ ется в виду цикл «Рассказы о ленинградских детях» (1 9 4 2 -1 9 4 3, впервые опубликовано в 1957 году) о детском доме на Ботике Петра Первого недалеко отсела Усолье (П ереславль-Залесский), где Пришвин находился в эвакуации. Эпиграфом к «Рассказам»

Пришвин собирался поставить слова князя Мышкина из романа Ф.М. Достоевского «Идиот» (1869): «Через детей душа лечится».

См. коммент. на стр. 771 к...отправляем жалобу Александрову...

В течение жизни в разное время писателю удалось опублико­ вать лишь несколько разрозненных рассказов, и это оказалось отнюдь не случайным: с этого времени ни одно большое произ­ ведение Пришвина опубликовано при его жизни не будет.

... бросил писать повесть... - имеется в виду «П овесть нашего времени» (1945, впервые опубликована в 1957 году), над кото­ рой Пришвин в это время работает.

... если бы еще не Горький в вашем прошлом, не ордена... - зна­ комство Пришвина с Горьким состоялось в 1911 году; по инициа­ тиве Горького в издательстве «Знание» вышло первое трехтом­ ное Собрание сочинений Пришвина (191 2 -1 9 1 4 ). Ср.: О желании иметь книгу «В краю непуганых птиц» Горький писал И. Романо­ ву в августе 1911 г.: «Встретите Пришвина, будьте добры передать ему мой сердечный привет. Я в великом восторге от “Черного ара­ ба” - это чудесная вещь! И очень хорошо “Птичье кладбище”. Не укажет ли он: где могу найти его книгу “Край непуганых птиц”?

Не пришлете ли ее?» Пришвин в ответ пишет Горькому пись­ мо: «Новгород, 13 сентября 1911 г. Простите, не знаю вашего житейского имени, глубокоуважаемый и дорогой мне “Максим Горький”. Писали мне, что вы желали бы иметь мою книгу “В краю непуганых птиц”. Вот я вам ее и посылаю. Боюсь только, не понравится. Это была моя первая проба писать... Потом посы­ лаю еще вам оттиски своих рассказов “У горелого пня”, “Черный араб”, “Птичье кладбище” и “Крутоярский зверь”» (ЛН. Горький и советские писатели. Неизданная переписка. М: И здательство Академии наук СССР, 1963. С. 3 2 0 -3 2 1 ). Что касается наград, то у Пришвина было два ордена: орден «Знак Почета» (1939) и орден Трудового Красного Знамени (1943). Ср.: «2 Февраля 1939. Ми­ тинг орденоносцев. Ни слова не дали, не выбрали и в президиум, и глупо вел себя я с репортерами, глупо говорил, — ничего моего не напечатали. Сижу в перекрестном огне прожекторов, щелкают “лейки”, слепну в жаре. А Толстой пришел, прямо сел в Президи­ ум, и после [того], как сел, Ф адеев объявил: “Предлагаю допол­ нительно выбрать Толстого”. Все засмеялись, — до того отлично он сел. И даже мне, обиженному, понравилось... Положение лишнего человека: презираю их и в то же время обижен, что не сижу на их месте. Так Пушкин и Лермонтов презирали “свет” и в то же время умирали за положение в свете, и вот это-то и есть “чертовщина” (т. е. что все хлопают и ты должен хлопать). Спа­ сение только в читателе»; «6 Февраля 1943. Сильный мороз и солнце. Месяц народился. Утром до почты какой-то монтер при­ слал мальчика с текстом поздравительной телеграммы (5 февра­ ля день рождения 70 лет, награжден орденом Красного Знамени).

(Причина радости - это свобода от страха.)» (Дневники. 1 9 3 8 С. 271. Дневники. 1942 -1 9 4 3. С. 411).

... критик Перцов. - Ср.: «8 Апреля 1942. Был от Литератур­ ной газеты Перцов с предложением написать “от души”. Я отве­ тил, что с самого начала пробовал: “Голубая стрекоза”, но Ф аде­ ев отверг, как “не остро-политическое”» (Дневники. 1942-1943.

С. 1 2 7 -1 2 8 ). Речь идет о рассказе «Голубая стрекоза» (1941) вна­ чале отвергнутом, но затем все же опубликованном.

С. 14... в масштабе карьеры Михалкова.. - имеется в виду С.В. М ихалков, автор (в соавторстве с Г.А. Эль-Регистаном) госу­ дарственного гимна Советского Союза. См. коммент. на стр. 769 к...рассказывал... «йепопею»...

–  –  –

С. 15... думал о царе Соломоне, как о величайшем писателе... написал он для всех нас Песнь песней... - Песн.

Суета сует и все суета! - Е к к.1 :2,1 2 -8.

С. 16... христианской кончины живота...- просительная ектенья.

С. 18 Розанова помню таким... - об интимном тоне Розано­ ва см. запись от 16 августа 1942 г. и коммент. к ней. Дневники.

1 942-1943. С. 245, 724.

... Михалков стихами о Светлане в «Известиях» начал карье­ ру. - Ср.: «Мне нравилась студентка нашего института, высокая, статная девушка с большой русой косой за плечами. Встречаю я ее как-то в Доме литераторов. - Хочеш ь, я посвящу тебе стихи и опубликую их завтра в “И звести ях”? - обратился я к ней, зная заранее, что стихи мои уже стоят на полосе очередного номера газеты. - Попробуй! - улыбнулась моя избранница. Я поспешил в редакцию, успел заменить название стихотворения и вста­ вил имя девушки в текст стихов. Наутро в “И звести ях” вместо “Колыбельной” появилось мое стихотворение “Светлана”. Надо признаться, что моя попытка снискать благосклонность моей избранницы мне так и не удалась. Но стихи привлекли внимание другого человека, от которого зависели жизнь и смерть миллио­ нов советских людей. Меня пригласили в Ц ентральный Комитет партии. Принимал меня ответственны й работник ЦК - Сергей Динамов (расстрелян). - Ваши стихи понравились товарищу Сталину! - сказал он мне после небольшой паузы, внимательно разглядывая сидящего перед ним молодого автора. - Товарищ Сталин поинтересовался условиями вашей жизни. Не надо ли чем помочь? Дочь Сталина звали Светланой. Мог ли я предпо­ лагать такое совпадение?» (Михалков С.В. Я был советским пи­ сателем. http://slovari.yandex.ru).

Бородин требовал исключения из Союза Асеева. - После того как было принято закрытое постановление секретариата ЦК «О контроле над литературно-худож ественными журналами»

(2 декабря 1943) с последующим обвинением управления про­ паганды и агитации ЦК в «слабом контроле» за выпускаемой в стране литературой, под удар политических проработок попал, в частности, Н.Н. Асеев. В сборнике стихов «Годы грома» были обнаружены «политически ошибочные стихотворения» - уже набранная и сверстанная в Гослитиздате книга по инициати­ ве начальника Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Г.Ф. Александрова и при поддержке секретарей ЦК А.С. Щ ерба­ кова, Г.М. М аленкова и А.А. Ж данова была запрещена. До сере­ дины 1950-х гг. ни одного стихотворения поэта не было опубли­ ковано. http://www.library.cjes.ru /online/?a=con& b_id=405 С. 19 Одни говорят, будто Фадеев остается, другие - что на­ значен Тихонов. - См. коммент. на стр. 772 к...Фадеев... его...

выгнали...

... «все понять, не забыть и не простить». - См. коммент. на Читал «Страшную месть»...

стр. 780 к... (Командор: шаги командора). - Аллюзия на трагедию А.С. Пушкина «Каменный гость» (цикл «М аленькие трагедии», 1830). Ср.: « 9 Января 1940. Подробности сна: Провожаю я буд­ то бы Кл. Бор. через 3-й мост и чувствую : кто-то за нами шагает тяжелым шагом, вроде Командора. И когда я проводил ее и вер­ нулся, он встретил меня на мосту, и только меня коснулся - я по­ летел с моста в мерзлую воду, по которой от стужи ходят дымки.

И плаваю я, и спрашиваю вверх Командора:

- Долго ли мне пла­ вать тут? - Нет, - отвечает он, - вода холодная, как дурь у тебя из головы выйдет, так все и кончится» (Дневники. 1 9 4 0-1941.

С. 11).

С. 20 (Ленинские дни). - Речь идет о 20-й годовщине со днясмерти Ленина.

... испытывают слепую Голгофу... - в годы Первой мировой войны и последующей революции Голгофа - христианский ар­ хетип спасительного страдания - переосмысляется Пришви­ ным в контексте разворачивающейся на глазах истории: цикл очерков и рассказов (1 9 1 5 -1 9 2 4 ) писатель назы вает «Слепая Голгофа» (Ср.: «10 Января 1925. - Слепая Голгофа! - Но и хо ­ рошо, что слепая: для моих людей никакой зрячей Голгофы не может быть.... Кто же там, на фронте, что-нибудь видит, где та личность, взявш ая на душу это страдание? Весь фронт - это не “я”, а другой человек». Дневники. 1 9 2 3 -1 9 2 5. С.2 8 5 ): в 1944 г.

в свете новой войны вновь в дневнике возникает образ слепой

Голгофы, которая стоит на пути роста сознания личности (Ср.:

«15 Октября 1943.... иногда, прежде чем идти на страданье, надо подумать, нельзя ли в этом случае обойтись без Голгофы... мы не против Голгофы идем: всякая новая мысль челове­ ку дается страданием. Но мы восстаем против слепой Голгофы, или бессмысленного страдания». Дневники. 19 4 2 -1 9 4 3. С. 593).

С. 21 Замененные мной в «Дмитрии Донском»... - имеется в виду роман С.П. Бородина «Дмитрий Донской» (1941).

С. 22 «ГероическийЛенинград»... - по Пришвину, именно «ма­ ленький человек», обыватель, вовлеченны й в историю (будь это революция, гражданская война, коллективизация, нынешняя «большая война»), именно этот человек ежедневно незамет­ но и совсем не героически выносит невыносимое, выживает в условиях, в которых в общественном смысле невозможно суще­ ствовать: ср.: «5 Марта 1943. Подвиг Папанина. Вспомнился Папанин - где он? Кто теперь думает о его подвиге? Что значит плаванье на льдине с обеспеченным продовольствием, в палатке на гагачьем пуху в сравнении с подвигом любой женщины в холодной квартире с детьми на тощем пайке в Ленинграде, да и везде, но... ордена ей не дадут, потому что 1) Папанин берет на себя беду сам, как необходимость при достижении цели, а женщина пассивно разделяет участь. 2) Папанин один, а “так и х” много» (Дневники. 194 2 -1 9 4 3. С.442).

С. 23 Начал с рассказов о ленинградских детях и потерпел крушение. - См. коммент. на стр. 773 к Рикошетом задело меня...

С. 26 Как это можно, в такое время - и влюбиться! - Запись относится к работе над повестью «Победа» («П овесть нашего времени»). Милочка - главная героиня повести.

Шишков благополучно пишет о Пугачеве...- имеется в виду историческая эпопея В. Я. Шишкова «Емельян Пугачев» (1 9 3 8 Зощенко рискнул написать о себе и получил наказание...- в автобиографической повести «Перед восходом солнца» (1943), которую М.М. Зощенко считал своим главным произведением, он анализирует собственны й жизненный путь, и тем самым, путь русского интеллигента, оказавш егося на переломе двух эпох. В 1943 году начальные главы повести о подсознании были опубликованы в журнале «Октябрь». Зощенко исследовал слу­ чаи из жизни, давшие импульс к тяжелому душевному заболе­ ванию, от которого его не могли избавить врачи. Журнальная публикация вызвала резкую критику, печатание повести было приостановлено. Зощенко обратился с письмом к Сталину, про­ ся его ознакомиться с книгой «либо дать распоряжение про­ верить ее более обстоятельно, чем это сделано критиками».

Однако книга была названа «галиматьей, нужной лишь врагам нашей родины» (журнал «Больш евик»). http://funeral-spb.narod.

ru/necropols/sestroreck/tom bs/zoshchenko/zoshchenko.htm l Повидимому, автобиография Зощенко вызвала у Пришвина столь острую реакцию, потому что в ней он узнал свой собственный юношеский труднейший путь роста сознания, во-первых, через «хочу все знать», а во-вторы х, через любовное переживание, ко­ торое он смог преодолеть, пожалуй, не менее мучительным пу­ тем. Начиная с первой серьезной жизненной неудачи - исклю ­ чение из Елецкой гимназии, к которой позднее прибавилась лю ­ бовная неудача, Пришвин начинает строить собственную жизнь (стихийное ж изнетворчество художника, который еще не осознает себя художником), что и приводит его к творчеству (1905) как выходу и спасению личности. Перенос жизненной ситуации в словесность оказался для Пришвина настолько очевидным вы ­ ходом из тупика, что другого он больше никогда не искал. С этих пор рефлексия по поводу собственной жизни осущ ествляется им в тексте - как дневника, так и автобиографии «Кащеева цепь», ж изнетворчество предвосхищ ает поэзию (Ср.: «Моя нравствен­ ная задача, как теперь я понимаю, была в том, чтобы вытравить из жизни своей самое влияние неудачи, чтобы самая кровь моей жизни текла совсем по иному руслу... В глубине души мне ка­ залось и тогда, что от природы все люди достаточно награждены всякими талантами, что есть на свете у каждого человека в душе возможность творческого усилия, позволяющего выскочить каждому из тупика своей неудачи». Собр. соч. 2 0 0 6. Т. 1. С.131).

См. ниже записи о Зощенко от 29 и 30 января 1944 г.

С. 27... «старик Державин нас заметил»... - строка из рома­ на в сти хах А.С. Пушкина «Евгений Онегин» (1 8 2 3 -1 8 3 1, гл. 8, строфа 2).

С. 28... работал над книгой «Картофель»... - имеется в виду книга «Картофель в полевой и огородной культуре» (СПб.: издво А.Ф. Девриена, 1908), которую Пришвин написал, работая после окончания Лейпцигского университета на опытной сель­ скохозяйственной станции «Заполье» под Лугой и сотрудничая в «Журнале опытной агрономии», который с 1900 по 1922 год издавался в Петербурге. Ср.: «3 Марта 1934. Лорх Александр Георгиевич... Агроном-картофельник приходил за советом ко мне как к автору лучшей книги по картофелю, написанной 30 лет назад» (Дневники. 1 9 3 2 -1 9 3 5. С. 361).

С. 29 Начал читать Горбатова «Непокоренные»... - имеется в виду сборник военны х произведений Б.Л. Горбатова «Непо­ коренные» о мужестве советских людей в годы Отечественной войны.

... Тарас с сыновьями есть Гоголевский Тарас... - повесть Н.В.

Гоголя «Тарас Бульба» (1842, цикл «Миргород»).

С. 31 Вечером был на пленуме. - Имеется в виду IX пленум Союза писателей, на котором после отставки А.А. Ф адеева пред­ седателем правления ССП был утвержден Н.С. Тихонов.

–  –  –

Вспомни записки купца Волкова...- речь идет об автобиогра­ фических записках талдомского купца Д. И. Волкова под назва­ нием «Книга для записывания семейных дел и исторических, общих событий, дневников и проч. Дмитрия Ивановича Волко­ ва», которые попали в руки Пришвина в 1922 году, когда он жил в деревнях Талдомского района, изучал башмачный промысел и работал над книгой очерков «Башмаки» (1925) об известны х тал­ домских кустарях-башмачниках. Личность Волкова и его записки произвели на писателя сильное впечатление, и спустя много лет Волков стал одних из героев романа Пришвина «Осударева доро­ га» (гл. «Сказка о вечном рубле»). Собр. соч. 2006. Т.З. С. 2 2 7 -4 6 1.

Ср.: «20 Декабря 1936. Письмо Дмитрию Ивановичу Волкову, бывшему миллионеру, теперь собственнику дневника, который ему теперь много дороже тех миллионов. Это у меня (хранение дневника) вышло настоящее, органическое доброе дело, подоб­ но созданию книжки для детей “Зверь Бурундук”. Выходило так, что я делал для себя, но это “для себя” в то же время значило и для других. Это доказывает, что в душе человека есть такой род собственности, который является одновременно и личной соб­ ственностью, и общественной. Можно поэтому представить себе и коммунизм, обратный этому: пустой внутри и даже насыщен­ ный злобой». Дневники 1936-1937. С. 416.

С. 36... закончилась операция с окруженными немцами на юге. -В январе - феврале 1944 г. силами 1-го и 2-го Украинских фронтов (Н.Ф. Ватутин, И.С. Конев) была окружена и уничтож е­ на Корсунь-Ш евченковская группировка - немцы были отбро­ шены на запад на 6 0 0 -7 0 0 км.

–  –  –

... помня завет Чехова не браниться на городового... - ср.: «Нам было по дороге, и мы шли, продолжая разговор этого вечера на общ ественные и литературные темы. Чехов говорил о необхо­ димости настроения в стихотворениях. Говорил он волнуясь и повторял, что желал бы быть понятен. Смысл его речи был тот, что вся жизнь целиком может давать содержание для художе­ ственной работы, которая характеризуется правдивостью на­ строения изображаемого. - Я же ничего сегодня и не отрицал в нашем литературном споре, - сказал он и, остановивш ись, прибавил:

- Только не надо нарочно сочинять стихи про дур­ ного городового!» (Ладыженский В.Н. Из воспоминаний об А.П.

Чехове. http://w ww.gum fak.ru/otech_htm l/chekhov/rem em ber/ ladizhenskiy.shtml).

С. 39 Повесть «Ключ правды»... - одно из рабочих названий«Повести нашего времени».

Ходили к Ивану Воину слушать «На реках вавилонских». П с.136. Речь идет о храме мч. Ивана Воина на улице Б. Якиманка.

Построен в 1 7 0 9 -1 7 1 7 гг., по преданию, по чертежу Петра Перво­ го в честь победы под Полтавой. Архитектор Иван Зарудный. В советские годы не закрывался, имеет много святы нь.

Воскресенье (Прощеное). - Служба с чином прощения в канун Великого поста.

С. 40... к кончине (и по возможности « безболезненны, непо­ стыдны»). - Просительная ектенья.

Читал «Страшнуюместь»... - имеется в виду повесть Н.В. Го­ голя «Страшная месть» (1831, цикл «Миргород».

...редактор «Русских ведомостей»... - в петербургской газете «Русские ведомости» с 1907 по 1915 г. Пришвин регулярно пу­ бликовал свои корреспонденции. В начале века в Петербурге он познакомился с А. Н. Толстым.

С. 42 Великое повечерье. Канон Андрея Критского. - Покаян­ ный канон Андрея Критского.

–  –  –

С. 43... что-то вроде старосветских помещиков. - Персона­ жи повести Н.В. Гоголя «Старосветские помещики» (1835, цикл «Миргород») встречаю тся в дневнике Пришвина в разные годы и олицетворяют утопический идеал патриархальной жизни, застывшей в привычных формах, замкнутой на самой себе, не выдерживающей столкновения с реальностью - выхода в исто­ рию (« 2 2 Сентября 1916. На постоялом дворе: географическая карта и говорят о войне.

Старик подходит:

- Покажите-ка мне Россию! - Показывают. Крестится:

- Слава Богу, Россию уви­ дел! - А хозяин:

- Давно бы вам надо Россию показать. Смерть Пульхерии И вановны перед географической картой». Дневники.

1914-1917. С. 326): подобным же образом писатель обнаружива­ ет в мире «старосветских помещиков» застывш ую маску любви, подменяющую живое горячее чувство («9 Сентября 1918. Л ю ­ бовь - истребитель привычки. При-вычка, от-вы чка, на-вы чка, навык, какая-то Бычка и Бык, с которой борется лю бовь и в ней погибает сама. Бы чка, Бы к, или пусть лучше Век побеждают лю ­ бовь, надевая маску любви. Как легок крест во имя любимого:

пламень любви лежит в основе креста, он является в пламени, а Век учит нас долгу, смирению, терпению, Век государственный, семейный, всеобщий Бык-Век - строитель, но никогда не архи­ тектор. Невозможно построить брак на любви, если он все-таки удастся, то это не потому, что любят друг друга муж и жена, а по­ тому, что в их натуре есть Бы к-Век: влюбленным поют соловьи, а брачным поют двери, как у Афанасия Ивановича и Пульхерии Ивановны. Так церковь наша, видимая церковь, есть тот же брак, в котором Бык-Век поглотил совершенно лю бовь христианскую и надел на себя ее маску». Дневники. 1918-1919. С. 191).

С. 44 Пример «Иван Осляничек».. - одно из ранних произ­ ведений Пришвина «Иван О сляничек (Из сказаний Семибрат­ ского кургана)» (1912), которое писатель считал неудачным, на­ писанным под влиянием Ремизова, и никогда впоследствии не включал в собрания сочинений. Ср.: «3 Апреля 1921. А в чисто даже литературных кругах говорят: “Это у вас лирика, это надо бросить, нужен эпос, пишите большой роман”. И вот думаешь над платформой, над романом. Я целый год потерял, отдавшись писанию романа, и написал за это время всего одну главу, в кото­ рой каждое слово вставлялось, как инфузория, щипчиками под микроскопом. Так я написал “Ивана О сляничека” и напечатал его в “Заветах”, но не решаюсь напечатать теперь» (Дневники.

1920-1921. С. 158); «“Иван О сляничек” - получилась не вещь, а сосулька», «Из прошлого встает “Семибратский курган”: сколь­ ко трудился. А теперь вспомнить стыдно, какой вздор писал под Ремизова» (Путь к Слову. С. 1 75-176). В повести «Иван Осля­ ничек» амбивалентность мира (большое дело, мужское - малое дело, женское, языческий мир с водяными и лешими - право­ славный мир с преподобными старцами) - ключ к жизненной трагедии; родоначальник, благоверный князь Юрий, живущий в ожидании конца света; появление наследника отклады вает конец света; однако младенец-наследник - не подлинный про­ должатель рода, он взят со стороны княгиней и крещен в честь Ивана Осляничека, «снимающего обиды человеческие»; князь же, введенный в заблуждение, нарекает его именем древнего князя; таким образом, младенец, получивший два имени и тем самым втайне соединяющий род и личность, вносит в мир идею преодоления «обид человеческих» (Ц вет и крест. С.2 3 3 -2 7 3 ).

С. 45 Читаю «Великий язычник» (Гете) какого-то францу­ за...по-видимому, имеется в виду книга Жан-Мари Каррэ «Ве­ ликий язычник. П овесть о жизни Гете». Пер. с фр. 3. Шамуриной. М.: Изд-во М. и С. Сабаш никовых, 1930.

С. 46... та, которую я потерял. - На внутренней стороне об­ ложки в конце этой тетради написано: «Дорогая Татьяна Л ьво в­ на, я не очень ценю это, где добродетель человеку явилась сама собой... Так вот и Ваше природное смирение, унаследованное от Ваших родителей или в Вас внедренное воспитанием. Мне дороже, когда человек сам лично побеждает свой первичный эгоизм в стремлении не дописано. Ниже идет следующий список:«1) Пушкин 2) Лермонтов 3) Крылов 4) Гоголь 5) Д остоев­ ский 6) Толстой 7) Тю тчев 8) Ф ет 9) Бунин 10) Блок 11) Горький (?) 12) Лесков (?) 13) Тургенев 14) Клюев 15) Некрасов 16) Че­ хов».

С. 51 Роль фон Штейн у меня играла В.П. Измалкова...- име­ ется в виду Варвара Петровна (Варя) Измалкова, студентка Сор­ бонны, встреча с которой состоялась в Париже в 1902 году. Ро­ ман был кратковременным, но вскры л всю глубину и сложность отношения Пришвина к женщине, обнаружил в нем натуру ху­ дожника, стал источником его писательства.

–  –  –

С. 56... об этом-то человеке я и говорю в «Мирской чаше»... еще одно рабочее название будущей «Повести нашего времени»

(1945). См. коммент. на стр. 785 к В 19-м году... тоже...

С. 58 Немцы заняли Аландские острова, Румынию, Болга­ рию...- речь идет о планах Германии, предусматривающих в феврале-марте 1944 года оккупацию Северной Финляндии, в частности Аландских островов, в связи с тем, что финское правительство вступило в переговоры с СССР об условиях выхода из войны и перемирия; в Румынии и Болгарии в течение 1944 года усиливалось антифашистское движение, были свергнуты профашистские правительства; осенью 1944 года Ф инляндия, Румыния и Болгария вышли из нацистского блока.

–  –  –

С. 67... «Москва слезам не верит»... - по одной из версий, выражение, возникшее после освобождения от татарского ига, когда пала вольность Новгорода и укрепилась власть М осквы, которая взимала с городов дань; по этому поводу в Новгороде возникли поговорки: «М осква бьет с носка» и «М осква слезам не потакает (не верит)».

С. 68... вчера читал «Ромео» Шекспира...- трагедия В. Ш ек­ спира «Ромео и Джульетта» (1 5 9 4 -1 5 9 5 ).

... (Дон Кихот умер в Советской России, наконец-то умер!)... аллюзия на роман Мигеля де Сервантеса «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» (1605). В дневнике Пришвин в разные годы и по разным поводам обращается к образам Дон Кихота и Санчо Пансы как к вечным образам (архетипам) мировой куль­ туры. Ср.: «13 Декабря 1924. Вот что новое мне из Дон-Кихота:

оказывается, оруженосец Санчо совершенно такой же одержимый, как и Дон-Кихот, и только дела разные, у одного Дульсинея, у дру­ гого губернаторство» (Дневники. 1 9 2 3 -1 9 2 5. С. 2 5 6 -2 5 7 ).

С. 69... Мстителя как героя не существует... - аллюзия на по­ весть Н.В. Гоголя «Страшная месть» (1831, цикл «Миргород»).

Повесть Н.В. Гоголя «Страшная месть» сыграла роль литератур­ ного подтекста «Повести нашего времени», над которой Пришвин работает в эти годы. В повести обсуждается и, в конце концов, в споре главных героев, солдата-фронтовика и народного правдоискателя, преодолевается идея возмездия. Ср.: «И в точности мне пересказал мои собственные мысли о том, как связать времена возмездием и правдой. - Помнишь, - сказал он, - мое старинное “не простить”... Теперь это “не простить” перешло в страшную месть. Я теперь по земле тенью пойду от войны, от этого страшно­ го всадника. - Но ты помнишь, - говорю я, - всадник с мертвыми очами был наказан за то, что слишком много мести у Бога запро­ сил? - Этот договор с Богом меня... не касается. Ведь я только за правдой иду, как тень от страшного всадника: Бог у меня ни при чем. - Как же все-таки Бог ни при чем? - Времени нет, - отвечает он, - чтобы... как раньше было, Бога искать...довольно у нас на Руси Бога искали, а я знаю одно, что за правду иду, делать ее иду, а Бог, если он есть, пусть сам найдет меня, у него время не­ считанное...

долго стоял и глядел ему вслед, повторяя про себя:

- Пусть... Бог найдет тебя и поможет тебе, бедному, снять с себя это мученье твое: все понять, ничего не забыть и ничего не про­ стить» (Собр. соч. 2006. Т. 3. С. 226). Социокультурный смысл идеи возмездия связан у Пришвина с революцией, когда столкновение культуры, уходящей корнями в христианскую нравственность, и большевистской культуры окончательно определило смысл ново­ го времени. Ср.: «Раньше у меня было всегда, что понять - значит забыть и простить. Теперь я хотел бы молиться о мире всего мира, а в душе - только бы не забыть, только бы не простить!... твержу свою подзаборную молитву, обращенную к неведомому Богу:

- Го­ споди, помоги мне все понять, и ничего не забыть, и не простить!»

(Подзаборная молитва. Цвет и крест. С. 116-117).

С. 71 Одесса нами взята. - Речь идет об освобождении со­ ветских территорий, оккупированны х Румынией, которое на­ чалось весной 1944 года. Успешное наступление Красной армии позволило освободить, в частности, Одесскую область. Насту­ пление войск 4-го Украинского фронта и Отдельной Примор­ ской армии заверш илось 12 мая 1944 года полным разгромом крымской группировки немецко-румынских войск и освобож­ дением Крыма.

...«егда праведные ученицы»... - из молитвы Тайной вечери В е­ ликого Четверга.

С. 72... женщина волосами отирать тебе ноги...- Лк. 7:38, 44.

С. 73 Слушал «Чертог твой»... - слова из покаянной молитвы приуготовительных недель Великого поста.

В 19-м году... тоже была у меня повесть... «Мирская чаша»... - имеется в виду повесть «Мирская чаша. 19-й год X X века» (1922, первоначальное название «Раб обезьяний»), кото­ рую тоже не удалось опубликовать (вперв. в 1978 г. с купюра­ ми, полн. текст в 1991). В 1922 году Пришвин привез повесть «Мирская чаша» в Москву, однако редактор журнала «Красная новь» А.К. Воронский публиковать повесть не решился. 24 авгу­ ста 1922 года в дневнике Пришвина появляется черновик пись­ ма Л.Д. Троцкому, которое он затем посылает адресату: «Ува­ жаемый Лев Д авыдович, обращаюсь к Вам с большой просьбой прочитать посылаемую Вам при этом письме мою повесть “Раб Обезьяний”. Я хотел поместить ее в альм анахе “Круг”, но из беседы с т. Воронским вы яснилось, что едва ли цензура ее раз­ решит, т. к. повесть выходит за пределы данны х им обы чны х инструкций. За границей я ее печатать не хочу, так как в той об­ становке она будет неверно понята, и весь смысл моего упорного безвыездного тяжкого бытия среди русского народа пропадет.

Словом, вещь худож ественно-правдивая попадет в политику и контрреволюцию. О тклады вать и сидеть мышью в ожидании лучших настроений - не могу больше. Вот я и выдумал обра­ титься к Вашему мужеству, да, советская власть должна иметь мужество дать сущ ествование целомудренно-эстетической по­ вести, хотя бы она и колола глаза. Зачеркнуто: А я лично ч ув­ ствовал бы свои руки развязанным и и, освобожденный, может быть, написал бы и не такие горькие и тяжкие вещи. Впрочем, мне кажется, я ломлюсь в открытую дверь. Подумайте, сколь­ ко картин русской жизни, изображ енных за границей, потеряют свой политический аромат, если здесь у нас, в госуд. издатель­ стве скажут моей повести: “Да, так было в 19-м году”. Сознаю, что индивидуальность есть дом личности, верю, что будет на земле (или на другой планете) время, когда все эти особняки личности будут сломаны, и она будет едино проявляться (как говорят, “в коллективе”), но сейчас без этого домика проявиться невозможно художнику, и весь мой грех в том, что я в этой по­ вести выступаю индивидуально. Ну, да это Вы сами увидите и поймете. Не смею просить Вас о скором ответе, но сейчас меня задерживает в М оскве только судьба моей повести. Примите привет моей блуждающей души. М ихаил Пришвин. М осква, Тверской бульвар, 25, Общежитие Союза писателей, М ихаилу Михайловичу Пришвину. Зачеркнуто: Я, написав это письмо, читал повесть в одном кружке, где много партийных людей, и повесть мою там бранили ужасно во всех отнош ениях. Ничего не жду хорошего для себя от напечатания, но мне кажется, она сыграет большую роль среди молодых писателей, которые пи­ шут о революции, затвердив на зубах себе платформу приятия, она их научит танцевать не от печки. Бою сь я, что в процессе революции русскую некультурную интеллигенцию отучат вос­ принимать. Бою сь, что Вам, государственному деятелю, будет слишком чужда моя повесть, и подчас мне кажется дико даже посылать Вам ее». 8 сентября 1922 года в дневнике появляется следующая запись: «Вошел Воронский и, взяв меня за руку, про­ вел в пустую комнату и там передал ответ Троцкого по телефону о моей повести “Раб обезьяний”: “Признаю за вещью крупные худож ественные достоинства, но с политической точки зрения она сплошь контрреволюционна”.

Я ответил на это Воронскому:

“Вот и паспорт мне дал”». «М ирская чаша» - повесть о судьбе культуры и русской интеллигенции. В повесть перекочевали из дневника 1 9 2 0 -1 9 2 2 гг. многие реалии повседневной жизни и целый ряд персонажей, от П авлинихи до павлина. Бытовой план повести - это мир, окружающий писателя, знакомый ему до мельчайших подробностей: повесть автобиографична. Вто­ рой план повести создается событиями, связанны м и с проис­ ходящим в России в целом - появлением новы х власть имущих и нового образа жизни. В «Мирской чаше» пародируется и дово­ дится до абсурда складываю щ аяся советская действительность, разрушается официальная картина мира, ставится под сомнение его серьезность. Гротескно-комический образ Персюка, «само­ го страшного из всех комиссаров», не только вы являет идейную несостоятельность новой власти («высадиш ь бутылку враз и ну Маркса читать... и думаешь при этом, как бы достигнуть»), ее варварскую, дикую сущ ность («в каждом кармане, кажется, си­ дит по эсеру, меньшевику, кооператору, купцу, схваченны х гденибудь на ходу под пьяную руку, давно забы ты х, еле живых там в махорке, с оторванными пуговицами и всякой дрянью»), но и принципиально относит склады ваю щ ую ся действительность к прошлому, первобытному, «музейному» - лишает ее культурной актуальности («Такого бы непременно надо в скифскую комна­ ту»). Писатель строит такую модель мира, в которой нет «черты, отделяющей небо и землю», в которой утрачивается имя («това­ рищ покойник»), исчезает противоположность жизни и смерти смерть не происходит, а длится («десять лет расстрела»), смерти и воскресения («умер - не удивятся, жив - скажут: объявился.

И даже если он воскресший явится, опять ничего, опять: объя­ вился»), и даже граница личности (Алпатов - Савин) какая-то зыбкая, не сразу заметная. Это Скифия, «мир древних заветов», в котором «волхвы идут по своим следам в прошлое», а народ терпит крестную муку и вновь ожидает спасительного слова, в нем само солнце распято - космос вовлечен в процесс страдания и спасения.

Сквозь всю повесть проходит мотив уничтожения:

дворец разоряется вселивш ейся туда детской колонией, святы е мощи оборачиваются костью, вместо креста является черный рог, и человек превращается в обезьяну. В зачине повести сим во­ лом уничтожения становится погибающая от рук человеческих природа - чистик или моховое болото - «мать великой русской реки» и «славного водного пути из варяг в греки». Под тем же углом зрения, что и в дневнике послереволюционных лет, в по­ вести худож ественно исследуется проблема взаимоотношений человека и природы, господства над окружающей природой и овладения человеческой природой. В зачине повести природа и история объединяю тся в некую систему, образующую един­ ство природы и родины: уничтожение рек и лесов обращает всю «страну в пустыню». Образ родины несет на себе печать трагиче­ ского разделения на плоть и дух («она мне изменяет, душу свою чистую отдает мне, а тело другому, не любя, презирая его, и эта блудница - раба со святою душой - моя родина»); и в повести, как и в дневнике 1 9 1 9 -1 9 2 0 гг. актуализируется принцип жизни («Я живой человек и хочу жить с ней, видеть ее простыми глаза­ ми»); метафизический смысл трагедии, к которой приводит пре­ небрежение жизнью, и значимость самой органической жизни подчеркиваются акцентом на первую часть евангельского моле­ ния о чаше («и сам Распятый просил, чтобы миновать ему эту чашу, и ему даже хотелось побыть»). Немота лирического героя разрешается молитвой о сохранении девственной природы, без чего невозможна свобода человека на земле. В «Мирской чаше»

человек и «обезьяна» (и «идейная», и «родная русская лесная обезьяна») противопоставляю тся как представители культуры и цивилизации. Цивилизованной «обезьяне», которая «тащит себе в гнездо творения культурные себе на пользу», противо­ стоит человек «иной жизни», человек культуры, который едет «спасти несколько книг и картин, больше ему ничего не нужно, и за это дело он готов... погибнуть». Это его душа - «мирская чаша», в которой есть пища для всех вокруг. П оявляется в пове­ сти и знакомый по дневнику образ - надежды на органическую жизнь, которая, в конце концов, пересилит идею: «свежие всхо ­ ды озими», а также неожиданно высокие деревья на вырубке, оставленные «для обсеменения запущенной земли» (Собр. соч.

2 006. Т. 1. С.5 8 3 -6 6 7, 6 8 3 -6 8 6 ; Дневники. 1 9 2 0 -1 9 2 2. С.2 6 0 -2 6 1, 267).

...написал «повесть временных лет»... - П овесть временных лет (также называемая «П ервоначальная летопись» или «Несто­ рова летопись») - наиболее ранний из дошедших до нас древне­ русских летописных сводов начала X II века.

... раскрывает идею Соловьева о борьбе христианина со злом.

- Ср.: «Соловьев, вникая глубже в процесс духовного преобра­ жения человека, приходит к заклю чению, что человек на пути к соверш енству в борьбе со злом должен пройти три момента:

во-первых, отвращение ко злу, во-вторы х, усилие освободить­ ся от власти греха, в-третьи х, - обращение к Богу как к источ­ нику духовной силы» ( http://www.vestnikistiny.info/vestnik_ istin y /1979_l/V.S.So lo v ’ev.php).

С. 76... (Метерлинк). - Ср.: «Б/д. 1908-1909. Метерлинк всколыхнул в нем инстинкты, ощущение прирожденного ему с детства, с колыбели; откопал он их, и земля родная вся зацвела ему в это время разнообразными цветами: не общая всем крас­ ная гвоздика в петличку, не каменная казарма с желтым забором, а душистый забор, анютины глазки, кудрявая мурава на боль­ шаке, можжевеловая изгородь, крытая соломой изба - родная, просветленная и любимая риза земли. Ницшеанец оброс родны­ ми скромными цветами и травами и вдруг узнал в своем богесверхчеловеке родного православного Бога - Христа» (Ранний дневник. С. 302).

–  –  –

Крест митрополита Сергия... - воспоминания С. 80 В.Д. Пришвиной о положении в церкви в 1 9 2 0 -х и 1 930-х гг.

п редставляю т интерес с двух точек зрения. Во-п ервы х, это точка зрения целого круга верую щ их людей «из бывш их», ко­ торые еж едневно переж ивали происходящ ее в церковной жиз­ ни М осквы, а во -вто р ы х, потому что она была лично связана с одним из тех, кто неп осредственно находился в эпицентре этих событий и уч аствовал в них - с М ихаилом А лександровичем Н овоселовы м, а такж е с кавказским и пусты нникам и. Ср.:

«Епископ Сергий провозгласил единство Церкви с советской властью [1926], признавая эту вл асть народной, народом при­ нятой и потому обязательной и для Церкви, которая никогда не боролась с государственной властью и имела свои, чисто духовны е, независимые от мирской жизни цели... “ваши радости - наши радости и ваши печали - наши печали”...

в истории Церкви бы вали вы ступ ления свя ты х людей про­ тив некоторы х действий светской власти, в сл уч ая х, когда она явно нарушала закон Х ристов. Вспоминали вы ступление митрополита Филиппа против ж естокостей Иоанна Грозно­ го, Нила Сорского против ж естокостей в борьбе с еретиками при Иоанне III. Но общее мнение старцев на П сху было таково, что вы ступления Церкви возмож ны лишь против отдел ьны х заблуж дающ ихся или преступ ны х личностей и их действий, но не против исторически склады ваю щ и хся го судар ственн ы х формаций - старцы еще раз подтвердили, что Ц ерковь ни ко г­ да не станови лась и не должна стан ови ться на путь борьбы с государственной властью. Н асколько мы знали то, что проис­ ходило все это время в столице, патриарх Тихон, не вы ступая против власти, боролся как раз с отдельны м и п остановле­ ниями, п ы таясь о тсто ять достои нство Церкви в новом атеи­ стическом го сударстве. Но на официальное признание новой власти ни он, ни его последователи не пошли и были за про­ шедшие годы все так или иначе уничтож ены »; «К митрополиту Сергию шли и ехали ходоки от мирян и ближ них и дальн и х, шли послания по рукам и по почте от мирян и от духовен ства.

Мы читали своими глазами эти докум енты ; они были вел и ч е­ ственны, искренни, напоминали по д уху м ученические акты первохристианства, сохраненны е, к счастью, человечеством в подлинниках. Не знаю, сохрани лись ли докум енты о подоб­ ны х актах 1927 года X X столетия. Никто не призывал в них к борьбе с государственн ы м строем. Все стояли вне оценок форм граж данской жизни, вне кл ассовы х и м атериальны х интере­ сов. Их свя зы вал а лишь одна м ы сль: люди умоляли Сергия не уступать государству незави си м ость, приобретенную и приоб­ ретаемую кровью и ж изнью м учеников. “Пойди с ними - и мы пойдем с тобой ”, - говорилось во многих из этих писем...

Может бы ть, митрополит Сергий сделал попытку таким путем спасти храмы от разруш ения, паству от гонений? Помню, как сви детельствовал мне в то время один правдивый человек о сл овах митрополита Сергия, ск а за н н ы х в частном разговоре:

“В есь вопрос в том, кто кого обтяп ает”» (Н евидимы й град. С.

3 6 6 -3 6 7, 3 7 8 -3 7 9 ; h ttp ://w w w.o g o n io k.co m /5 0 0 7 /1 8 /).

... «место» как средство после службы жить для С. 81 себя... -ср.: «Я помню, в П етербурге, наблю дая ж изнь, понял горе людей в том, что каж дый из них разделяется на два чел о­ века: один на служ бе стар ается делать как надо, а другой дома старается ж ить, как ему хо чется», «Мой друг, А лександр М и­ хайлович [Коноплянцев] разделил свою ж изнь на две: одна ж изнь отдается служ бе, другая - любимому делу... Мне пришло в голову, глядя на них, что в корне б езнр авственно е дело - раздел ять труд свой “для душ и” и “для хл еб а”. Вовсе не понимая всей глубины этого подвига - до сти гать неразделен­ ной жизни, я стал зани м аться только лю бимым делом - пи­ сать и только писанием зар аб аты вать себе деньги. Признание общ еством моего и скусства яви ло сь не из претензии моей на место худож ника слова, а исклю чительно как награда за строгое выполнение идеи неразделенного ж изненного труда»

(П уть к Слову. С. 89; Круг ж изни. С. 6 5 - 6 6 ).

С. 87... со своим фотографическим аппаратом. - Фотография (наряду с охотой и машиной) сопутствует творчеству Пришвина на протяжении многих лет. Впервые он заинтересовался фото­ графией во время путешествия на Север в 1906 году и свою из­ данную после поездки первую книгу «В краю непуганы х птиц»

(1907) проиллюстрировал собственны м и снимками. Тогда у него в руках оказался фотоаппарат случайно встреченного во время поездки попутчика. В 1924 году Пришвин покупает фото­ аппарат, осваивает его и фотография оказы вается в одном ряду с его записной книжкой и дневником («11 Сентября 1929. К моему несовершенному словесному искусству я прибавлю фото­ графическое изобретательство»). П исатель вводит фотографии в текст не в качестве иллюстрации; авторские фотографии вы ­ страиваю тся в параллельный взаимодействующий с текстом зрительный ряд («7Декабря 1930. Я в последнее время ввожу в свои литер, произведения фотоснимки не как просто репортер, а с целью создать мало-помалу худож ественную форму, наиболее гибкую для изображения текущ его момента жизни»). Способ ху­ дож ественного освоения мира в последовательности «путеше­ ствие, охота - фотография, записные книжки - дневник - про­ изведение» для Пришвина универсален. Ср.: «19 Ноября 1941.

В этом и был столь удивлявший всех пафос моей фотографии.

Подумать - как это может удовлетворять - беганье в природе в поисках случайной композиции, если карандашом сидя на месте можно сделать свободнее и лучше. Меня побуждало удивление перед тем, что фотография является как бы доказательством Б о ­ жьей руки в создании Природы. Но это, конечно, очень наивно, потому что рисунок художника, улучшающий естественны й пейзаж, еще более утверж дает действительность природы в че­ ловеческом деле. Искусство художника тем удивительно, что в натуре он находит свои образы и так выходит, что образы при­ роды, начатые кем-то, продолжаются в его образах. Как будто Бог, начав создавать мир по своим законам и образам, передал продолжение творчества человеку, и сотворение мира не кончи­ лось, а продолжается по сей день, и кто сознает себя участвую ­ щим в продолжении Божьего дела, то в этом творчестве он тоже как Бог. Приписка: А может бы ть, то, о чем я говорил по поводу моей фотоработы, относится и ко всему моему словесному ис­ кусству и еще больше к моей жизни.» (Дневники. 1 9 2 8 -1 9 2 9.

С.459; Дневники 1930 -1 9 3 1. С.295; Дневники 1 9 4 0 -1 9 4 1. С.

689).

понял эти слова в смысле «этот стон у нас песней С. 88...

зовется». -Строка из стихотворения Н.А. Некрасова «Размыш ­ ления у парадного подъезда» (1858).

–  –  –

{левая рука не знает, что делает правая). - Мф. 6:3.

С. 91... свою кормилицу «Цусиму»... - имеется в виду роман И.С. Новикова-Прибоя «Цусима» (1930).

С. 92... пусть Декарт верит: «Мыслю, значит существую»... Cogito, ergo sum. - (лат.) Я мыслю, следовательно сущ ествую философское утверждение Рене Декарта.

С. 93 Доколе коршуну кружить? - Строка из стихотворения А. Блока «Коршун» (1916).

С. 95... в каком смысле сказал Ницше: идешь к женщине, не забудь плеть. - Имеются в виду слова из книги Ф. Ницше «Так говорил Заратустра» (1 8 8 3 -1 8 8 5 ): «Ты идешь к женщине? Не за­ будь плетку!» Надо сказать, что в последней библиотеке писа­ теля (музей М.М. Пришвина, ГЛМ ) нет случайны х книг, только те, к которым он постоянно обращался («вечны е спутники»), и среди них - «Так говорил Заратустра» (СП б.1913).

–  –  –

c.

96 Поликарпов, несомненно, великий хам... - возможно, ал­ люзия на пророческую статью Д.С. М ережковского «Грядущий хам» (1989). Ср.: «Одного бойтесь - рабства, и худшего из всех рабств - мещанства, и худшего из всех мещанств - хам ства, ибо воцарившийся раб и есть хам... - грядущий Князь мира сего».

С. 97 Мысль о советском Лоэнгрине...- в годы учебы в Гер­ мании (1 9 0 0 -1 9 0 2 ) Пришвин страстно увлекся Вагнером, про­ слушав одного только «Тангейзера» семнадцать раз («Б/д....

я отдал юность свою Вагнеру»). М отивы вагнеровских опер в дневнике писателя не случайны - так образ «современного Лоэнгрина» (опера Р. Вагнера «Лоэнгрин», 1850), художника, борца со злом и несправедливостью, писатель лишает романтического ореола, а направление борьбы определяет в духе времени: «ме­ лочи советского быта».

–  –  –

С. 101... начинает работать чеховский комитет... - по поста­ новлению Совнаркома СССР был образован Всесою зный коми­ тет по проведению сорокалетия со дня смерти А.П. Чехова.

–  –  –

... мертвые сущие во гробех...- из пасхальны х песнопений.

С. 103... мысль о «едином человеке» мелькнула мне в 1907 году... - имеется в виду первая книга Пришвина «В краю непуга­ ны х птиц» (1907). Ср.: «Есть что-то общее в этом гуле Невского проспекта с гулом тех трех водопадов, который мне пришлось слуш ать на каменном островке между елями. Там божественная красота падающей воды стала понятна только после довольно долгого всматривания в отдельные брызги, в отдельно танцую ­ щие в тихих местах столбики пены, когда все они своим разноо­ бразием сказали о единой таинственной жизни водопада. Так же и тут... Гул и хаос! Темная масса спешит, бежит, движется вперед и назад, перебирается из стороны в сторону между беспрерыв­ но мчащимися экипажами и исчезает в переулках. Утомительно смотреть, невозможно себе выбрать отдельное лицо: оно сейчас же исчезает, сменяется другим, третьим, и так без конца. Но вот мысленно проводится разделяющая линия. Через нее сейчас мелькают люди и засты ваю т в сознании: генерал в красном, тру­ бочист, барыня в шляпе, ребенок, толстый купец, рабочий. Они друг возле друга, почти касаю тся. Вдруг становится легко, разде­ ляющая линия больше не нужна, все понятно. Это не толпа, это не отдельные люди. Это глубина души одного гигантского суще­ ства, похожего на человека. Мелькают, сменяю тся его желания, стремления, ощущения. Но само неведомое существо спокойно шагает вперед и вперед» (Собр. соч. 2 0 0 6. Т. 2. С. 16 9 -1 7 0 ).

... наши овладели Севастополем. - Севастополь был освобож­ ден 9 мая 1944 года; поражение в Крыму стало для гитлеровских войск катастрофой, равной по масштабам Сталинградской. 10 мая 1944 года в М оскве в честь освобождения Крыма прогремел салют - 24 залпа из 324 орудий.

С. 104... человека такого, как был, не родишь. - Ср.: «Надо сказать, что Василий Алексеевич никогда, как обы чны е стари­ ки, не пускался в критику нового времени, и если критиковал, то очень тонко. Может бы ть, это было оттого, что оба сына его были на важ ны х долж ностях... - Василий Алексеевич, спросил я, - вы такой большой хр анитель старинного уклада, а сы новья ваши так определенно стоят на новом пути. Наверное, не во всем с ними согласны? - Бы вает, мы спорим немного...

Вам помнятся слова первосвящ енника Каифы, когда привели к нему Христа? Кайфа... сказал, что Его необходимо распять, а то придут римляне и разорят и погубят весь народ. Так пусть лучше один невинный погибнет. А народ сохранится. Вот об этом мы с сы новьям и и спорим. - С ы новья стоят за народ? спросил я. - Вы точно сказали... сы новья стоят за народ и еще так говорят: в нашей практике приходится десять невин­ ных истратить, чтобы найти и уничтож ить одного негодяя, а если только один и за весь народ - то какой тут может бы ть разговор?...

Я же простой человек и, конечно, так говорю:

“Дети мои! Человек не курица: отруби курице голову - и будет другая взам ен, и курица воскреснет, а отруби человеку - и он не воскреснет. Придет, конечно, другой человек, придет, да не то т!” - Что же ваши сы новья? - М олчат» (Собр. соч. 2 0 0 6. ТЗ. С.

6 0 3 -6 0 6 ). В 1937 году в деревне Териброво Пришвин познако­ мился с Василием Алексеевичем; его личность, разговор с ним привлекли Пришвина: много лет где-то в глубине писательской памяти пролежал этот сюжет - и вдруг всплы л на поверхность:

«16 Августа 1952. Рассказ “Василий А лексееви ч” не могу пе­ режить, дивлю сь ему и понимаю, что он пришел ко мне как бы свыше. Бы ваю т же такие удачи!» (РГА Л И ). Рассказ был впервые опубликован в 1962 году - Пришвин и не пытался опублико­ вать его, понимая, что это невозможно; но как понятна радость писателя, который написал рассказ на самую болезненную, жи­ вотрепещущую и неразрешимую тему своего времени - «лич­ ность и общ ество», которую в течение двадцати лет стремился вы разить в романе “Осударева дорога” - и вдруг неожиданно так просто выразил в народном рассказе, понятном каждому, о чем он тоже всегда мечтал. От Василия А лексеевича в рассказ перешло имя, сы новья во власти и способность (будь он швей­ царом в прежней жизни или единоличником в нынеш ней) быть счастливым - по-детски глубоко заразительно лю бить жизнь.

От «грубого парня» в рассказ перешло бесхитростное понима­ ние тайны личности. Ср.: «12 Апреля 1937. Пришел Василий Алексеевич, счастливый человек, единоличник... сына имел в НКВД и благодаря ему удержался. Весна такая чудесная, В. А.

весь день с лопатой, от него, как от м аленьких детей с воздуха в доме пахнет морозом и солнцем. - Счастливый вы человек, Василий Алексеевич! - Тс! - воскликнул В. А. и весело и “тс!” пригласил к молчанию. В то же время пальцем одной руки кос­ нулся моего локтя, а другую поднес к губам. - Щ елков Андрей И ванович вот точно такими словами говорил: “Счастливый ты чел о век”. - Тс! - повторил он тихо, - фабричка была у Андрея И вановича, дом в М оскве, а я в ш вейцарах у них. Бы вало, в те ­ атр соберутся, бриллианты, бархат, блеск! А из театра знаете, как было: прежде чем спать лечь, ведь непременно кофе на­ пью тся, без кофею спать никогда не лягут. И вот раз проходит Александр И ванович через ш вейцарскую и говорит: “Счастли­ вый ты чел о век!”. Счастливый человек и “они” - колхозники:

тут шепотом, о гляды ваясь, как птица, в разные стороны, как скворец:

- Он ведь пьет на последнее, а дома есть нечего, се­ мья плачет, он пьет как чумной. - Проделав все сложные обе­ зьяньи и птичьи ж есты, поминутно огляды ваясь на дверь, он прошептал мне с губ на губы свое таи нственное и бесповорот­ ное заклю чение: сами того хотят (т. е. если он счастливы й, то этим обязан себе, а они достойны своей жизни)» (Дневники.

1 9 3 6 -1 9 3 7. С. 531); «19 Мая 1939. Природа похожа на воду, и человек в ней как в воде капля. Но тем отличается человек от природы, что каждая о тдельность в нем действует силой св о ­ ей отдельности. Человек понял, что в мире человеческом нет подобных капель, и каж дый человек чем-нибудь отличается от другого, и эта сила отличия стала силой всего человека на зем­ ле» (Д невники. 1 9 3 8 -1 9 3 9. С.320).

С. 107... после матери осталось именьице... - в 1916 году на земле, полученной в наследство от матери, Пришвин впервые в жизни строит дом.

Ж ить, однако, долго в нем ему не пришлось:

хотя дом был небольшим, а надел земли, равный крестьянскому, Пришвин обрабатывал сам, в 1918 году крестьяне «представи­ ли» ему «выдворительную », и под угрозой расправы он навсегда покинул родные места.

Я спросил Горького... - Пришвин познакомился с М. Горьким в 1911 г. Поводом к знакомству послужил восторженный отзыв Горького на повесть Пришвина «Черный араб» (1910) и рассказ «Птичье кладбище» (1910), а также предложение издать сочи­ нения Пришвина в издательстве «Знание». Встречи с Горьким были нечасты, но отмечены в дневнике Пришвина; в течение многих лет Пришвина с Горьким связы вала дружеская перепи­ ска. См.: ЛН. С.3 1 9 -3 6 2.

С. 112 Теперь тощий чиновник поел жирного частника жиз­ ни...- аллюзия на Быт. 41.

С. 113... втайне радуясь сердцем, что сами остались в жи­ вых». - Перефраз из эпоса Гомера «Одиссея» (пер. В.А. Ж уков­ ского, 1 8 4 2 -1 8 4 9 ). В «Одиссее»: «Далее поплыли мы в сокруше­ нье великом о милых / / М ертвы х, но радуясь в сердце, что сами спаслися от смерти».

С. 114... писал мучительно «Остров Достоверности»... - име­ ется в виду философско-богословский труд Олега Поля «Остров Достоверности» (1926), написанный им, уже иеромонахом Онисимом, одним из кавказски х пустынников, и обращенный к Ва­ лерии Дмитриевне, тогда Ляле Лиорко.

... письмо его преемника Алексия к «дорогому Иосифу Висса­ рионовичу». - В дневник вклеена вырезка из газеты : «Дорогой Иосиф Виссарионович! Нашу П равославную Церковь внезап­ но постигло тяжёлое испытание: скончался Патриарх Сергий, 18 лет управлявший Русской Церковью. Вам хорошо известно, с какой мудростью он нёс это трудное послушание; Вам известна и его лю бовь к Родине, его патриотизм, который воодуш ев­ лял его в переживаемую эпоху военны х испытаний. А нам, его ближайшим помощникам, близко известно и его чувство самой искренней любви к Вам и преданности Вам, как мудрому, Богопоставленному Вождю (это его постоянное выражение) народов нашего великого Союза. Это чувство проявлялось в нем с особой силой после личного его знакомства с Вами, после нашего незаб­ венного для нас свидания с Вами 4 сентября минувшего года. Не раз приходилось мне слыш ать от него, с каким тёплым чувством он вспоминал об этом свидании и какое высокое, историческое значение он придавал Вашему, ценнейшему для нас, вниманию церковным нуждам. С его кончиною Церковь наша осиротела.

По завещанию почившего Патриарха мне судил Бог принять на себя должность Патриаршего М естоблю стителя. В этот от­ ветственнейш ий для меня момент жизни и служения Церкви я ощущаю потребность вы разить Вам, дорогой Иосиф Виссарио­ нович, и мои личные чувства. В предстоящей мне деятельности я буду неизменно и неуклонно руководиться теми принципами, которыми отмечена была церковная деятельность почившего Патриарха: следование канонам и установлениям церковным

- с одной стороны, - и неизменная верность Родине и возглав­ ляемому Вами П равительству нашему, - с другой. Действуя в полном единении с Советом по делам Русской Православной Церкви, я вместе с учреждённым покойным Патриархом Свя­ щенным Синодом - буду гарантирован от ошибок и неверных шагов. Прошу Вас, глубокочтимый и дорогой Иосиф Виссарио­ нович, принять эти мои заверения с такою же доверенностью, с какою они от меня исходят, и верить чувствам глубокой к Вам любви и благодарности, какими одуш евлены все, отныне мною руководимые, церковные работники. Алексий, Митрополит Ле­ нинградский и Новгородский, Патриарший М естоблюститель.

М осква, 19 мая 1944 г.».

С. 121... и Юлий Цезарь... выгнал от себя поэта, сказав ему:

уйди от меня, дурак. - Речь идет о трагедии В. Шекспира «Юлий Цезарь» (1599), к которой Пришвин часто обращается, решая проблему: поэт и власть. Ср.: « 2 9 Ноября 1937. Я как поэт ч ув­ ствую себя подобно Ш експировскому поэту, которому Юлий Це­ зарь сказал: “Уйди, дурак, и не мешай!” И вся разница между тем поэтом и мной та, что я учел опыт того несчастного поэта и не сую свой нос в палатку Цезаря. Одним словом, я поэт сознатель­ ный и современный» (Дневники. 19 3 6 -1 9 3 7. С. 806, 844).

«Нет, весь я не умру»... полезен буду «лирой» своей С. 122 народу...перефраз строки из стихотворения А.С. Пушкина «Я памятник себе воздвиг нерукотворный» (1836).

С. 126 По Акуловской дороге добрался до лесу... - о Пришви­ не в пушкинские годы вспоминает Геннадий И ванович Гадалин, тогда подросток, с родителями которого Пришвины продолжа­ ли дружить всю жизнь. Ср.: «В то время... Пушкино еще со­ храняло все характерные особенности дачного места: две чистые реки (Уча и Серебрянка), много сосен и других лиственны х де­ ревьев в самом городе, рядом лес, старые дачи еще дореволюци­ онной постройки с мезонинами, башенками, цветным остекле­ нием террас, и новые предвоенной постройки. В нашей запад­ ной части по улицам еще гоняли небольшое стадо коров. Одну из таких дач и арендовали М. М. и В. Д.... не было веранды, а было крыльцо. Перед домиком - развесистый дуб... Вну­ три дачи был самый минимум мебели.... В левом углу участка небольшие сарай и навес.... Около сарайчика М. М. оставлял свою машину («Эмка», М-1). Однажды я застал его копающим­ ся в моторе, рядом стоял еще незнакомый мне человек, который помогал М. М. в этой работе. Рукава рубахи у М. М. были заката­ ны по локоть, руки черные, в машинном масле. Рядом крутились его охотничьи собаки. На этой «Эмке» и мне удавалось прока­ титься и не один раз. Однажды я заболел. Скорая помощь (а это была лошадь с телегой) - далеко в другом конце города. Мама или отец попросили отвезти меня в больницу. И М. М. повез. За переездом М. М. лихо повернул, машина запрыгала по щебенке.

Он обернулся, извинился за столь резкий вираж, спросил, как я себя чувствую. И еще запомнили две поездки ближе к осени за грибами куда-то за Зверосовхоз. П роехав в сторону Красноар­ м ей ц а несколько километров, вдруг посередине дороги увиде­ ли какой-то крупный предмет. О казалось, мешок с картошкой.

Решили, что свалился с проезжавшей машины. П оскольку это тогда была большая ценность, долго стояли у мешка, ожидая, что может быть хозяйка вернется. Не дождались, погрузили мешок в «Эмку» и поехали дальше. Вернувш ись, содержимое мешка по-братски разделили на всех. Уезжая из Пушкино в 1946 году, М. М. подарил мне только что вышедшую «Кладовую солн­ ца» с надписью». Архив Л.А. Рязановой.

Ликует буйный Рим. - Слова из стихотворения М.Ю. Лер­ монтова «Умирающий гладиатор» (1836).

–  –  –

С. 127... я ему по-русски передал слова Сталина. - Поэтика сновидений в дневнике Пришвина занимает очень важное ме­ сто. Это не литературные, худож ественны е сны - в течение всей жизни он записывает собственны е сны и, надо сказать, никогда не пытается их интерпретировать. Образ, возникающий в боль­ шей части его снов, связан с воспоминаниями о первой любви и утраченной невесте: в снотворчестве выражается целый ком­ плекс противоречивых эротических переживаний в духе симво­ листской идеи Вечной Ж енственности. Реже во сне появляется мать, еще реже - другие персонажи. Очень важно, что для При­ швина очевидна поэтико-символическая природа сновидений, он никогда не переносит свои сны в произведения, но свя зы ва­ ет сновидения (как, кстати, и бред сумасшедшего) с талантом, с природой собственного творчества («22 Июня 1926. Из таких снов вышел из меня добрый поэт»; «2 Января 1927.... талант — сила природы, действует вопреки логике и вопреки мора­ ли, так же как живая текучая вода подземного родника, только если ей удалось пробиться между камнями и множество других препятствий, становится рекой, и мы любуемся в реке ведь не так водой, как берегами, так и в литературно-художественном произведении не талант автора интересен нам главным обра­ зом, а как он разворотил, в какие сочетания поставил горы че­ ловеческого интеллекта и общ ественны х чувств. Спящая голова творит свободно такие вещи, каких наяву никто не создаст, и бред сумасшедших, иногда полный музыки и красок природы, бесконечно талантлив, но не ценится». Дневники. 1926-1927.

С. 182, 77). Сон о Сталине стоит особняком в ряду пришвинских снов - пожалуй, он единственны й в таком роде. Этот сон сам писатель определяет как «невозможную чепуху», то есть от­ брасывает его на периферию сознания, но, тем не менее, записы­ вает. Сон о Сталине, безусловно, спровоцирован реальностью, целым комплексом проблем как в общ ественной, так и в творче­ ской жизни. Сон многослоен, это сон-кошмар, но не пугающий, а уничтожающий личность. В нем одновременно возникает невы ­ носимое унижение вместе с готовностью «отдаться», выражен­ ное в извращ енно-эротическом подтексте: сон свидетельствует о полном опустошении души писателя именно в этом 1944 году, который на самом деле оказался одним из труднейших за всю его жизнь. Ср.: «Редкое произведение русской литературы обхо­ дится без сна. В снах не только сегодняш нее - обрывки дневных впечатлений, недосказанное и недодуманное; в снах и вчераш­ нее - засевшие неизгладимо события жизни... в снах дается и познание, и сознание, и провидение; жизнь, изображаемая со снами, развертывается в века и до веку» (Ремизов А.М. Огонь вещей. Сны и предсонье. Гоголь. Пушкин. Лермонтов. Тургенев.

Достоевский (1954). http://remizov-sisters.narod.ru/remizov.htm).

В худож ественных произведениях Пришвина сны встречаю тся редко, но они есть. Ср.: Сыроежка / Собр.соч. 1 9 8 2 -1 9 8 6. Т. 3.

С.3 6 2 -3 6 3.

... но и ему пришлось написать о войне в общем духе... - воз­ можно, имеется в виду стихотворение Б. Пастернака «Победи­ тель» (1944). Хотя на самом деле опубликованные в годы войны стихи (вошли в книгу «На ранних поездах», 1944) и очерки Па­ стернака написаны скорее в «пришвинском», чем в общем духе, то есть по-своему. Судя по пришвинскому дневнику, в течение 1941-1942 гг. чувство патриотизма нарастало и все менее и менее зависело от отношения к советской власти и революции. Мало кто мог в эти годы не понимать, что советские люди защищают не власть, а прежде всего свою землю, своих близких, свою жизнь и свободу. Ср.: «Стихи “Страшная сказка” посвящены детям, испу­ ганным войной. “Старый парк” (1941) рассказы вает о раненом, который попал в госпиталь, размещенный в усадьбе, где прошло его детство. В обобщенной форме поэт исследует психологию поведения человека на войне ( ’’Смелость”, “Разведчики”). В 1943 г. Пастернак побывал на фронте, в армии, освободившей Орел.

В результате поездки были написаны очерки о войне “Освобож­ денный город”, “Поездка в армию” и стихи “Смерть сапера”, “Р аз­ ведчики”, “Преследование”. По стилю эти произведения близки рассказам А. Платонова о войне. Достаточно перечитать для сравнения его рассказ 1943 г. “Одухотворенные люди”. Особен­ но заметны переклички поэмы Пастернака “Зарево” и рассказа Платонова “Семья И ванова”: авторы ставят проблему бы товы х, психологических и нр авственны х последствий войны для чело­ века, который и в мирное время продолжает жить по законам военного времени». http://mysoch.rU/sochineniya/pasternak/_ self/poeziia_pasternaka_perioda_voini/ С. 129... (какая чудесная сказка о Золотой рыбке!)... - аллю ­ зия на сказку А.С. Пушкина «Сказка о рыбаке и рыбке» (1835).

С. 133... по Ницше, лжец обманывает других, а мечтатель обманывает и других и себя самого. - Ср.: «М ечтатель скрывает истину от себя, лгун только от других». Ницше Ф Смешанные.

мнения и изречения, http://w ww.nietzsche.ru/works/m ain-works/ mixed-opinions/

–  –  –

Союзники высадились во Франции... - речь идет о Норманд­ ской десантной операции в июне 1944 года, ознаменовавшей от­ крытие Второго фронта в Европе с дальнейшей задачей осво­ бождения Франции и наступления на Германию. М осковское радио передавало ряд специальных экстренны х выпусков по­ следних известий, в которых сообщ алось о ходе высадки англоамериканских войск.

С. 140... словами молитвы Рузвельта... - в дневниковую те­ традь вклеена газетная вырезка: «9 Июня 1944 г., № 138. Мо­ литва Рузвельта. «Ваш ингтон, 7 июня. (ТАСС). Рузвельт вчера опубликовал молитву, которую затем прочитал сегодня по ра­ дио в 2 часа по Гринвичу: “Сограждане американцы! В этот час испытания я прошу вас присоединиться к моей молитве: Всемо­ гущий Бог, наши сы новья, гордость нашей страны, сегодня на­ чали великое предприятие - борьбу за сохранение нашей респу­ блики, нашей религии и нашей цивилизации и за освобождение страдающего человечества. Веди их по прямому и верному пути, дай силу их оружию, стойкость их сердцам и сделай их веру не­ поколебимой. Им будет нужно твое благословение. Их путь бу­ дет долгим и тяжелым. Враг силен. Он может отбросить назад наши войска. Успех может не прийти очень быстро, но мы будем возвращ аться вновь и вновь, и мы знаем, что благодаря твоему милосердию и справедливости нашего дела наши сы новья вос­ торжествуют. Им будет тяжко, ни днем, ни ночью они не будут знать отдыха, пока не придет победа. Тьма будет насыщена гро­ хотом и огнем. Души людей будут потрясены ужасами войны.

Это - люди, недавно оторванные от мирной жизни. Они борют­ ся не ради жажды завоевания. Они борются, чтобы положить конец завоеванию. Они борются за освобождение. Они борются за торжество справедливости, терпимости и доброй воли между всеми твоими народами. Они жаждут только закончить битву, только возвратиться в свои мирные дома. Некоторые из них никогда не вернутся. Прими же, отец, своих героических слуг в твое царство. А нам, оставшимся дома, - отцам, матерям, детям, женам, сестрам и братьям муж ественны х людей, находящихся за морем, нам, чьи мысли и молитвы всегда с ними, помоги нам, всемогущий Бог, укрепи нашу веру в тебя в этот час великого испытания. Многие просили, чтобы я призвал народ посвятить один день особой молитве. Однако, поскольку путь долог, а же­ лание велико, я прошу наш народ посвятить себя более длитель­ ной молитве. Пусть слова молитвы будут на наших устах и при­ зываю т тебя помогать нашим усилиям каждое утро, когда мы начинаем новый день, и вновь, когда мы заканчиваем его. Дай нам и силу - силу в наших повседневны х делах, чтобы удвоить физическую и материальную поддержку нашим воинам. Дай твердость нашим сердцам, чтобы выдержать долгое испытание, перенести возможные горести, внуш ить мужество нашим сы но­ вьям, где бы они ни находились. Дай нам веру, о, Боже! Дай нам веру в тебя, веру в наших сыновей, веру друг в друга, веру в наш единый крестовый поход. Не давай слабеть силе нашего духа. Не давай временным событиям, временным мимолетным делам о т­ влекать нас от нашей главной цели. С твоим благословением мы восторжествуем над темными силами нашего врага. Помоги нам одолеть апостолов алчности и расового высокомерия. Веди нас к спасению нашей страны и вместе с нашими братскими стра­ нами - к мировому единству, которое обеспечит прочный мир, мир, защищенный от посягательств недостойны х людей, мир, в котором все люди будут жить свободно и пожинать справедли­ вые плоды своего честного труда. Да исполнится твоя воля, все­ могущий Бог! Аминь”. Перед началом чтения молитвы Рузвельт сделал следующее замечание: “Вчера вечером, когда я говорил с вами о падении Рима, я уже знал, что войска Соединенных Ш та­ тов и наших союзников переправляются через Ла-Манш, начи­ ная другую, еще более великую операцию, которая до сих пор проходит с успехом”».

С. 146... есть неприязнь к учительству...

- в монологичном доктринерстве и морализаторском учительстве Гоголя, Д осто­ евского, Толстого Розанов видел «безумную имморальность» в их отношении к читателю, отстаивая онтологическую уникаль­ ность личности, свободу и индивидуальность духовного пути:

«суть проповедей такого рода (и их беспросветный эгоизм) заклю чается в априорном, слепом и фанатичном отрицании если не возможности, то нужности и “добродетельности” та­ ких исклю чительных и новы х дорожек.... Кто из них спро­ сил своих возможных учеников: “Кто вы, слушатели мои?” Кто наклонился лицом к ихнему лицу, с целью заглянуть в особую душу каждого?... Менее в Достоевском, но в Толстом также в чрезвычайной степени заметна, параллельно увеличению морализированья, потеря всякого интереса к морю человеческих индивидуальностей.... Потерян самый вкус к лицу человека:

и это составляет главную разграничительную линию между Толстым-художником и Толстым-проповедником» (Розанов В.

Учитель и ученики, гении и простые смертные / / Новое Вре­ мя. 1904. 13 окт. С. 4). В записи 2 4 - 2 5 октября 1927 г.

Пришвин развивает розановскую критику монологичного учительства:

«Этим кончали все крупные русские писатели: претензия на учительство - это склероз великого искусства.... Стремление сказать последнее слово вне своего дарования (Гоголь, Толстой и друг.) есть результат распада творческой личности» (Дневни­ ки. 1926-1927. С.511, 512). См. запись от 15 ноября 1943 г. и коммент. к ней (Дневники. 1 9 4 2 -1 9 4 3. С. 633, 7 7 3 -7 7 5 ). Коммента­ рий А. М едведева.

... встречая человека нового, я мгновенно нахожу в себе в нем такого же, как я... и великолепно беседую, как с равным. Эту же эластичность чисто русскую, а может быть и татарскую...

наблюдал у Розанова... - ср.: «Посмотриш ь на русского челове­ ка острым глазком... Посмотрит он на тебя острым глазком...

И все понятно. И не надо никаких слов. Вот чего нельзя с ино­ странцем (на улице)» (Розанов В.В. Уединенное (1912) / / Ро­ занов В.В. О себе и жизни своей. М., 1990. С. 41). Комментарий А. М едведева.

С. 154 А.М. Коноплянцев, когда-то написавший монографию о Леонтьеве...- речь идет о биографии К.Н. Леонтьева «Ж изнь К.Н. Л еонтьева в связи с развитием его миросозерцания / / Па­ мяти Константина Николаевича Л ео нтьева.1891». СПб., 1911.

http://knleontiev.narod.ru/biography/konoplyantsevl.htm Розанов восставал на Христа как декадент, извра­ С. 158 щенно. - Отвечая на розановские обвинения в декаденстве, А.

А. Блок писал Розанову в письме от 17 февраля 1909 г.: «Я не отрицаю, что я повинен в декадентстве, но кто теперь в нем не повинен, кроме мертвецов? Думаю, что и Вы его не избегли, по­ тому что оно - очень глубокое и разностороннее явление» (Блок А.А. Собр. соч.: В 8 т. М.-Л., 1963. Т. 8. С. 274). Комментарий А. М едведева.

... (так и Толстой говорил о прекращении рода). - В повести «Крейцерова соната» (1889) Л. Толстой размышлял о греховности плотской любви, мешающей человечеству достичь духовной цели («благо, добро, лю бовь»): «если уничтожатся страсти», то «цель человечества будет достигнута, и ему незачем будет жить»:

«Род человеческий прекратится? Да неужели кто-нибудь, как бы он ни смотрел на мир, может сомневаться в этом? Ведь это так же несомненно, как смерть. Ведь по всем учениям церковным придет конец мира, и по всем учениям научным неизбежно то же самое. Так что же странного, что по учению нравственному выходит то же самое?» (Толстой Л.Н. Собр. соч.: В 22 т. М., 1982.



Pages:     | 1 |   ...   | 10 | 11 || 13 | 14 |



Похожие работы:

«#!160850-bbdfhj! ДОГОВОР №МС-16-302-6346(948777) об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям г. Москва _ 20 г. Публичное акционерное общество "Московская объединенная электросетевая компания", именуемое в дальнейшем "Сетевой организацией", в лице Заместителя директора по технологическом...»

«MPI-520 ИЗМЕРИТЕЛИ ПАРАМЕТРОВ ЭЛЕКТРОБЕЗОПАСНОСТИ ЭЛЕКТРОУСТАНОВОК РУКОВОДСТВО ПО ЭКСПЛУАТАЦИИ Версия 1.12 1 ВВЕДЕНИЕ 2 МЕНЮ 2.1 Беспроводное соединение 2.2 Установки измерений...»

«УДК 821.161.1-312.9 ББК 84(2Рос=Рус)6-44 Б69 Разработка серийного оформления Владиславы Матвеевой Иллюстрация на переплете Владимира Нартова Блинова, Маргарита. Б69 Тяжело быть студентом / Маргарита Блинова. — Москва : Эксмо, 2015. —...»

«Людмила Стефановна Петрушевская Три девушки в голубом Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=5975714 Девочки, к вам пришел ваш мальчик: Пьесы / Людмила Петрушевская: Астрель; Москва; 2012 ISBN 978-5-271-40629-4 Аннотация "Детский голосок. Мама, сколько буд...»

«Модель патогенеза псориаза. Часть 1. Системный псориатический процесс. Издание r4.0 М.Ю.Песляк Москва, 2012 УДК 616.5:616-092 ББК 55.83 Песляк Михаил Юрьевич Модель патогенеза псориаза. Часть 1. Системный псориатический процесс. Издание r4.0 (испр. и доп.), М....»

«НИИЖБ ЦНИИпро/изданий Госстроя СССР Госстроя СССР ПОСОБИЕ по проектированию самонапряженных железобетонных конструкций (к СНиП 2.03.01-84) М осква 1986 ОРДЕНА ТРУДОВОГО ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КРАСНОГО ЗНАМЕНИ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ И ПРОЕКТНО-ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ БЕТОНА И...»

«Страна: Франция ФРАНЦИЯ МОЯ МЕЧТА (ПАРИЖ – НОРМАНДИЯ БРЕТАНЬ) ЦЕЛЛЕ ПАРИЖ – ДОЛИНА ЛУАРЫ: ЗАМКИ ШАМБОР И БЛУА АББАТСТВО МОНСЕН МИШЕЛЬ СЕН-МАЛО ДОВИЛЬ – ТРУВИЛЬ ОНФЛЕР – РУАН – АМСТЕРДАМ 8 дней / Все ночи в гостиницах 08.08. 15.08.2015. 1 день. 08.08. "За новыми впечатлениями!." Утром выезд из Риги. Литва. Польша. Ночь в гостин...»

«Прес-реліз Споживчі настрої в Україні, грудень 2015: індекс склав 53,1 18 січня 2016 року Київ, 18 січня 2016 року – У грудні 2015 року споживчі настрої Контактні особи: українців продовжували поступово покращуватися. Грудневий Ольга Макарова Дослідник індекс споживчих настроїв (ІСН) ста...»

«домостроение Из чего строим В статье "Малоэтажная застройка"* мы затронули некоторые проблемы применения продукции деревообработчиков в производстве каркасных домов. Одним из основных вопросов является стандартизация деревянных изд...»

«1. Общие положения 1.1. Настоящее положение разработано с целью упорядочения оформления перезачетов и переаттестации дисциплин при ликвидации разницы в учебных планах для студент...»

«Акт проверки ведомственного контроля в сфере закупок для обеспечения муниципальных нужд Неклиновского района Ростовской области пер. Парковый 1, с. Покровское, Неклиновского района, Росто...»

«1. На выборах губернатора Иркутской области, скорее всего, будет второй тур 2. Рекордную поддержку получили мэры Черемхово, Зимы и Свирска 3. Мэры Нижнеудинского, Мамско-Чуйского, Чунского, Заларинского, Зиминского районов остались на свои...»

«Л 1| МИНОБРНАУКИ РОССИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Челябинский государственный университет" (ФБГОУ ВО "ЧелГУ") Костанайский филиал Система менеджмента качества Положение о Клубе "Абитуриент" КОПИЯ № Экземпляр У стр. 1 из 10 Версия документа 2 -^УТВЕРЖДЕНО решением ученого совета фил...»

«321 ГРОШІ, ФІНАНСИ І КРЕДИТ Геннадий В. Косолапов РЫНОК ЦЕННЫХ БУМАГ КАЗАХСТАНА: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ В статье рассмотрены основные характеристики рынка ценных бумаг. Определены специфика его формирования в Казахстане и его особенности. Дан анализ казах...»

«Хроники пророка: [о М. Нострадамусе], 2008, Рай де Наскела, 5797401665, 9785797401667, Икар, 2008 Опубликовано: 13th April 2008 Хроники пророка: [о М. Нострадамусе] СКАЧАТЬ http://bit.ly/1cpVhRQ,,,,. Кинематическое уравнение Эйлера отличие от некоторых других случаев большую проекцию на оси нестационарный прибор является очевидным. Кинема...»

«Аннотация к рабочей программе учебной практики Б2.У.6 Буровая 2015 год набора Направление подготовки 20.03.02 – Природообустройство и водопользование Профиль – Комплексное использование и охрана водных ресурсов Программа подготовки – прикладной бакалавриат С...»

«Зарегистрировано в Минюсте РФ 20 июня 2003 г. N 4812 ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ГОРНЫЙ И ПРОМЫШЛЕННЫЙ НАДЗОР РОССИИ ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 5 июня 2003 г. N 56 ОБ УТВЕРЖДЕНИИ ПРАВИЛ БЕЗОПАСНОСТИ В Н...»

«Геомагнитные исследования позднекайнозойских подводных вулканов северной части Курильской островной дуги УДК 551. 214(265) В.А.Рашидов Опубликовано: Геодинамика и вулканизм Курило-Камчатской островодужной системы. ИВГиГ ДВО РАН, Петропавловск -Камчатский, 2001 г., 428с.; УДК 551.21+552+550.34 В период 1981-...»

«Рабочая группа по вопросам расового насилия и притеснения Отчёт за I полугодие 2016 года Автор: Рейчел Шварц, Переводчик: Софья Воронцова Введение Начиная с 2001 года, в рамках поиска реальных и потенциальных жертв, нуждающихся в поддержке и помощи, Рабочая группа по вопросам расового насилия и притеснения Московской Протестантской Ц...»

«"Theoretical &Applied Science" www.T-Science.org SECTION 32. Jurisprudence. Tatarinov Sergey Iosifovich candidate of historical Sciences, associate Professor, Educational and Scientific Professional Pedagogical Institute of Ukrainian Engineering and Pedagogical Academy Vodvazhko Bogdan Nikolayevich master of jurisprudence Edu...»

«Примечания к тексту перевода Или: "таинственными". Хохма. В Притч. 3:19-20,8:22-31 и Jfep.l0:12=51:15 эксплицитно выражается идея о творении Богом мироздания через Свою "Мудрость" (",)Разум" (",)Знание" (",)Силу" (.)Ср. далее, например: Сир. 24:3 и слл.; 11Q Ps? Sirach, Sir. 51:13 и слл.; Премудр. Сол. 9:...»

«СОДЕРЖАНИЕ 1. Пояснительная записка.. 3 1.1. Характеристика баскетбола как средства физического воспитания. 4 1.2. Отличительные особенности баскетбола. 4 1.3. Специфика организации учебно-тренировочного процесса. 5 1.4. Краткая характеристика возрастных особенностей физ...»








 
2017 www.kn.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - различные ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.